ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

Ход войны
Хронология войны
Сражения и операции
Сводки Совинформбюро
Военная фотохроника
Третий рейх в цвете
Артиллерия Второй Мировой
Авиация Второй Мировой
Танки Второй Мировой
Советские военные песни
Рефераты на тему ВОВ
Женщины-герои СССР
Фото находок с войны

ТОП 20 материалов сайта
Рекомендуем посетить

                                          ДЕНЬ ПОБЕДЫ. Мнения людей

                                              Справочники и статистические данные

Униформа СССР
Униформа Германии
Униформа Италии
Униформа Англии
Униформа Польши
Униформа Франции
Униформа США
Униформа других стран

Вооружение Вермахта
Боеприпасы Вермахта

Книга об артиллерии


Ход войны

Освобождение Польши

Добавлено: 2012.10.21
Просмотров: 2643

Внутриполитическое положение Польши


Советские войска и сражавшиеся вместе с ними части Войска Польского, выйдя к рекам Нарев и Висла, освободили от немецко-фашистских оккупантов четвертую часть территории Польши, где благодаря упорной и последовательной деятельности Польской рабочей партии польский народ образовал центральные и местные органы власти. В состав созданного Польского комитета национального освобождения вошли представители политических партий страны: Польской рабочей партии — руководящей силы демократического блока, Польской социалистической партии, Крестьянской партии, Демократической партии и беспартийные. Основное ядро государственного аппарата составляли закаленные в борьбе с захватчиками кадры, идейно и организационно связанные с Польской рабочей партией.
В освобожденной части страны происходили радикальные революционно-демократические преобразования. В промышленности они проводились в соответствии с положениями манифеста Польского комитета национального освобождения — первого программного документа, с которым 22 июля 1944 г. выступила новая, народная власть. В этом манифесте указывалось: «Национальное имущество, находящееся сейчас в руках немецкого государства и отдельных немецких капиталистов, а именно — крупные промышленные, торговые, банковские, транспортные предприятия, а также леса, перейдут во временное управление государства». В нем подчеркивалось, что «собственность, захваченная немцами у отдельных граждан — крестьян, торговцев, ремесленников, мелких и средних предпринимателей, учреждений и церкви, будет возвращена законным владельцам». Важным внутриполитическим и народнохозяйственным событием явилась проводившаяся с 10 января 1945 г. денежная реформа, согласно которой оккупационные «краковские злотые» подлежали обмену на новые денежные знаки.
Таким образом, социальные перемены касались прежде всего экспроприации имущества захватчиков. Изъятие производства из рук оккупантов означало на практике передачу управления экономикой страны в руки демократического государства, где руководящая роль отводилась рабочему классу.
К 20 декабря 1944 г. — сроку, установленному декретом Польского комитета национального освобождения, в основном был завершен первый этап аграрной реформы. Была выполнена одна из важнейших задач народно-демократической революции — экспроприация земли у помещиков и передача ее трудовому крестьянству. В Польше, где до войны в сельском хозяйстве было занято до 65 процентов населения, земельная реформа явилась тем фактором, который оказал большое влияние на отношение крестьянства к новой власти, а также на настроения солдат Войска Польского, в большинстве своем пришедших в армию из деревни. Земли помещичьих имений были разделены между безземельными, малоземельными и середняцкими крестьянскими хозяйствами. Это имело огромное революционизирующее значение для преобразования жизни в деревне. Аграрная реформа укрепила боевой союз пролетариата и крестьянства, усилила руководящую роль и авторитет рабочего класса.
Усилия польского народа, руководимого Польским комитетом национального освобождения, были направлены на завершение освобождения родины от фашистских оккупантов, осуществление мер по восстановлению промышленности и транспорта, закрепление результатов проведенной в районах восточнее Вислы аграрной реформы, увеличение производства продуктов сельского хозяйства, организацию труда на заводах, фабриках, шахтах, железных дорогах и во вновь созданных демократических учреждениях.
Деятельность Польского комитета национального освобождения по осуществлению социально-экономических преобразований высоко подняла его авторитет среди широких народных масс. На многочисленных митингах, собраниях, конференциях и съездах представители политических партий, профессиональных союзов, рабочих, крестьян, интеллигенции и молодежи выступали за создание Временного правительства Польской республики. 31 декабря 1944 г. Польский комитет национального освобождения был преобразован во Временное правительство Польской республики. Премьер-министром и министром иностранных дел был назначен бывший председатель Польского комитета национального освобождения Э. Осубка-Моравский. Образование Временного правительства открывало новый этап в борьбе польского народа за независимость и дальнейшее укрепление демократических сил страны.
В программном заявлении Временного правительства от 2 января 1945 г. говорилось, что его главные задачи — завершение полного освобождения Польши и доведение борьбы с гитлеровской Германией до окончательной победы, восстановление и развитие народного хозяйства страны, строительство и укрепление Войска Польского, претворение в жизнь требований польского народа об установлении западной границы по Одеру и Нейсе, развитие и укрепление дружественных отношений с Советским Союзом и другими демократическими государствами.
Образование Временного правительства с глубоким удовлетворением было встречено трудящимися. На прошедших в городах и селах митингах решения сессии Крайовой Рады Народовой получили единодушную поддержку. Временное правительство продолжало осуществлять социально-экономические преобразования, начатые Польским комитетом национального освобождения. Оно мобилизовывало усилия народа на ликвидацию последствий длительной фашистской оккупации, восстановление разрушенной экономики страны, строительство вооруженных сил. Но все это наталкивалось на огромные трудности, связанные с отсутствием материальных средств для восстановления хозяйства и нормализации условий жизни населения. Кроме того, практические действия Временного правительства — правительства рабочих и крестьян — вызвали яростное сопротивление реакционных сил внутри страны и за ее пределами.
Лондонское эмигрантское правительство, опираясь на различные организации буржуазно-помещичьей реакции внутри страны, стремилось опорочить новую власть и сорвать осуществление демократических преобразований в Польше. Оно развернуло злобную националистическую пропаганду, с помощью подпольных групп организовывало провокации, террористические акты против представителей прогрессивных партий, Временного правительства и местных органов власти, а также против воинов Советской Армии и Войска Польского. Действия реакции имели целью опорочить политику Советского Союза и были направлены на разжигание вражды между польским и советским народами. Нередко переодетые в красноармейскую форму вооруженные отряды контрреволюционного подполья совершали налеты на населенные пункты, пытаясь этим дискредитировать Советскую Армию. Реакция распространяла ложные слухи о Войске Польском с целью удержать народ от вступления в его ряды.
Социально-экономические преобразования и процесс создания польских вооруженных сил проходили в ожесточенной классовой борьбе. Контрреволюционные силы, которые группировались вокруг эмигрантского правительства и реакционных организаций как в самой стране, так и за рубежом, а также различного рода вооруженные формирования, находившиеся в подполье, оказывали яростное сопротивление всем мероприятиям Временного правительства, Польской рабочей и других демократических партий. Лондонское эмигрантское правительство и его делегатура в стране с самого начала отвергли предложения Польской рабочей партии о совместной борьбе против фашистских захватчиков. Буржуазия не хотела сотрудничать не только с революционной рабочей партией, но и с другими прогрессивными организациями даже в период оккупации, когда этого требовали интересы страны, а польскому народу угрожало полное уничтожение. Буржуазные подпольные организации типа народовых сил збройных считали для себя главной опасностью не гитлеровское господство, а влияние Советского Союза и польского революционного подполья во главе с Польской рабочей партией. Они развернули яростную борьбу против всех прогрессивных организаций, сознательно добивались разъединения народных масс и развязывания гражданской войны в условиях оккупации. Однако их планы по восстановлению довоенного строя, проведению антисоветской внешней политики, подавлению революционного движения трудящихся оказались несостоятельными, так как были направлены против польского народа, носили контрреволюционный характер. Чем безнадежнее становились расчеты обанкротившейся эмигрантской клики и ее делегатуры в Польше, тем активнее она боролась против прогрессивных партий и проводимых ими преобразований. Своими действиями она стремилась не допустить укрепления народной власти и осложнить национально-освободительную борьбу польского народа.
