ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

Ход войны
Хронология войны
Сражения и операции
Сводки Совинформбюро
Военная фотохроника
Третий рейх в цвете
Артиллерия Второй Мировой
Авиация Второй Мировой
Танки Второй Мировой
Советские военные песни
Рефераты на тему ВОВ
Женщины-герои СССР
Фото находок с войны

ТОП 20 материалов сайта
Рекомендуем посетить

                                          ДЕНЬ ПОБЕДЫ. Мнения людей

                                              Справочники и статистические данные

Униформа СССР
Униформа Германии
Униформа Италии
Униформа Англии
Униформа Польши
Униформа Франции
Униформа США
Униформа других стран

Вооружение Вермахта
Боеприпасы Вермахта

Книга об артиллерии


Ход войны

На морских коммуникациях

Добавлено: 2012.10.21
Просмотров: 1251

Действия флотов на Северном морском театре


Советское Верховное Главнокомандование, планируя на вторую половину 1944 г. крупные наступательные операции на приморских направлениях, учитывало, что их осуществление вызовет значительное усиление борьбы на морских театрах, в том числе на коммуникациях, по которым производились воинские и другие перевозки, и принимало меры по укреплению Военно-Морского Флота и совершенствованию организации управления им. Только за второе полугодие 1944 г. отечественная судостроительная промышленность передала флоту 279 боевых кораблей, в основном тральщиков, торпедных и сторожевых катеров. Особенно возросла мощь морской авиации. С l июня по 31 декабря в ее состав поступило 1832 новых боевых самолета.
В этот период по ленд-лизу из США было получено 18 больших охотников за подводными лодками, 27 торпедных и 7 сторожевых катеров. В счет намеченного раздела флота вышедшей из войны Италии для Северного флота из Англии и США прибыли линкор, крейсер, 9 миноносцев, 3 подводные лодки.
Советский Морской флот летом 1944 г. имел свыше 500 транспортных судов общим тоннажем 1,6 млн. тонн.
Немецко-фашистское командование также придавало большое значение морским сообщениям. По ним главным образом осуществлялось снабжение приморских группировок гитлеровских войск, а в случае необходимости — и эвакуация их. Кроме того, в Германию доставлялось стратегическое сырье через порты Северной Норвегии. К таким перевозкам привлекалось значительное количество судов, боевых кораблей и самолетов.
Большие силы немецкое командование использовало и для нарушения советских морских коммуникаций. Однако из-за тяжелых потерь гитлеровцев в самолетах, понесенных в первой половине года на советско-германском фронте, активность их авиации на коммуникациях ослабла.
Характер борьбы на морских сообщениях зависел от соотношения сил, интенсивности военных действий на приморских направлениях, географических и других условий.
Немецко-фашистское командование уделяло особое внимание осуществлению своих планов в Заполярье. Поэтому здесь базировалась значительная часть немецких военно-морских сил группы «Север» (командующий адмирал О. Шнивинд). В июне там находились линкор, 6 эсминцев, 32 подводные лодки, до 16 торпедных катеров, около 290 кораблей других классов (тральщики, сторожевые корабли, катера и др.). Их поддерживала часть сил 5-го воздушного флота (свыше 200 самолетов). Эти силы должны были защищать свои коммуникации у побережья Северной Норвегии и Северной Финляндии, нарушать советские внутренние и внешние морские сообщения.
В 1944 г. в связи с возрастанием морских перевозок гитлеровское командование систематически увеличивало силы флота на Севере. Если в мае там базировалось 20 подводных лодок, то в июне — 32, в сентябре — 43, а в декабре — 73. Всего за июнь — декабрь сюда была направлена 81 подводная лодка. Кроме того, противник для борьбы на северных коммуникациях мог привлекать большое число кораблей, находившихся в базах Западной и Южной Норвегии.
Одной из основных задач немецкого флота было обеспечение боевой деятельности 20-й горной армии на Севере. Для нее доставлялось морем ежемесячно около 190 тыс. тонн грузов. Одновременно флот осуществлял перевозки из Киркенеса никелевой и из Нарвика железной руды — стратегического сырья, имевшего важное значение для военного производства Германии.
Господство советской авиации в воздухе не позволяло противнику систематически привлекать свою авиацию и надводные корабли для нарушения внутренних и внешних морских коммуникаций СССР на Севере. Поэтому он делал основную ставку на подводные лодки. Летом здесь впервые появились лодки, оснащенные «шноркелем» — специальным устройством для обеспечения работы дизеля при движении под перископом. Это устройство значительно повышало скрытность их действий.
На Севере против союзных конвоев немецкие подводные лодки действовали группами в составе до 13 единиц. Против советского судоходства в Баренцевом и в Карском морях они вели борьбу одиночно. В августе — октябре гитлеровцы произвели постановку неконтактных мин в Карском море и Печорской губе.
В состав советского Северного флота, которым командовал адмирал А. Г. Головко, входили крейсер, 9 эсминцев и лидеров, 17 подводных лодок, 40 торпедных катеров, 153 других малых корабля и 508 боевых самолетов. Сопоставление с составом германских военно-морских и военно-воздушных сил показывает, что он уступал противнику в подводных лодках, но существенно превосходил его в авиации.
Перед Северным флотом Ставка Верховного Главнокомандования поставила на летний период следующие задачи: содействовать приморскому флангу Карельского фронта высадкой десантов и артиллерийским огнем; осуществлять воинские перевозки; систематически нарушать коммуникации гитлеровцев у северного побережья Норвегии и в Варангер-фьорде; наносить удары с воздуха по военно-морским базам и аэродромам противника с целью разрушения портовых сооружений и срыва налетов фашистской авиации на советские корабли; защищать коммуникации в Карском море, а также совместно с силами союзников обеспечивать переходы конвоев в Баренцевом море к Мурманску и Архангельску. В директиве Ставки подчеркивалась важность активного применения торпедных катеров во взаимодействии с авиацией. Предлагалось также осуществлять удары по вражеским конвоям торпедоносной, бомбардировочной и штурмовой авиацией в тесном их взаимодействии. Особый упор в директиве делался на необходимость поиска способов эффективных действий подводных лодок на коммуникациях врага.
Командование Северного флота учитывало, что с началом навигации в Белом и Карском морях может усилиться активность подводных лодок и авиации противника. Поэтому переходы судов осуществлялись только в составе конвоев. Следование их в зоне главной базы флота организовывал штаб флота, в зоне Беломорской военной флотилии — штаб флотилии, в зонах военно-морских баз — командиры баз. Проводка наиболее важных транспортов планировалась и осуществлялась как конвойная операция.
Для ведения разведки на море использовались авиация, корабельные силы флота и береговые технические средства. Самолеты вели поиск надводных кораблей и подводных лодок на подходах к Кольскому полуострову и на маршрутах движения конвоев в Норвежском (до Нарвика), Баренцевом, Белом и Карском морях. Воздушную разведку осуществляли самолеты, дальность полета которых составляла 1 тыс. км. Однако они не располагали радиолокационными средствами для обнаружения подводных лодок и надводных кораблей, что осложняло их действия, особенно в условиях плохой видимости. Поэтому самолеты в этих целях вылетали только в светлое время суток и при благоприятных метеорологических условиях. К лету 1944 г. в состав авиации Северного флота поступило несколько вооруженных радиолокаторами разведывательных самолетов с дальностью полета 2250 км. Но пока шло их освоение, к разведке они привлекались ограниченно.
В борьбе с немецкими лодками, представлявшими главную опасность на коммуникациях, помимо надводных кораблей иногда использовались и подводные лодки. Надводные корабли сводились в специальные поисково-ударные группы (3–5 тральщиков или больших охотников, а иногда 2–3 эскадренных миноносца). Эти группы с помощью радио — и гидролокационных средств систематически вели поиск подводных лодок на пути конвоев и в 30–40-мильной зоне у побережья и успешно атаковывали их. Так, 5 сентября тральщик «ТЩ-116» уничтожил в Карском море немецкую подводную лодку «U-362», а эскадренный миноносец «Живучий» 9 декабря на подходах к Кольскому заливу потопил подводную лодку «U-387».
Добиваясь повышения безопасности судоходства, командование Северного флота продолжало усиливать охранение транспортов. Соотношение кораблей охранения и транспортов в конвоях в 1944 г. составляло 2:1. Кроме того, для усиления противолодочной обороны в их состав включались самолеты. Для защиты особо ценных конвоев от ударов с воздуха выделялась истребительная авиация.
В центре внимания командования флота была также противоминная оборона коммуникаций. Систематически проводилось контрольное траление основных фарватеров на подходах к базам, в горле Белого моря, в проливах Югорский Шар и Маточкин Шар, на подходах к острову Диксон и в других районах. Эти меры обеспечивали безопасную от мин перевозку воинских и народнохозяйственных грузов. В период навигации 1944 г. на Севере прошло 407 внутренних конвоев. В порты назначения они доставили свыше полумиллиона тонн различных грузов. Основную их часть (364 тыс. тонн) перевезли суда Народного комиссариата Морского флота. Кроме того, в плотах и на лихтерах было доставлено 250 тыс. тонн леса в Кандалакшу, Шостку, Иоканьгу, на Новую Землю.
Благоприятно складывалась обстановка и на внешних коммуникациях. После того как в декабре 1943 г. английская эскадра потопила линкор «Шарнхорст», крупные немецкие надводные корабли не предпринимали атак против союзных конвоев. Несмотря на это, союзники весной 1944 г. прекратили направлять конвои в Мурманск и Архангельск. Этот свой шаг они пытались оправдать ссылками на увеличение продолжительности светлого времени суток, необходимостью наращивать силы и средства для проведения операции «Оверлорд» и другими причинами.
Отправку конвоев в советские северные порты союзники возобновили лишь в августе 1944 г. До конца года сюда прибыло пять конвоев (124 транспорта) и из северных портов ушло в Великобританию пять (102 транспорта). Лишь один конвой при возвращении в сентябре в Англию подвергся атакам немецких подводных лодок и потерял два транспорта; остальные конвои на обратном пути совершили переходы без потерь.
В проводке союзных конвоев в операционной зоне Северного флота участвовали советские корабли и самолеты. Сторожевые и торпедные катера, большие охотники во взаимодействии с авиацией вели предварительный поиск немецких подводных лодок на подходах к Кольскому заливу. Истребительная авиация прикрывала конвои в зоне 60–80 миль от побережья. В отдельных случаях для их защиты Северный флот выделял до 40 кораблей, а авиация совершала свыше 400 самолето-вылетов.
Примером согласованных действий командования советского флота и британского адмиралтейства может служить обеспечение перехода конвоя «JW-59» (33 торговых и одно спасательное судно, 2 эскортных авианосца, крейсер и 18 других боевых кораблей), вышедшего 15 августа из базы Лох-Ю. Прикрытие его осуществляли две группы кораблей английского флота в составе линкора, 5 авианосцев, 3 крейсеров, 14 эскадренных миноносцев и нескольких фрегатов. Совместно с ним совершала переход группа кораблей, переданных Советскому Союзу в счет будущего раздела флота капитулировавшей фашистской Италии (линейный корабль и 8 миноносцев), а также 11 охотников за подводными лодками, полученных из США по ленд-лизу.
20 августа конвой был обнаружен фашистским самолетом восточнее острова Ян-Майен. В течение следующих двух дней шесть немецких подводных лодок потопили два эскортных корабля и повредили авианосец «Набоб». Однако все последующие попытки гитлеровских подводников атаковать конвой были сорваны кораблями охранения, самолетами с английских авианосцев и авиацией Северного флота.
22–29 августа английские самолеты нанесли удары по линкору «Тирпиц» и причинили ему повреждения. Это сковало действия немецких надводных кораблей и отвлекло внимание фашистской авиации от конвоя «JW-59». При входе в зону действий Северного флота конвой встретили 18 советских кораблей. С воздуха он надежно прикрывался советской истребительной авиацией.
Другие союзные конвои совершили переходы в советские порты без потерь. Это явилось результатом усиления их противовоздушной и противолодочной обороны.