В этой обстановке помощь трудящимся Польши по-прежнему оказывал Советский Союз. Неуклонно проводя курс на укрепление дружественных отношений, правительство СССР 5 января установило с Временным правительством дипломатические отношения и оказало ему значительную политическую и экономическую поддержку. Это имело важное значение для укрепления международного положения Польской республики и успешного ее развития как независимого демократического государства. В марте Временное правительство обменялось послами с Чехословакией и Францией и установило официальные отношения с Югославией, а в мае им были установлены дипломатические контакты с Италией и Швецией. Однако США и Англия, продолжая поддерживать лондонское эмигрантское правительство, оставили без ответа ноту нового правительства Польши с предложением установить дипломатические отношения. Образование Временного правительства и установление с ним дипломатических отношений рядом государств явилось серьезным ударом по лондонскому эмигрантскому правительству, позиции которого на международной арене оказались основательно подорванными.
В упрочении молодого демократического государства большую роль сыграло решение трудной для того времени проблемы подбора и расстановки руководящих кадров в центральных и местных органах власти, способных мобилизовать народ на проведение революционных преобразований в городе и деревне, а также подавление действий реакционных сил внутри страны.
В сложившихся условиях важное значение имело ускоренное развертывание национальных вооруженных сил, так как от этого во многом зависело упрочение власти народной демократии. Организуемые вооруженные силы необходимы были прежде всего для завершения совместно с Советской Армией освобождения Польши.
В создании национальных вооруженных сил помощь Польше оказывал Советский Союз. Все формировавшиеся части и соединения обеспечивались советским вооружением, средствами связи, транспортными машинами, боеприпасами, горючим, обмундированием и частично продовольствием.
Большие трудности приходилось преодолевать в укомплектовании частей и соединений командными кадрами. Главнокомандующий Войском Польским генерал М. Роля-Жимерский в обращении к советскому Верховному Главнокомандованию отмечал, что «основным затруднением в проведении мероприятий по развертыванию вооруженных сил Польши является недостаток своих национальных офицерских кадров, особенно офицерских кадров специальных родов войск». Одной из форм помощи со стороны Советского Союза было откомандирование опытных офицеров и генералов в качестве инструкторов в формировавшиеся части Войска Польского. Всего к концу войны в рядах Войска Польского находилось около 20 тыс. советских генералов и офицеров, более 13 тыс. младших командиров и рядовых — специалистов технических войск. Для создания польских военно-учебных заведений были предоставлены Мичуринское военно-инженерное училище, 6-я школа начального обучения летчиков, 11-я гвардейская танковая бригада и 67-й отдельный батальон связи. В Войске Польском была создана широкая сеть военных училищ, школ, курсов, в которых обучалось более 13 тыс. человек, увеличился контингент польских курсантов в советских военно-учебных заведениях. Впоследствии в приказе Главнокомандующего Войском Польским отмечалось: «Благодаря самоотверженному труду советских офицеров-инструкторов наши части шли в бой хорошо обученными в соответствии с новейшими достижениями военного искусства».
Оказанная помощь в обеспечении войск вооружением, боевой техникой и материальными средствами, а также в подготовке офицерских кадров сыграла огромную роль в создании сильного Войска Польского, которое совместно с Советской Армией включилось в борьбу против фашистской Германии.
К началу 1945 г. были созданы Главное командование, Главный штаб, Главное политуправление и командования родов войск польских вооруженных сил. Вместо намечавшихся трех была сформирована одна армия, заканчивали формирование еще одна армия, танковый и авиационный корпуса. Всего вооруженные силы новой Польши насчитывали около 286 тыс. человек. В состав действующих войск входила 1-я армия, которая к началу Висло-Одерской операции имела пять пехотных, зенитно-артиллерийскую и смешанную авиационную дивизии, а также ряд других боевых и специальных частей и подразделений общей численностью около 68 тыс. человек. На ее вооружении было 1260 орудий и минометов, 172 танка и самоходно-артиллерийские установки.
Временное правительство и Польская рабочая партия, опираясь на всестороннюю помощь Советского Союза и творчески используя опыт его Вооруженных Сил в военном строительстве, создали боеспособную и преданную народу армию.
В то время как в восточных районах Польши народные массы под руководством Польской рабочей партии приступили к осуществлению широких социально-экономических преобразований и строительству нового, народно-демократического государства, к западу от Вислы свирепствовали немецко-фашистские оккупанты. В концентрационных лагерях в Освенциме, Быдгощи, Торуни, Ченстохове и других городах Польши они ежедневно уничтожали тысячи поляков, советских военнопленных и других борцов против фашизма из всех стран Европы. На землях Поморского, Познанского, Силезского (Катовицкого), большей части Лодзинского, северной части Варшавского, западной части Краковского и Келецкого воеводств находилось 700 тыс. немецких колонистов. Они являлись владельцами лучших угодий, более 206 тыс. промышленных предприятий и торговых фирм. Огнем и мечом фашисты насаждали в Польше «новый порядок». Но вместо слепой покорности они встречали гнев и сопротивление польского народа, все нараставшие удары партизан. В тесном взаимодействии с польскими партизанами сражались советские партизанские отряды и разведывательные группы, которые пользовались поддержкой и всесторонней помощью местного населения. Советские люди, борясь совместно с польскими партизанами, показывали образцы мужества и героизма, разъясняли внешнюю политику СССР, его интернациональные цели в войне. Это способствовало росту дружбы между польским и советским народами, разоблачению антисоветских измышлений и укреплению демократических сил на еще оккупированной территории Польши. В целом польские и советские партизаны оказали действенную помощь наступавшим советским войскам и сыграли важную роль в расширении национально-освободительной борьбы польского народа.
Для подавления партизанского движения гитлеровцам пришлось привлекать регулярные части. В результате стабилизации фронта на Висле осложнилось положение крупных партизанских формирований в Келецком воеводстве, которые оказались в прифронтовой полосе. По решению Главного командования Войска Польского основные силы этих отрядов в конце октября 1944 г. пробились через линию фронта на правый берег Вислы.
Польское командование приняло решение изменить тактику партизанской борьбы. Партизанские соединения были переформированы в небольшие отряды и группы. Наиболее активные действия зимой 1944/45 г. развернулись в Прикарпатье — южных районах Краковского и Катовицкого воеводств, где было более десяти польских и советских партизанских отрядов, а также ряд мелких диверсионных и разведывательных групп. Ощутимые удары по врагу наносили также партизанские формирования в Келецком, Варшавском воеводствах и в Верхней Силезии. Основные усилия партизан были направлены на нарушение железнодорожных коммуникаций, ликвидацию вражеских карательных отрядов, уничтожение мелких групп противника, а также спасение населения от насильственной отправки на каторжные работы в Германию и освобождение узников 4 из фашистских лагерей. Наряду с этим польские партизанские отряды под руководством Польской рабочей партии осуществляли большую организационную и пропагандистскую работу среди населения западных районов Польши. В результате широкой поддержки масс на оккупированной территории были созданы подпольные воеводские, городские, уездные и волостные народные советы (рады народовы), профсоюзы и заводские комитеты. Как подлинные народные органы, они играли важную роль в сплочении усилий народа для развертывания активной борьбы против захватчиков. В их состав входили коммунисты, социалисты, крестьянские и беспартийные деятели. Создание народных советов значительно облегчило впоследствии задачу проведения революционных преобразований на местах и сорвало происки реакционных элементов. Еще за несколько месяцев до освобождения Верхне-Силезского промышленного района, а также Лодзинского, Краковского и Келецкого воеводств широкое развитие получило движение рабочих за охрану промышленных предприятий, спасение заводского оборудования от вывоза в Германию или уничтожения его оккупантами, предотвращение затопления шахт. Благодаря этому после изгнания фашистов некоторые предприятия смогли незамедлительно приступить к работе.
События в Польше разоблачают вымыслы фальсификаторов истории о насаждении Советской Армией «революционных режимов» и со всей убедительностью подтверждают ленинское положение о невозможности революции без соответствующих для этого внутренних условий. Еще в 1918 г. В. И. Ленин говорил: «Конечно, есть люди, которые думают, что революция может родиться в чужой стране по заказу, по соглашению. Эти люди либо безумцы, либо провокаторы. Мы пережили за 4 последние 12 лет две революции. Мы знаем, что их нельзя сделать ни по заказу, ни по соглашению, что они вырастают тогда, когда десятки миллионов людей приходят к выводу, что жить так дальше нельзя». Освободительная борьба польского народа под руководством Польской рабочей партии закономерно перерастала в революционное движение. Она преследовала цели не только избавления от фашистских оккупантов, но и освобождения от капиталистического режима в своей стране.