Одновременно Северный флот вел активные боевые действия на морских коммуникациях противника, пролегавших вдоль побережья и в фьордах Северной Норвегии. Стремясь избежать потерь в транспортных судах, немецкое командование выделяло для их охранения до 19 боевых кораблей и проводило их вблизи побережья под прикрытием авиации, береговой артиллерии и минных заграждений.
В нарушении морских коммуникаций противника главную роль играли военно-воздушные силы и подводные лодки. Авиация наносила по конвоям массированные удары группами торпедоносцев, штурмовиков и бомбардировщиков. Их прикрывали истребители сопровождения. Для обеспечения атак этих групп выделялась ударная группа истребителей. Идея совместных действий разнородных сил авиации заключалась в том, чтобы атакой штурмовиками и бомбардировщиками кораблей охранения и подавлением ими средств ПВО облегчить торпедоносцам нанесение ударов по транспортам. Так, 17 июня 1944 г. крупный немецкий конвой (10 транспортов, 5 тральщиков и 14 других боевых кораблей), следовавший южнее Вардё, подвергся атаке 122 самолетов. В результате два судна было потоплено и один большой транспорт получил повреждения.
Советская авиация на Севере предпринимала мощные налеты на базы гитлеровского флота. С 17 июня по 4 июля она нанесла три массированных удара по Киркенесу — основному погрузо-разгрузочному пункту судов противника в Северной Норвегии. В результате в базе и в порту возникли большие пожары и произошли взрывы.
Все более росла боевая активность советских подводных лодок. В условиях полярного дня они, как правило, действовали вдали от побережья противника. Установка на них специальных перископных антенн позволяла экипажам поддерживать радиосвязь и получать разведывательные данные от самолетов и береговых командных пунктов, находясь на перископной глубине. С поступлением данных о движении конвоя подводные лодки направлялись на его перехват. После атаки они немедленно уходили из опасной зоны и ожидали новых сведений от летчиков, а при нелетной погоде вели поиск самостоятельно.
С августа советские подводные лодки стали применять электроторпеды. Это обеспечивало внезапность атак, так как противник не мог обнаружить след движения торпед и уклониться от них. Много хлопот гитлеровцам доставляли и мины, которые подводники ставили на наиболее важных участках вражеских коммуникаций.
Всего в период с июня до конца октября советские подводные лодки потопили 7 немецких транспортов, 2 танкера, траулер и 4 боевых корабля.
Успешно вели борьбу на морских сообщениях противника и надводные корабли, особенно торпедные катера. Вплоть до октября катерники совершали ежемесячно в среднем 50 выходов в море, преимущественно на коммуникации гитлеровцев. Господство советской авиации в воздухе создавало благоприятные условия для действий катеров группами против конвоев в районе Варангер-фьорда.
В июне — октябре торпедные катера совершили около 250 выходов, в том числе до 190 — на поиск и уничтожение противника. За этот период они потопили 6 боевых кораблей и 7 транспортных судов. Кроме того, катерники предприняли много выходов для постановки мин на вражеских фарватерах.
В течение июня — декабря 1944 г. надводные корабли Северного флота потопили 3 подводные лодки, 3 тральщика, 3 сторожевых корабля,
При прохождении фашистских конвоев в районе Петсамо по ним наносила удары береговая артиллерия. В период с июня и до конца года она потопила 5 судов и боевых катеров противника.
В октябре Северный флот на вражеских коммуникациях провел специальную операцию под условным названием «Вест». Она явилась составной частью осуществлявшейся в этот период Петсамо-Киркенесской операции. Одной из основных ее задач был срыв перевозок подкреплений для 20-й горной армии и эвакуации морем войск противника из Северной Финляндии и Норвегии.
В период подготовки и осуществления Петсамо-Киркенесской операции особенно активно действовала авиация Северного флота. С 10 сентября по 31 октября для нанесения ударов по коммуникациям противника она совершила 2639 самолето-вылетов. В результате было потоплено 68 фашистских судов и боевых кораблей. Всего в июне — октябре летчики Северного флота потопили 92 вражеских судна и малых боевых корабля. Подводные лодки в период операции, действуя в районе от острова Вардё до мыса Нордкап, уничтожили 6 транспортов и боевых кораблей противника.
Больших успехов в операции добились и надводные корабли. Так, в ночь на 12 октября торпедные катера с помощью радиолокатора обнаружили два немецких конвоя и в результате настойчивого преследования потопили четыре судна. Утром 26 октября лидер «Баку» и три эсминца нанесли по военно-морской базе Вардё артиллерийский удар, сильно повредив при этом три причала и одно судно.
В ходе операции «Вест» советские моряки потопили 39 транспортных судов и 15 боевых кораблей противника; 26 судов и кораблей были повреждены.
Всего силами Северного флота в июне — декабре было уничтожено 127 транспортных судов и боевых кораблей (подводные лодки, тральщики, противолодочные корабли, сторожевые катера и др.).
Важную роль Северный флот играл в обеспечении противолодочной обороны союзных конвоев. Об этом свидетельствует то, что в его операционной зоне союзники не несли потерь от немецких подводных лодок. С участием советского флота за Полярным кругом было потоплено во второй половине 1944 г. 28 немецких подводных лодок.
Северный флот нес потери в основном от действий подводных лодок противника. Во второй половине года они потопили четыре тральщика, сторожевой корабль, два больших охотника и пять судов. На минах погиб один советский торпедный катер. Союзники потеряли два эскортных корабля и два транспорта. Следовательно, наибольший урон в этот период понесли немецко-фашистские военно-морские силы.
После Петсамо-Киркенесской операции, завершившейся поражением гитлеровцев в Заполярье и освобождением Северной Норвегии, усилия Северного флота сосредоточились на защите советских внутренних и внешних коммуникаций от ударов немецких подводных лодок, а также на разведке противника, данные которой доводились и до западных союзников. Сведения воздушной разведки Северного флота позволили английской авиации 12 ноября 1944 г. нанести мощный удар по самому крупному германскому линейному кораблю «Тирпиц» и потопить его. За активное содействие в уничтожении фашистского линкора контр-адмирал Ю. А. Пантелеев и группа советских летчиков были награждены английскими орденами.

Борьба на коммуникациях Балтийского моря


К лету 1944 г. обстановка на Балтийском море все еще оставалась сложной. Немецко-фашистское командование по-прежнему располагало здесь более выгодной системой базирования военно-морских и военно-воздушных сил. Используя шхеры, множество островов, малую ширину Финского залива, оно весной усилило противолодочные позиции в средней и западной частях Финского залива, фланги которых прикрывали с суши более 80 береговых батарей (орудия калибром от 75 до 356 мм). Противник продолжал блокировать советский флот в восточной части Финского залива.
На Ладожском озере обстановка существенно улучшилась после разгрома группировки фашистских войск под Ленинградом в начале 1944 г.
На Балтийском море гитлеровцы имели три основные коммуникации. Одна из них связывала германские порты со шведскими, другая — с финскими, а по третьей направлялись пополнения и снабжение для группы армий «Север». По первым двум в ходе второй мировой войны поступало в рейх около 80 процентов стратегических грузов, доставлявшихся морским путем.
На Балтике строилось и ремонтировалось большое количество немецких подводных лодок; до 30 процентов всего их пополнения давала Данцигская (Гданьская) верфь. В этом районе они проходили испытания, а их экипажи — боевую подготовку. Здесь базировались 12 флотилий подводных лодок и крупные силы надводного флота Германии. Для действий в Финском заливе немецко-фашистское командование сосредоточило в восточной части Балтийского моря значительную часть сил группы «Север». К июню 1944 г. там находилось до 12 миноносцев, 15 подводных лодок, 16 торпедных катеров и другие корабли. Кроме того, гитлеровцы имели на Балтике линкор, 8 крейсеров, около 800 надводных кораблей других классов. Финский флот включал броненосец береговой обороны, 6 канонерских лодок, 8 сторожевых кораблей, 22 торпедных катера, 6 минных заградителей, 5 подводных лодок, 50 малых боевых кораблей и вспомогательных судов. Военно-морские силы поддерживались 1-м воздушным флотом и финской авиацией. Но авиация в первую очередь привлекалась к обеспечению действий сухопутных войск.
Немецко-фашистское командование ставило перед своим флотом следующие задачи: блокировать советские корабли в восточной части Финского залива и не допускать выхода подводных лодок на коммуникации в Балтийском море; нарушать советские пути сообщения в этом районе; обеспечивать свои коммуникации в Финском, Рижском и Ботническом заливах и в открытой части Балтийского моря. В выполнении этих задач фашистский флот опирался главным образом на свои противолодочные позиции в Финском заливе. О сложности ведения боевых действий здесь можно судить по тому, что даже немецкие корабли подрывались на своих минах, хотя и знали границы минных заграждений.
Советское командование придавало большое значение действиям Балтийского флота в предстоявших наступательных операциях на приморских направлениях. При их планировании командующий флотом адмирал В. Ф. Трибуц был вызван в Ставку, где он вместе с наркомом Военно-Морского Флота адмиралом Н. Г. Кузнецовым принял участие в тщательном анализе обстановки на Балтике и определении возможностей и задач балтийцев в операциях летнего периода.
Общие задачи флота на летний период были определены в директиве Ставки Верховного Главнокомандования от 31 марта 1944 г.. Они сводились к тому, чтобы систематически нарушать коммуникации противника в Рижском, Ботническом заливах и в восточной части Балтийского моря действиями минно-торпедной авиации, а в Финском заливе — действиями бомбардировочной и штурмовой авиации и торпедных катеров; надежно обеспечивать свои пути сообщения в восточной части Финского залива и на Ладожском озере; готовить подводные лодки и большие надводные корабли к предстоящим морским операциям.
В начале июня 1944 г. Краснознаменный Балтийский флот, в состав которого входила и Ладожская военная флотилия, насчитывал 1 линейный корабль, 2 крейсера, 2 лидера, 11 эсминцев, 53 торпедных катера, 21 подводную лодку и 478 кораблей других классов (тральщики, охотники за подводными лодками, сторожевые катера и др.) и 583 боевых самолета.
Противник продолжал усиливать свои противолодочные позиции, которыми был перекрыт Финский залив, — Гогландскую и Порккалауддскую. С февраля по сентябрь 1944 г. только на Гогландской позиции было дополнительно поставлено около 14,8 тыс. мин и минных защитников. Минные заграждения прикрывались береговой артиллерией, охранялись корабельными дозорами и авиацией.
В июне — августе подводные лодки, миноносцы и другие фашистские корабли вели многочисленные бои с силами советского флота в районах Выборгского и Нарвского заливов, у Койвисто. В ходе их обе стороны несли немалые потери.