Обстановка на центральном участке советско-германского фронта. Планы сторон


Сложившемуся к началу 1945 г. положению на центральном участке советско-германского фронта предшествовали выдающиеся победы Советской Армии летом и осенью 1944г. Разгромив стратегические группировки противника в Белоруссии и западных областях Украины, войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов вышли к реке Висла, захватили на ее левом берегу плацдармы в районах Магнушева, Пулавы и Сандомира и к середине января 1945 г. сосредоточили там мощные ударные группировки для дальнейшего наступления на центральном направлении и завершения освобождения Польши.
Гитлеровское командование придавало большое значение удержанию крупных промышленных районов Польши, особенно Силезского, Лодзинского, Познанского и Кельце-Радомского. Правители рейха неоднократно подчеркивали, что с их потерей Германия лишится возможности продолжать войну. Кроме того, через Польшу проходил кратчайший путь к центру фашистской Германии, а Вислу гитлеровцы рассматривали как последний, наиболее выгодный естественный рубеж для организации обороны. Все это заставляло командование вермахта проводить мероприятия по подготовке войск к отражению наступления Советской Армии в Польше. Наряду с совершенствованием позиций на Висле была развернута работа по созданию мощной, глубоко эшелонированной системы оборонительных рубежей. Их строительство велось быстрыми темпами, для чего привлекались инженерные войска, курсанты военных училищ, военнопленные и значительное количество местного населения, которое сгонялось на работы в принудительном порядке.
К началу января гитлеровцы подготовили семь оборонительных рубежей, эшелонированных на глубину 300 — 500 км. Никогда еще в ходе второй мировой войны немецко-фашистское командование не создавало столь глубокой, насыщенной инженерными сооружениями обороны. Для повышения ее устойчивости, особенно в противотанковом отношении, широко использовались реки Висла, Бзура, Равна, Радомка, Нида, Пилица, Варта, Нотець, Обра, Одер и другие. В систему оборонительных рубежей включались подготовленные к длительной обороне многочисленные города, такие, как Модлин, Варшава, Радом, Кельце, Краков, Лодзь, Быдгощ, Познань, Шнейдемюль и другие, представлявшие мощные опорные пункты и узлы сопротивления. Плотным насыщением фортификационными сооружениями отличался вислинский рубеж. Расположенный вдоль левого берега Вислы, он был занят войсками на глубину до 30 — 70 км и имел густую сеть траншей, ходов сообщения, противотанковых рвов, проволочных и минных заграждений, блиндажей и огневых позиций. Особые надежды гитлеровское командование возлагало на Померанский вал и Мезеритцкий укрепленный район, подготовленные еще до войны вдоль польско-германской границы. Достаточно сильным являлся рубеж обороны по реке Одер, в систему которого входили модернизированные старинные крепости и мощные узлы обороны: Кюстрин, Франкфурт-на-Одере, Глогау, Бреслау, Ратибор и другие. Предполагалось, что в случае вынужденного оставления позиций на Висле отходившие войска и выдвигаемые резервы будут последовательно занимать следующие оборонительные рубежи. Такой метод ведения обороны должен был по замыслу гитлеровского командования обескровить Советскую Армию и надолго затянуть войну.
В полосе от устья реки Западный Буг до города Ясло оборонялись 9-я, 4-я танковая и 17-я армии группы армий «А» под командованием генерала И. Гарпе. К 10 января в трех армиях и резерве группы армий «А» имелось 30 дивизий и 2 бригады, до 50 отдельных батальонов, находившихся в городах Польши. Всего группа армий насчитывала до 560 тыс. солдат и офицеров, около 5 тыс. орудий и минометов, 1220 танков и штурмовых орудий. Ее действия поддерживали 630 боевых самолетов 6-го воздушного флота. Противник стремился удержать оборонительный рубеж по Висле и предотвратить выход советских войск к границам Германии на центральном направлении. Основные усилия гитлеровцы сосредоточили против советских войск, находившихся на вислинских плацдармах. Почти все имевшиеся силы и средства были задействованы для обороны тактической зоны. В резерве группы армий «А» было 8 дивизий, из них 4 танковые и 2 моторизованные, последние были сосредоточены против вислинских плацдармов в районах Радома, Кельце, Хмельника.
Для укрепления дисциплины, поднятия боевого духа войск и повышения устойчивости обороны гитлеровцы наряду с идеологической обработкой применяли и репрессивные меры. Еще 23 сентября 1944 г. начальник штаба верховного главнокомандования фельдмаршал В. Кейтель утвердил «Мероприятия против явлений разложения в войсках». В этом документе требовалось «расстреливать солдат и офицеров любого ранга, проявивших на поле боя неустойчивость и трусость». Оперативную паузу в действиях сторон на центральном участке советско-германского фронта, установившуюся с осени 1944 г., геббельсовская пропаганда объясняла якобы отсутствием у Советской Армии сил для прорыва столь мощной обороны на Висле.
Восхвалением несокрушимости позиций на Висле, пропагандой временных успехов контрнаступления в Арденнах, запугиванием своих солдат возмездием за совершенные злодеяния на советской территории в сочетании с жестокими репрессивными мерами гитлеровским руководителям удалось поддержать в войсках слепое повиновение, готовность к фанатичному сопротивлению.
Подготовка советских войск к операции началась с осени 1944 г. Учитывая важность политических целей и стратегических задач, а также необходимость выполнения их в короткие сроки, Ставка Верховного Главнокомандования значительно усилила 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты людьми и боевой техникой. В октябре — декабре из резерва Ставки в их состав были переданы восемь общевойсковых и три танковые армии, пять авиационных корпусов, два артиллерийских корпуса, прорыва и большое количество отдельных артиллерийских, авиационных, танковых, самоходно-артиллерийских частей и соединений. К началу операции 1-й Белорусский фронт имел восемь общевойсковых армий, в том числе 1-ю армию Войска Польского, две танковые и воздушную армии, два танковых и два кавалерийских корпуса. В полосе фронта действовала смешанная польская авиационная дивизия. В 1-м Украинском фронте было восемь общевойсковых, две танковые и воздушная армии, три танковых, механизированный и кавалерийский корпуса. Проведенные мероприятия позволили более чем вдвое увеличить состав советских войск на Висле и добиться необходимого превосходства над противником.
Всего в составе двух фронтов было 2203,7 тыс. человек, 33,5 тыс. орудий и минометов, свыше 7 тыс. танков и САУ, 5 тыс. боевых самолетов. Сосредоточенная на центральном направлении группировка советских; войск обладала огромной ударной силой. Развернутая в 480-километровой полосе (22 процента протяженности советско-германского фронта), она включала около трети личного состава, артиллерии и минометов, а также самолетов, свыше половины танков и самоходно-артиллерийских установок действующей армии, что позволило успешно решать стоявшие перед фронтами задачи. Умелый выбор направления главного удара и смелое массирование крупных сил на нем еще раз подтвердили значительное превосходство стратегической мысли советского командования.
Еще 16 ноября 1944г. в командование 1-м Белорусским фронтом вступил заместитель Верховного Главнокомандующего Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, выдающиеся полководческие и организаторские способности которого проявились в достижении побед Советской Армии под Ленинградом и Москвой, Сталинградом и Курском, в операциях по освобождению Украины и Белоруссии. Войсками 1-го Украинского фронта командовал Маршал Советского Союза И. С. Конев, незаурядное полководческое дарование которого особенно ярко раскрылось в операциях по освобождению Украины.
Мощное январское наступление войск 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов на центральном направлении составило содержание Висло-Одерской операции. Важную роль в ее успешном осуществлении играло наступление 2-го Белорусского севернее Сероцка и 4-го Украинского фронтов южнее Ясло.
Перед Советскими Вооруженными Силами были поставлены важные политические цели: завершить освобождение польского народа от фашистских поработителей и оказать ему братскую помощь в воссоединении всех исконно польских земель, для чего необходимо было разгромить основные силы группы армий «А» и обеспечить выгодные условия для завершающего удара по Берлину. Своим наступлением они должны были отвлечь часть немецко-фашистских войск с западного фронта и помочь союзникам, которые в результате контрнаступления противника в Арденнах и Вогезах оказались в тяжелом положении. Ставка Верховного Главнокомандования предусматривала нанести мощные удары войсками 1-го Белорусского фронта в направлении на Познань, а 1-го Украинского — на Бреслау, взломать оборону врага на всю глубину, рассечь его силы на отдельные группы и уничтожить их по частям.
По указанию Ставки Верховного Главнокомандования в конце октября — начале ноября 1944 г. фронты приступили к планированию наступления. Штаб 1-го Белорусского фронта под руководством генерала М. С. Малинина разработал план Варшавско-Познанской операции фронта. 26 ноября план операции был доложен Ставке, которая одобрила его.
Штаб 1-го Украинского фронта во главе с генералом В. Д. Соколовским разработал план Сандомирско-Силезской фронтовой операции. При его утверждении особое внимание обращалось на необходимость избежать затяжных боев в Верхне-Силезском промышленном районе, чтобы не допустить разрушений многочисленных фабрик, заводов и шахт. «На сохранность Силезского промышленного района, — вспоминает генерал С. М. Штеменко, — Сталин обращал особое внимание и специально говорил по этому вопросу с командующим 1-м Украинским фронтом И. С. Коневым».
В соответствии с общим замыслом операции 1-й Белорусский фронт должен был при выполнении ближайшей задачи разгромить варшавско-радомскую группировку противника и не позднее 11 — 12-го дня наступления овладеть рубежом Петрувек, Жихлин, Лодзь (глубина 150 — 180 км). В дальнейшем ему предстояло развивать наступление в общем направлении на Познань. Войскам 1-го Украинского фронта во взаимодействии с 1-м Белорусским приказывалось разгромить кельце-радомскую группировку врага и не позднее 10 — 11-го дня наступления овладеть рубежом Пётркув, Ченстохова, Бохня (глубина 120 — 150 км); в дальнейшем им надлежало наступать в общем направлении на Бреслау.
Командующий 1-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Г. К. Жуков решил прорвать вражескую оборону на трех направлениях. Главный удар намечалось нанести с магнушевского плацдарма в направлении на Кутно, Познань. 61-я, 5-я ударная и 8-я гвардейская армии должны были прорвать здесь оборону на 17-километровом участке, обеспечить ввод в сражение танковых армий и к 12-му дню наступления выйти на рубеж Люшин (30 км северо-восточнее Кутно), Жихлин, Згеж. Ввод в сражение 1-й гвардейской танковой армии планировалось осуществить на второй, а 2-й гвардейской танковой армии и 2-го гвардейского кавалерийского корпуса на третий день операции. Они предназначались для развития успеха на главном направлении. Обеспечение ввода танковых армий возлагалось на 8-ю гвардейскую, 5-ю ударную и 16-ю воздушную армии. Для наращивания усилий главной группировки фронта предназначалась 3-я ударная армия, находившаяся во втором эшелоне фронта.
Второй удар намечалось нанести с пулавского плацдарма в направлении Радом, Лодзь. Оборону противника на участке 13 км прорывали 69-я и 33-я армии, усиленные соответственно 11-м и 9-м танковыми корпусами. На 12-й день операции 69-я армия должна была овладеть городом Лодзь и выйти на рубеж Згеж, Пабьянице. Основные силы 33-й армии после выхода ее в район Вежбица предназначались для наступления на Шидловец и разгрома островецко-опатувской группировки противника во взаимодействии с войсками правого крыла 1-го Украинского фронта. Для развития наступления 69-й и 33-й армий кроме танковых корпусов предусматривалось на третий день операции ввести в сражение 7-й гвардейский кавалерийский корпус — резерв фронта.
Уничтожение варшавской группировки противника возлагалось на три общевойсковые и одну танковую армии. 47-я армия получила задачу перейти в наступление на второй день операции, прорвать оборону противника на 4-километровом участке севернее Варшавы, ликвидировать его плацдарм в междуречье Вислы и Западного Буга, форсировать Вислу юго-восточнее Модлина и развивать наступление на Лешно, в обход столицы Польши с северо-запада. Войска 61-й армии, наступавшие с магнушевского плацдарма в направлении Блоне, и 2-й гвардейской танковой армии, которые действовали на Сохачев, обходили Варшаву с юго-запада и запада. Задача непосредственного освобождения Варшавы по просьбе Временного правительства Польши была возложена на 1-ю армию Войска Польского. По решению командующего фронтом она переходила в наступление главными силами на четвертый день операции. К этому времени уже можно было определить результаты наступления севернее и южнее Варшавы, что в значительной мере облегчало выполнение задачи освобождения столицы с наименьшими потерями. Используя успех 61-й армии, 1-я армия Войска Польского должна была переправить свои основные силы на левый берег Вислы, развивать наступление вдоль реки на север, во взаимодействии с 47-й и 61-й армиями уничтожить варшавскую группировку противника и освободить Варшаву. Остальными силами (двумя дивизиями) она продолжала оборонять рубеж на правом берегу Вислы. По мере продвижения главных сил 1-й армии Войска Польского эти дивизии должны были, переправившись через реку, наступать на Варшаву.
По решению Ставки Верховного Главнокомандования в разгроме варшавской группировки противника 1-му Белорусскому фронту оказывал содействие 2-й Белорусский, которому ставилась задача частью сил левого крыла нанести удар в обход Модлина с запада и быть в готовности форсировать Вислу.
Командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза И. С. Конев решил нанести мощный удар с сандомирского плацдарма в направлении Хмельник, Радомско, а в дальнейшем на Бреслау. Прорыв обороны врага предусматривалось осуществить на одном участке шириною 39 км войсками 13, 52, 5-й гвардейской армий, а также частью сил 3-й гвардейской и 60-й армий. 3-я гвардейская армия усиливалась 25-м, а 5-я гвардейская армия — 4-м гвардейским и 31-м танковыми корпусами. Для развития наступления ударной группировки планировалось в первый же день операции ввести в сражение 4-ю и 3-ю гвардейскую танковые армии с задачей к исходу третьего дня операции выйти на реку Пилица.
Обеспечение правого фланга ударной группировки фронта возлагалось на 3-ю гвардейскую и 6-ю армии. 3-я гвардейская армия получила задачу прорвать оборону на участке 2 км и наступать в направлении Шидловец, обходя с запада островецко-опатувскую группировку противника. 6-я армия на первом этапе операции должна была обороняться на правом крыле фронта в полосе шириною 94 км. В дальнейшем предусматривалось ее участие совместно с 3-й гвардейской армией в преследовании и уничтожении островецко-опатувской группировки.
Для обеспечения главной ударной группировки фронта с юга предназначалась 60-я армия, которая, действуя в первом эшелоне фронта, имела задачу большей частью сил прорвать оборону противника на участке шириною 3 км и наступать на Краков вдоль левого берега Вислы,, а остальными силами оборонять полосу шириною 80 км южнее Вислы. 59-ю армию, входившую во второй эшелон фронта, намечалось ввести в сражение с рубежа реки Нида на второй день операции. Во взаимодействии с 60-й армией и войсками 4-го Украинского фронта она должна была освободить Краков. Во втором эшелоне находилась и 21-я армия, предназначавшаяся для развития наступления в направлении на Бреслау. В резерве оставались 1-й гвардейский кавалерийский и 7-й гвардейский механизированный корпуса.
Учитывая размах наступления, фронты имели глубокое оперативное построение с сильными первыми и вторыми эшелонами, резервами, а также мощными подвижными группами для развития успеха. Армии были построены в один, два и даже три эшелона, а некоторые из них располагали подвижными группами. Соединения и части обычно строили боевые порядки в два эшелона. Глубокое построение войск обеспечивало высокую пробивную силу при прорыве вражеской обороны, эшелонированной на большую глубину.
Основные силы фронтов сосредоточивались на направлениях главных ударов. В целом же на участках прорыва обоих фронтов, составлявших 15 процентов их полосы, было достигнуто решающее превосходство над врагом и созданы высокие оперативные плотности (230 — 250 орудий и минометов, 80 — 115 танков и самоходно-артиллерийских установок, от 13 до 17 инженерных рот na l км фронта). Массирование сил и средств на направлениях главных ударов фронтов должно было способствовать стремительному развитию наступления танковых, механизированных и стрелковых соединений с целью упреждения врага в занятии подготовленных между Вислой и Одером рубежей. В то же время оба фронта выделяли силы и средства для окружения и уничтожения противника на стыке фронтов в ближайшей оперативной глубине, чем достигалось обеспечение флангов ударных группировок и тесное взаимодействие фронтов.
В ходе подготовки операции тщательно изучались противостоявшая вражеская группировка и характер инженерного оборудования ее обороны, осуществлялось доукомплектование частей и соединений людьми и боевой техникой, совершенствовалось боевое мастерство войск и штабов, проводилось инженерное оборудование плацдармов для развертывания на них ударных группировок фронтов, накапливались запасы материальных средств. Особенно напряженная работа развернулась после получения задач и утверждения Ставкой решений командующих фронтами. Полным ходом шла разработка планов боевого использования артиллерии, танков, авиации, инженерных войск, осуществлялись крупные перегруппировки сил и средств и их сосредоточение на плацдармах. Наиболее тщательно планировались действия родов войск на период прорыва.
Большая работа проводилась по планированию боевого применения артиллерии. В планах артиллерийского обеспечения операции детально определялись ее задачи по каждому периоду наступления, решалась проблема массирования огня артиллерии на направлениях главных ударов фронтов и армий. План артиллерийской подготовки отличался простотой и был легко выполним.
В 1-м Белорусском фронте предусматривался 25-минутный огневой налет перед атакой передовых батальонов, а затем поддержка их одинарным огневым валом. Вслед за этим в наступление должны были перейти главные силы дивизий. Если передовые батальоны не достигнут намеченной цели, предполагалась 70-минутная артподготовка. В 1-м Украинском фронте она планировалась продолжительностью 107 минут. За 45 минут до ее окончания намечались действия взводов демонстрации атаки, а за 15 минут следовал последний огневой налет. Огневые налеты увеличились по продолжительности и плотности огня, что делало их более мощными по физическому и моральному воздействию на противника. Существенной особенностью графика артиллерийской подготовки 1-го Украинского фронта было наличие 7-минутного огневого налета, в котором весь огонь обрушивался только на артиллерию, минометы и пункты управления. Это должно было нарушить управление и обеспечить надежность подавления артиллерии противника. Поддержка атаки пехоты и танков во фронтах планировалась двойным огневым валом на глубину до Л км и сопровождением их последовательным сосредоточением огня на глубину главной полосы обороны. В последующем артиллерия должна была обеспечить огнем наступавшие войска на всю глубину операции. Зенитная артиллерия имела задачу прикрыть их на плацдармах, переправах через Вислу и в ходе наступления, для чего во фронтах имелось 3522 зенитных орудия.
В целом в обоих фронтах использование артиллерии было спланировано в полном соответствии со сложившейся обстановкой и возросшими возможностями советских войск.
Ставка и командование фронтов, исходя из особенностей обороны противника между Вислой и Одером, придавали большое значение достижению высоких темпов наступления. В решении этой задачи основная роль отводилась бронетанковым и механизированным войскам. Для усиления войск на период прорыва вражеской обороны выделялись отдельные танковые и самоходно-артиллерийские полки и бригады, которые придавались стрелковым дивизиям для непосредственной поддержки пехоты. Выделение в двух фронтах более 2200 танков и самоходно-артиллерийских установок позволило создать на участках прорыва армий высокие плотности танков непосредственной поддержки пехоты (в 1-м Украинском — 21, а в 1-м Белорусском — 25 единиц на 1 км участка прорыва). В связи с увеличением количества танков непосредственной поддержки пехоты и возросшим мастерством командиров стрелковых подразделений танки и самоходно-артиллерийские установки придавались стрелковым батальонам поротно (побатарейно), аза стрелковыми взводами закреплялись отдельные танки. Такое использование обеспечивало тесное взаимодействие пехоты и танков на период прорыва вражеской обороны.