Успешное наступление советских войск на Карельском перешейке и в Прибалтике оказало существенное влияние на обстановку на морских коммуникациях. 9 июля на совещании в ставке Гитлер спросил главнокомандующего немецкими военно-морскими силами гросс-адмирала К. Деница о том, какие последствия будет иметь на Балтике выход советских войск к побережью. «Если советские войска прорвутся к Балтийскому морю южнее (в Литве или Восточной Пруссии), — ответил Дениц, — то позиция в Финском заливе... утратит свое значение, так как тогда русские поставят под угрозу или полностью нарушат перевозки шведской руды и сорвут боевую подготовку подводных лодок в Балтийском море... Ввиду угрозы с фланга со стороны русской авиации, которая сможет действовать с баз Литвы, снабжение морским путем группы армий «Север» и Финляндии станет невозможным».
Вывод Финляндии из войны в сентябре и поражение немецкой группы армий «Север» коренным образом изменили обстановку на Балтике. Осенью силы Ленинградского фронта и Балтийского флота успешно провели десантную операцию по освобождению всех островов Моонзундского архипелага. Это привело к значительному расширению зоны действий советского флота и восстановлению торговых связей со Швецией. 13 октября 1944 г. народный комиссар Военно-Морского Флота сообщил адмиралу Трибуцу, что Советское правительство возложило на флот задачу обеспечения безопасности плавания судов между портами Швеции и Ленинградом. Сначала, до осени, перевозки осуществлялись лишь в восточной части Финского залива; с апреля по сентябрь здесь прошло 158 конвоев, включавших 520 судов и 689 кораблей охранения. А затем, с октября, балтийцы обеспечивали перевозки уже по двум основным направлениям: Ленинград — Хельсинки — Турку — Стокгольм и Ленинград — Хельсинки — Таллин — Пярну. Суда на участке Ленинград, Котка следовали в охранении боевых кораблей; от Котки до Турку они шли по прибрежному шхерному фарватеру самостоятельно, а далее, до Стокгольма, — снова в составе конвоев. От Хельсинки до Таллина и Пярну суда следовали также под охраной кораблей. Такая система переходов позволяла избегать больших потерь. На этих маршрутах от атак противника конвои урона не понесли. На минах во время переходов конвоев от портов Швеции до Ленинграда с сентября по декабрь 1944 г. подорвалось шесть кораблей и судов.
До окончания навигации, завершившейся 19 февраля 1945 г., по всем маршрутам на Балтике прошло 299 конвоев (1514 транспортов в охранении 876 кораблей и катеров). Они доставили в пункты назначения 313,3 тыс. тонн грузов и 42 364 человека. В том числе из шведских портов на 294 транспортах было перевезено в Советский Союз 243,5 тыс. тонн грузов. Только в декабре 1944 г. Ленинградский порт принял 99 тыс. тонн импортных, трофейных и репарационных грузов.
Таким образом, немецко-фашистскому флоту в этот период не удалось нарушить коммуникации Балтийского флота. Некоторые буржуазные историки объясняют это тем, что будто бы на Балтике не было выгодных целей, что поэтому, дескать, немецко-финская «подводная война» 1944 г. не принесла большого успеха и не могла повлиять на общую обстановку.
Вполне очевидно, что измышления об отсутствии выгодных целей понадобились этим авторам, чтобы попытаться оправдать неудачи немецкого флота. Приведенные выше данные свидетельствуют о том, что на Балтике осуществлялись массовые перевозки грузов, что в них принимали участие многие десятки советских транспортных судов и боевых кораблей.
«Подводная война» не принесла успеха гитлеровцам потому, что в результате побед Советских Вооруженных Сил обстановка на Балтике коренным образом изменилась в пользу СССР. Это позволило командованию советского флота организовать надежную защиту своих коммуникаций на Балтийском море.
Летом 1944 г. в корне изменилась обстановка и на Ладоге. С разгромом финских войск на Карельском перешейке и в Южной Карелии необходимость в обеспечении безопасности перевозок грузов в этом районе отпала, и корабли Ладожской военной флотилии перешли в Финский залив.
Командование Балтийского флота не только заботилось о защите своих коммуникаций, но и уделяло большое внимание нарушению перевозок противника. До выхода советских войск к побережью Рижского залива и перебазирования морской авиации на аэродромы Прибалтики немецкие транспорты совершали переходы самостоятельно или с небольшим охранением. Но к осени с усилением боевых действий авиации флота фашистское командование изменило организацию защиты своего судоходства, была введена система конвоев. Их переходы совершались вдали от побережья и обычно ночью. На подходах к базам и портам, а также в узлах коммуникаций развертывались корабельные дозоры и специальные поисковые группы, в состав которых включались охотники за подводными лодками, сторожевые корабли, тральщики. В сентябре для обеспечения наиболее важных конвоев, следовавших из Финляндии и Швеции, гитлеровское командование развертывало отряд прикрытия (2 тяжелых крейсера, 9 эсминцев, несколько подводных лодок). Эти меры позволяли ему осуществлять перевозки морем в большом объеме. Так, в августе немецкие суда перевезли свыше 2 990 тыс. тонн грузов. С 24 сентября по 25 ноября из Прибалтики в Германию было отправлено морским путем 245 642 человека, 290 орудий, 8279 грузовых автомашин и 11 626 лошадей, а в порты Курляндии за этот период транспорты доставили 49 529 тонн грузов.