Имевшиеся во фронтах четыре танковые армии и пять отдельных танковых корпусов намечалось использовать в качестве подвижных групп фронтов и общевойсковых армий. Они составляли мощный танковый эшелон, что обеспечивало нанесение сильных ударов по противнику и развитие стремительного наступления с целью преодоления с ходу его оборонительных рубежей в оперативной глубине. Танковые корпуса обоих фронтов и танковые армии 1-го Украинского фронта должны были вводиться в сражение после прорыва главной полосы вражеской обороны, а танковые армии 1-го Белорусского фронта — после прорыва всей тактической зоны обороны.
В решение задач операции важный вклад предстояло внести авиации. Практика показала, что без надежного авиационного обеспечения действий наземных войск, без удержания господства в воздухе трудно рассчитывать на крупный успех в наступлении. В соответствии с решениями командующих фронтами 16-я и 2-я воздушные армии прикрывали сосредоточение ударных группировок на плацдармах и вели авиационную разведку на всю глубину обороны противника. С началом наступления воздушные армии массированными ударами штурмовой и бомбардировочной авиации должны были содействовать наземным войскам в прорыве вражеской обороны. Значительные силы авиации предназначались для обеспечения ввода в прорыв танковых армий и корпусов, поддержки их действий в оперативной глубине, а также для разгрома подходивших резервов и отступавших войск противника.
В разработанных штабами воздушных армий планах боевого применения авиации особенно детально определялись действия ее на период подготовки и в первые два-три дня наступления. На участках прорыва обороны планировалось провести авиационную подготовку атаки силами бомбардировочной и штурмовой авиации. За два часа до начала наступления предусматривалось нанесение ударов по командным и наблюдательным пунктам, а также узлам связи противника с целью нарушения управления войсками. После этого усилия авиации переключались на поддержку и прикрытие войск при прорыве ими тактической зоны, обеспечение ввода в сражение танковых армий, сопровождение и поддержку войск при действиях в оперативной глубине. С развитием наступления авиация должна была прежде всего обеспечивать действия подвижных групп фронтов и армий. Для успешного выполнения задач воздушные армии были усилены за счет резерва Ставки. Если на 30 октября 1944 г. в 16-й воздушной армии имелось 1236 самолетов, то к 10 января 1945 г. ее состав был доведен до 2459 боевых машин. Количество самолетов во 2-й воздушной армии за то же время увеличилось с 1534 до 2588.
Важная роль в предстоявшей операции отводилась инженерным войскам. В период подготовки они проделали огромную работу по строительству дорог и колонных путей, оборудованию переправ через Вислу и исходных районов на плацдармах. Для отражения возможных контрударов и контратак врага в армиях, соединениях и частях создавались сильные подвижные отряды заграждения. В целях организации непрерывного управления командные и наблюдательные пункты были максимально приближены к войскам. Связисты обеспечили надежную радио-, телефонную и телеграфную связь.
Ввиду того что фронтам предстояло нанести главные удары с плацдармов, возникли большие трудности в достижении внезапности. Маршал Советского Союза И. С. Конев отмечал: «Кому не ясно, что если одна сторона захватила такой большой плацдарм да еще на такой крупной реке, как Висла, то отсюда следует ждать нового мощного удара... Так что место нашего будущего прорыва для противника не было секретом».
В сложившихся условиях штабы фронтов обращали особое внимание на необходимость скрыть замысел операции, количество привлекаемых Г сил и средств, ввести противника в заблуждение относительно времени перехода в наступление путем применения новых способов осуществления прорыва. Проводились мероприятия по оперативной маскировке войск в подготовительный период.
Сосредоточение войск в исходных районах и вывод их на плацдармы, перегруппировка частей и соединений, занятие ими исходного положения, все работы по инженерному оборудованию плацдармов проводились только ночью при строгом соблюдении правил маскировки. Смена частей, оборонявших передний край в подготовительный период, была осуществлена лишь за день до наступления. Большое внимание уделялось борьбе с вражеской агентурной разведкой, которая пыталась любой ценой вскрыть группировку войск и определить замысел советского командования. Так, в январе только «Абверкоманда-202» перебросила за линию фронта свыше 100 диверсионно-разведывательных групп. В основном их ликвидацией занимались войска НКВД, вся деятельность которых проходила в соответствии с указаниями военных советов фронтов. Они поддерживали тесную связь с местными партийными и демократическими организациями, помогавшими разоблачать врага и его агентуру.
В период подготовки усиленно велась разведка противника. Широко применялись ночные поиски, засады, наблюдение, подслушивание, разведка боем. Разведка оперативной и стратегической глубины осуществлялась авиацией и агентурой. В результате оборона противника была вскрыта на всю глубину — от Вислы до Одера. Особенно детально изучалась тактическая зона обороны. Чтобы исключить проведение артиллерийской и авиационной подготовки по оставленным или слабо защищенным позициям противника, командующие фронтами решили перед атакой главных сил осуществить разведку боем передовыми батальонами. Если ранее она проводилась обычно за день до начала операции, то теперь предполагалось провести ее в день наступления, что должно было способствовать достижению внезапности удара главных сил. Благодаря предпринятым мерам советскому командованию удалось скрыть замысел операции, количество привлекаемых сил и средств, сроки перехода фронтов в наступление. Так, германская разведка определила состав 1-го Белорусского фронта в 31 вместо имевшихся 68 дивизий. На совещании в ставке 24 декабря 1944 г. Гитлер утверждал, что с рубежа Вислы русские не собираются переходить в серьезное наступление. Его поддерживал и Гиммлер, который 9 января 1945 г. заявил: «...я не верю, что русские будут вообще наступать». Подобные предположения о составе 1-го Белорусского фронта и возможных действиях Советской Армии с рубежа Вислы за три дня до перехода в наступление свидетельствуют о степени эффективности дезинформационных мероприятий, проведенных в войсках 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов.
Исходя из характера задач, поставленных перед органами тыла, которыми руководили генералы Н. А. Антипенко (1-й Белорусский фронт) и Н. П. Анисимов (1-й Украинский фронт), а также учета особенностей обстановки во фронтах были тщательно разработаны планы обеспечения войск в ходе предстоявшего наступления. Предусматривалось создание крупных запасов материальных средств, максимальное приближение тыловых учреждений к войскам. Одной из первоочередных задач органов тыла являлось восстановление железных и автомобильных дорог, увеличение пропускной способности, строительство новых дорог, организация их бесперебойного обслуживания. К январю 1945 г. железнодорожные пути восточнее Вислы были восстановлены. В тыловом районе 1-го Украинского фронта их протяженность достигла 1200 км. На территории Польши в обслуживании стальных магистралей участвовали польские железнодорожники. В восстановлении железных и шоссейных дорог, мостов, линий связи значительную помощь оказывало польское население. В освобожденных районах Жешувского воеводства на различных объектах в течение трех месяцев работали 60 тыс. человек и было использовано более 20 тыс. лошадей.