В то время корабли советского флота, базировавшиеся в районе Ленинград, Кронштадт, из-за минной и воздушной опасности не могли вести боевые действия в открытой части Балтийского моря. Авиация флота из-за большого удаления аэродромов от основных вражеских морских коммуникаций также не имела возможности предпринимать массированные удары по базам, портам и конвоям гитлеровцев. Но после разгрома немецко-фашистской группировки в Прибалтике часть самолетов минно-торпедной авиации перебазировалась на аэродром Паневежис (в Литве) и начала активные боевые действия в Балтийском море. При этом были изменены методы их борьбы на коммуникациях. Если раньше на морские сообщения противника вылетали одиночные самолеты и без предварительной разведки, то теперь для действий по данным воздушной разведки направлялись группы торпедоносцев и бомбардировщиков под прикрытием истребителей. При этом бомбардировочная и штурмовая авиация наносила предварительные удары по судам в Виндаве (Вентспилс) и в других базах, чтобы отвлечь вражеские истребители от защиты кораблей в море.
Изменились также методы нанесения ударов по военно-морским базам и портам противника. Летом эту задачу решала в основном минно-торпедная авиация. В последующем же стали предприниматься совместные массированные удары штурмовой, бомбардировочной и минно-торпедной авиации.
В октябре — декабре 1944 г. авиация флота подвергала атакам вражеские суда в портах Либава (Лиепая) и Мемель. В налетах на Либаву одновременно участвовало до 162 самолетов, в результате было потоплено 20 судов и более 19 транспортов и боевых кораблей получили серьезные повреждения.
После вывода Финляндии из войны финское правительство предоставило СССР возможность перебазировать в порты Ханко, Турку и Хельсинки подводные лодки и обеспечивавшие их действия корабли для борьбы на немецких коммуникациях. Командующий Балтийским флотом в приказе от 26 сентября определил задачи подводников. Они заключались в том, чтобы уничтожать вражеские транспорты и боевые корабли, вести оперативную разведку на театре, осуществлять минные постановки на вероятных путях движения судов противника и на подходах к его базам. К 10 октября первые десять подводных лодок заняли позиции на подходах к Либаве, Виндаве, Кольбергу (Колобжегу) и в других важных районах вражеских коммуникаций. За сравнительно короткий период — с октября по декабрь 1944 г. — 15 подводных лодок, предприняв 66 атак, потопили 25 транспортных и боевых кораблей и повредили 6 судов. Этот успех стал возможным в результате роста боевого мастерства командиров и экипажей подводных лодок, наличия баз вблизи от вражеских коммуникаций, что резко сократило время на выход в районы выполнения боевых задач и возвращение из походов.
Систематически наносила удары по базам противника флотская авиация.
Однако фашистский флот под покровом увеличивавшегося темного времени суток продолжал поддерживать сообщение со своими войсками в Курляндии. Гитлеровцы несли немалые потери в транспортах и боевых кораблях, но полностью парализовать их судоходство не удавалось.
Несмотря на все трудности, балтийцы за последние семь месяцев 1944 г. нанесли врагу значительный урон, потопив 186 кораблей и транспортных судов, в том числе крейсер ПВО, подводную лодку, эсминец, 3 миноносца, минный заградитель. Более 30 кораблей и транспортных судов противника погибло на минах. Балтийский флот в июне — декабре потерял в боях с противником 3 тральщика, 5 торпедных катеров и 43 других катера и судна.
Освобождение советскими войсками Прибалтики и выход сил Балтийского флота на морские просторы имели важное военно-политическое значение. Это вынуждено было признать и немецко-фашистское командование. «Политические последствия прорыва русских к Балтийскому морю были большие», — заявил в сентябре 1944 г. Дениц. Прекращение в сентябре поставок железной руды из Швеции вызвало заметное сокращение производства стали в Германии, что существенно повлияло на работу ее военной промышленности. Шведское правительство перестало опасаться вторжения немецких войск и предприняло настойчивые шаги для налаживания торговли с Советским Союзом. Финляндия с выходом из войны на стороне фашистской Германии предоставила в распоряжение СССР важные военно-морские базы.
Успешные операции Советских Вооруженных Сил в Прибалтике и выход Балтийского флота из Финского залива фактически лишили фашистскую Германию основного района испытаний построенных подводных лодок и подготовки их экипажей, осуществлявшихся в Данцигской бухте. Это способствовало также улучшению обстановки на коммуникациях союзников в Атлантическом океане, куда гитлеровское командование направляло большую часть своих подводных сил.

Действия флотов на Черном море


Во второй половине 1944 г. существенно возросло значение Черноморского театра военных действий в дальнейшем ходе Великой Отечественной войны. В это время здесь достигли крупных масштабов перевозки воинских и народнохозяйственных грузов. Опираясь на освобожденные морские и воздушные базы Крыма и Южной Украины, Черноморский флот, которым командовал адмирал Ф. С. Октябрьский, упрочил свое господство на море, получил возможность наносить удары по любому пункту базирования кораблей противника на театре, нарушать его коммуникации у побережья Румынии и Болгарии, срывать попытки врага маневрировать через Босфор и Дарданеллы силами, находившимися на Черном и Средиземном морях.
Моряки-черноморцы успешно справились с задачей активного содействия войскам 3-го Украинского фронта в разгроме противника в Румынии и в освобождении Болгарии.
Румынский морской штаб, оценивая обстановку на Черноморском театре, сложившуюся к 1 июня, в специальном докладе подчеркивал полное превосходство советской авиации и Черноморского флота. Поэтому перед немецким и румынским флотами на этом театре ставились в основном оборонительные задачи.
В предшествующий период войны гитлеровское командование перебросило в Черное море из Северного и Балтийского морей по внутренним водным путям 428 боевых кораблей и вспомогательных судов (в том числе 6 малых подводных лодок, 16 торпедных катеров, 50 десантных судов). Кроме того, десятки кораблей и судов перешли из Средиземного моря через Дарданеллы и Босфор. Всего немецко-фашистское командование направило на этот морской театр свыше 500 боевых кораблей (включая катера) и вспомогательных судов. В ходе войны эти силы понесли большие потери. И все же немецкий и румынский флоты к лету 1944 г. располагали здесь еще значительными силами. В их состав входили вспомогательный крейсер, 4 эсминца, 3 миноносца, 14 подводных лодок, 23 торпедных катера и более 160 кораблей других классов. Основная задача этих сил состояла в защите коммуникаций у румынского и болгарского побережья. Привлекавшиеся к борьбе на морском театре авиационные части 4-го немецкого воздушного флота вели разведку в северо-западной части Черного моря, прикрывали корабли в базах, эпизодически наносили удары по Одессе, Очакову, Николаеву. Немецко-фашистское командование предпринимало также попытки нарушить советское судоходство. Так, в июне — августе действовавшие на коммуникациях у Кавказского побережья три подводные лодки потопили тральщик, небольшой транспорт, баржу и мотобот.
Силы Черноморского флота и входившей в его состав Дунайской военной флотилии составляли 1 линкор, 4 крейсера, 6 эсминцев, 30 подводных лодок, 440 кораблей других классов и 691 боевой самолет. Задачи флота на лето 1944 г. были определены директивой Ставки Верховного Главнокомандования от 11 апреля 1944 г. Он должен был содействовать наступлению советских войск на приморском направлении, систематически нарушать морские коммуникации противника, надежно обеспечивать безопасность своих морских сообщений, тщательно готовить крупные надводные корабли к участию в предстоящих операциях. Для нарушения вражеских коммуникаций рекомендовалось привлекать подводные лодки, авиацию
Черноморский флот имел полное превосходство над противником в крупных кораблях и в самолетах. Однако к этому времени многие корабли нуждались в ремонте.
Летом немецкие и румынские суда выходили из баз редко, обычно следовали вблизи побережья по специальным фарватерам, прикрытым минными заграждениями и береговыми батареями. Поэтому подводные лодки Черноморского флота, действовавшие здесь в июле — августе, потопили лишь 6 судов. Не дали большого результата выходы торпедных катеров на поиск судов противника у румынского побережья.
Основной урон немецкие и румынские военно-морские силы понесли от действий авиации флота, особенно в период Ясско-Кишиневской операции. К нанесению ударов по вражеским базам во время операции привлекалось до 325 самолетов. Массированный удар авиация нанесла 20 августа по главной военно-морской базе противника Констанца, где находилось до 150 боевых кораблей и вспомогательных судов. Для отвлечения сил ПВО от этого направления штурмовая авиация с утра 19 августа предприняла ряд налетов на Сулину, где базировалось около 50 кораблей и малых судов.
На другой день атакам 90 бомбардировщиков под прикрытием 112 истребителей подверглись корабли и другие объекты в Констанце.
С 19 по 25 августа авиация флота для нанесения ударов по Констанце совершила 347 самолето-вылетов и по Сулине — 340. В результате было потоплено 57 боевых кораблей (включая катера) и транспортных судов и повреждено 28. Уцелевшие корабли противника вынуждены были 25–26 августа уйти из Констанцы в болгарские порты. Сознавая безвыходность положения, гитлеровцы в конце августа — начале сентября затопили в бухте Варны 80 своих кораблей и транспортных судов, а у побережья Турции — 3 последние подводные лодки. Так закончил свое существование на Черном море немецкий флот.
Такая же участь постигла немецкие силы на Дунае. В конце августа в реку прорвалась Дунайская военная флотилия под командованием контрадмирала С. Г. Горшкова. В начале сентября здесь, у Прахова, скопилось около 200 немецких малых кораблей и вспомогательных судов. К этому времени войска 2-го Украинского фронта вышли к Дунаю в районе Железных Ворот. Поэтому гитлеровское командование вынуждено было затопить и корабли, находившиеся у Прахова.