К началу 1945 г. сеть фронтовых и армейских военно-автомобильных дорог в тылу обоих фронтов достигала 2 тыс. км. Только дорожными войсками 1-го Белорусского фронта было восстановлено и построено 562 моста, усилено и отремонтировано 626 мостов. Большая работа проводилась но ремонту автотранспорта. К началу операции было отремонтировано до 57,4 тыс. автомобилей, автопарк обоих фронтов на 1 января 1945 г, стал насчитывать свыше 131 тыс. автомобилей и был способен выполнить возложенные на него задачи.
В результате напряженной работы войск и органов тыла фронтов по восстановлению железных и автомобильных дорог, а также организации бесперебойной работы транспорта были доставлены установленные планом операции запасы материальных средств. В ходе подготовки операции по железным дорогам было подвезено 1-му Белорусскому и 1-му Украинскому фронтам 133,1 тыс. вагонов с войсками и материальными средствами. За весь подготовительный период внутрифронтовые и внутриармейские перевозки автомобильным транспортом составили более 1068,2 тыс. тонн. Это позволило к началу операции иметь во фронтах 3 — 4 боекомплекта боеприпасов, 4 — 5 заправок автобензина и дизельного топлива, 9 — 14 заправок авиационного бензина.
При решении вопроса эшелонирования запасов материальных средств учитывались трудности транспортировки их через Вислу в полосе 1-го Белорусского фронта. На магнушевском и пулавском плацдармах непосредственно на огневых позициях артиллерии было сосредоточено 2,5 боекомплекта боеприпасов, а также значительное количество продовольствия, горючего и других материальных средств. Созданные во фронтах запасы полностью обеспечивали потребности войск.
Тщательно готовились медицинские учреждения к работе в ходе наступления. В составе обоих фронтов имелось 89 фронтовых и 297 армейских полевых госпиталей на 144 тыс. коек, 179 фронтовых и 42 армейских эвакуационных госпиталя на 128 тыс. коек. К началу наступления ранеными и больными было занято 58,2 тыс. коек. Значительная: часть фронтовых и армейских госпиталей, а также все медсанбаты дивизий находились в готовности к движению за наступавшими войсками. Для маневра госпиталями в ходе операции создавался их резерв, а для: своевременной эвакуации раненых и больных фронты и армии имели 107 самолетов, 35 санитарных поездов, 40 летучек, 1283 автомашины и: другие санитарно-транспортные средства.
Медицинское обеспечение было спланировано с учетом особенностей: операции. Выдвижение госпиталей первой линии на плацдармы позволяло с первого дня наступления держать большинство медсанбатов в готовности для движения за войсками. Создание значительного резерва госпиталей, планируемое их выдвижение за войсками и последовательное развертывание в ходе военных действий давали возможность своевременно разгружать медсанбаты дивизий и сокращать сроки пребывания раненых в пути. Намеченный во фронтах и армиях маневр госпиталями соответствовал предусматриваемым темпам наступления.
Охрана тыла и коммуникаций фронтов и армий возлагалась в основном на войска НКВД, от которых требовались высокая бдительность, мобильность и оперативность, инициатива и находчивость, умение вести борьбу как с остатками разгромленных группировок вермахта, так и: с подпольными фашистскими организациями, буржуазно-националистическими бандами, вражеской агентурой.
Действия советских воинов за пределами Родины обусловливали одну из особенностей партийно-политической работы. Приходилось учитывать тот факт, что операция готовилась на территории Польши, где была еще сильна идеология буржуазного общества, а население в течение пяти лет подвергалось усиленному воздействию фашистской пропаганды, которая стремилась опорочить советский государственный строй, разжечь национальную вражду к народам Советского Союза. Среди молодых воинов было немало призванных из освобожденных западных областей СССР. В связи с этим перед военными советами и политорганами фронтов и армий встали новые задачи, связанные с необходимостью усиления партийно-политической работы в войсках. Руководствуясь требованиями директивы Главного политического управления «О воспитательной работе с призванными из освобожденных районов западных областей УССР», партийно-политический аппарат фронтов и армий знакомил молодых бойцов с жизнью советских людей, разъяснял им положения Конституции СССР, сущность советского общественного и государственного строя, политику Коммунистической партии и Советского правительства. В центре внимания оставалось воспитание молодого пополнения в духе единства народов СССР и их воинов, верности воинской присяге. Для успешного их решения политорганами был проведен ряд мероприятий по укреплению партийных и комсомольских организаций. К началу операции почти во всех ротах и батареях и равных им подразделениях были восстановлены низовые партийные и комсомольские организации. На 1 января 1945 г. в войсках 1-го Белорусского фронта насчитывалось около 180 тыс. членов партии, 83,6 тыс. кандидатов в члены партии и свыше 186 тыс. членов ВЛКСМ, а в 1-м Украинском — 166,2 тыс. членов партии, 80,2 тыс. кандидатов в члены партии и 180,6 тыс. членов ВЛКСМ. Усиление партийного влияния в войсках способствовало повышению воинского мастерства солдат и офицеров, укреплению дисциплины и боеспособности: частей и соединений, поднятию политико-морального состояния воинов и созданию высокого наступательного порыва.
Особое внимание политорганов обращалось на разъяснение преимуществ советского социалистического строя перед капиталистическим. Читались лекции, доклады, проводились беседы о могуществе СССР и его Вооруженных Сил, вечера воспоминаний воинов о родном крае, демонстрировались кинофильмы. В газетах ежедневно публиковались материалы о работе советского тыла, о жизни страны. Своевременная доставка газет и писем способствовала поднятию морального духа воинов.
Воспитание беззаветной любви к Родине было тесно связано с воспитанием жгучей ненависти к врагу. На митингах, состоявшихся после осмотра лагеря смерти в Майданеке и других фашистских концлагерей, воины поклялись отомстить гитлеровским захватчикам за все их чудовищные злодеяния.
Значительное место в работе политорганов занимали вопросы обеспечения боевой подготовки войск, широко обсуждавшиеся на партийных и комсомольских собраниях. Закаленные в боях ветераны оказывали всестороннюю помощь молодым воинам в изучении оружия, освоении тактических приемов наступательного боя. В повышении боевого мастерства солдат и офицеров большую роль сыграли памятки и листовки, выпускавшиеся политуправлениями фронтов и политотделами объединений. В них доходчиво излагались важнейшие положения общевойскового боя, тактико-технические данные различных видов оружия, способы организации взаимодействия. Листовки призывали советских воинов к бдительности, организованности, гуманному отношению к местному населению.