Наряду с защитой морских коммуникаций Черноморский флот сам осуществлял крупные перевозки. В 1944 г. им было перевезено около 320 тыс. воинов, 2187 орудий и минометов, 209 танков и бронемашин, 21 634 автомобиля и прицепа и много других воинских грузов, общий вес которых составлял свыше 617 тыс. тонн. Кроме того, флот обеспечил перевозку более 180 тыс. тонн народнохозяйственных грузов и 137 494 человек гражданского населения.
* * *
Таким образом, в рассматриваемый период от ударов советского Военно-Морского Флота гитлеровцы потеряли на Севере, Балтике и Черном море 376 боевых кораблей и транспортных судов. Под воздействием успешных операций Вооруженных Сил СССР немецко-фашистское командование было вынуждено уничтожить около 280 своих боевых кораблей и судов на Черном море и Дунае. Советские флоты потеряли 75 боевых кораблей и транспортных судов.
Успехи Военно-Морского Флота были обусловлены прежде всего разгромом Советской Армией группировок немецко-фашистских войск на Севере, в Прибалтике и на юге, выводом из войны Финляндии и Румынии.
Военно-Морской Флот успешно решал задачи по защите своих коммуникаций. К обеспечению бесперебойного судоходства привлекались значительные его силы. Это позволяло пароходствам выполнять большой объем перевозок. В 1944 г. Балтийское, Черноморское и Дунайское пароходства лишь по заданиям Наркомата обороны и других центральных органов, а также по оперативным планам Наркомата Морского флота перевезли около 1,2 млн. тонн грузов, свыше 300 тыс. человек военнослужащих и гражданского населения.
Всего советские действующие флоты обеспечили перевозку морем свыше 1,3 млн. человек, более 1100 танков и бронемашин, свыше 6700 орудий и минометов, около 34 тыс. автомашин, тракторов, тягачей и прицепов. Общий объем воинских и народнохозяйственных грузов составил более 2 млн. тонн.
Флот надежно обеспечивал безопасность союзных конвоев в своей операционной зоне на Севере, а также крупных перевозок из Швеции на Балтике.
Во второй половине 1944 г. авиация флотов — их главная ударная сила, как и в предшествующий период, использовалась преимущественно в борьбе на море. Она прикрывала свои корабли и военно-морские базы, наносила удары по кораблям и приморским объектам противника, осуществляла постановку минных заграждений, вела разведку. Использование морской авиации на сухопутном фронте практиковалось в исключительных случаях и только с разрешения Ставки.
Успешное выполнение Военно-Морским Флотом своих задач в 1944 г. показало прежде всего возросший уровень советского военно-морского искусства, явилось результатом огромных усилий командования ВМФ и Главного морского штаба, военных советов и штабов флотов, командиров и политорганов, всех военных моряков.
Большую роль в достижении советскими моряками успехов в борьбе на коммуникациях сыграли согласованные действия разнородных сил флота, эффективное использование нового оружия и технических средств (электроторпед, радиолокации, выдвижных перископных антенн и других).
Одним из решающих условий успехов советского Военно-Морского Флота явилась боевая и целеустремленная партийно-политическая работа. Она проводилась на основе решений ЦК ВКП(б) и директив Главного политического управления ВМФ, которое возглавлял генерал-полковник береговой службы И.. В. Рогов. При ее организации учитывался ряд новых задач, обусловленных, в частности, переводом кораблей и частей в базы на освобожденной советской территории, а также в порты Румынии, Финляндии и Болгарии, поступлением значительной части пополнения из районов, население которых длительное время находилось в условиях оккупации и подвергалось воздействию фашистской и буржуазно-националистической пропаганды.
Военные советы, командиры и политорганы, партийные и комсомольские организации большое внимание уделяли разъяснению личному составу освободительной миссии Советской Армии и Военно-Морского Флота, их интернационального долга, разоблачению лжи буржуазно-националистической пропаганды и налаживанию правильных взаимоотношений с населением освобожденных стран, воспитанию воинов в духе высокой бдительности. Они настойчиво добивались дальнейшего укрепления дисциплины и повышения боевой готовности, авангардной роли коммунистов и комсомольцев в выполнении боевых заданий командования, пополнения партийных и комсомольских рядов за счет отличившихся в боях воинов. В июне — декабре 1944 г. на действующих флотах и флотилиях было принято в партию 10 878 человек и кандидатами в члены ВКП(б) — 9573 человека. Особая забота проявлялась о тех кораблях, которые длительное время действовали в отрыве от своих баз. Туда направлялись наиболее опытные политработники и коммунисты, способные организовать партийно-политическую работу в сложной обстановке.
Главным результатом этой большой разносторонней работы явились массовый героизм и высокое боевое мастерство военных моряков, замечательные морально-боевые качества, проявленные ими в борьбе с врагом.
За образцовое выполнение боевых заданий командования в июле — декабре 1944 г. 34 части, соединения и учреждения Военно-Морского Флота были награждены орденами Советского Союза. 107 офицеров, старшин и краснофлотцев удостоились высокого звания Героя Советского Союза. Второй медалью «Золотая Звезда» были награждены командиры авиаполков Краснознаменного Балтийского флота подполковники А. Е. Мазуренко, В. И. Раков, Н. В. Челноков, а также командир отряда торпедных катеров Северного флота капитан-лейтенант А. О. Шабалин.
При использовании материалов сайта, активная ссылка на GREAT-VICTORY.RU обязательна!