В связи с тем что в состав фронтов прибыло большое количество боевой техники и новых соединений различных родов войск, штабы и политорганы особенно внимательно отнеслись к координации действий. В ноябре 1944 г. член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал К. Ф. Телегин и начальник политуправления генерал С. Ф. Галаджев провели совещание начальников политотделов и заместителей командиров по политической части всех частей и соединений по вопросу о задачах политорганов в организации взаимодействия войск в предстоявшей операции. В решении этой задачи многое было достигнуто при проведении во фронтах и армиях командно-штабных и тактических учений на картах и на местности, встречах и совместных занятиях представителей всех родов войск и авиации.
Для укрепления боевого содружества советских воинов с солдатами 1-й армии Войска Польского организовывались совместные митинги и собрания, посвященные подготовке наступления, преобразованию Польского комитета национального освобождения во Временное правительство Польши, открытию памятников павшим советским и польским воинам. 3 января Президиум Верховного Совета СССР за боевые заслуги при освобождении пригорода Варшавы — Праги наградил 1-ю польскую пехотную дивизию имени Т. Костюшко орденом Красного Знамени. 9 января дивизию посетили президент Крайовой Рады Народовой Б. Берут, главнокомандующий Войском Польским генерал М. Роля-Жимерский, командующий армией генерал С. Г. Поплавский и заместитель командующего по политической части подполковник П. Ярошевич. На состоявшемся митинге они призвали воинов с честью выполнить поставленную перед ними задачу в тесном содружестве с советскими войсками освободить Варшаву и изгнать гитлеровцев со всей территории Польши.
Накануне наступления в дивизиях 1-й армии Войска Польского было зачитано обращение командования армии, в котором говорилось: «Солдаты! Вы идете на священный бой за освобождение родины. Перед вами немецкие окопы. За ними лес виселиц, на которых фашисты вешают поляков. Там льются кровь и слезы... Тысячи наших соотечественников стонут в гитлеровской неволе. Они ждут освобождения, ждут нашей победы...
В боевом союзе с советскими воинами мы идем дорогой победы, мы завоюем ее ценой своей крови... Нас зовет отчизна, нас зовут братья-поляки!
В бой, солдаты Свободы!»
Одной из важнейших задач в деятельности военных советов и политорганов фронтов и армий было разъяснение местному населению политики Советского правительства по отношению к Польше, ознакомление с трудовой жизнью и героической борьбой СССР, укрепление братской дружбы между советским и польским народами, раскрытие общности их интересов в разгроме фашистской Германии в кратчайшие сроки, а также разоблачение человеконенавистнической идеологии фашизма. Военные советы фронтов и армий продолжали активно проводить в жизнь требования директивы Главного политического управления, в которой указывалось: «Перестроить содержание партийно-политической и всей воспитательной работы применительно к новой обстановке, в которой находятся войска фронта». От политорганов требовалось продолжать разъяснение документов Советского правительства о цели вступления советских войск на территорию европейских государств. В решении этих задач значительную роль сыграли газеты, издававшиеся на польском языке политуправлениями 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, — «Вольность» и «Нове жице». Созданные при военных советах фронтов и армий оперативные группы проводили разъяснительную работу среди польского населения, демонстрировали советские кинофильмы, в крупные города направлялись специальные группы политработников. Широко практиковались встречи членов военных советов, командиров и политработников с рабочими, интеллигенцией, представителями местных органов власти, которые способствовали широкому разъяснению освободительной миссии Советских Вооруженных Сил, укреплению боевой дружбы советского и польского народов, мобилизации поляков на оказание помощи Войску Польскому и Советской Армии.
Большую роль сыграли советские военные комендатуры, создававшиеся на освобожденных польских землях. Они поддерживали тесную связь с местными органами власти и оказывали им помощь в налаживании хозяйственной деятельности, проведении культурно-просветительной работы среди населения, в ликвидации очагов контрреволюционного подполья.
Накануне наступления в подразделениях состоялись партийные и комсомольские собрания, на которых обсуждался вопрос об авангардной роли коммунистов и комсомольцев в предстоявшей операции. Непосредственно перед атакой во многих частях обоих фронтов на передний край были вынесены боевые знамена, зачитаны обращения военных советов фронтов к солдатам и офицерам, в которых разъяснялись политическое значение освободительной миссии, истоки силы и могущества Советских Вооруженных Сил. Так, в обращении Военного совета 1-го Белорусского фронта говорилось: «Мы сильнее врага. Наши пушки, самолеты и танки лучше немецких, и их у нас больше, чем у врага. Эту первоклассную технику дал нам наш народ, который своим героическим трудом обеспечивает наши победы.
Мы сильнее врага, так как бьемся за правое дело против рабства и угнетения. Нас воспитывает, организует и вдохновляет на подвиги наша партия... Наша цель ясна. Дни гитлеровской Германии сочтены. Ключи: победы в наших руках.
...Да здравствует победа!»
В итоге напряженной работы командования и военных советов фронтов и армий, политорганов, партийных и комсомольских организаций наступление было тщательно спланировано и подготовлено, а воины преисполнены решимости выполнить боевую задачу. Глубокое понимание ими исторического значения предстоявших сражений по завершению освобождения Польши являлось залогом успешного наступления советских войск.

Наступление советских войск от Вислы до Одера


12 января в 5 часов утра передовые батальоны стрелковых дивизий: 1-го Украинского фронта после 15-минутного огневого налета внезапно атаковали противника. Они уничтожили его боевое охранение и овладели первой, а в некоторых местах и второй траншеей. Встретив упорное сопротивление вражеских войск, батальоны закрепились. Свою задачу они выполнили: уточнили расположение основных опорных пунктов и: артиллерийские позиции противника, что позволило внести коррективы: в план артиллерийской подготовки.
В 10 часов по вражеским войскам и укреплениям тысячи орудий и: минометов открыли ураганный огонь, который продолжался около двух часов. Из-за ограниченной видимости авиацию использовать не удалось. Основная тяжесть подавления обороны легла на артиллерию, которая: в целом справилась с поставленной задачей. Артиллерийская подготовка атаки главных сил фронта отличалась высокой эффективностью. Противнику был нанесен огромный урон. Управление его войсками было нарушено. Захваченный в плен командир полка 304-й пехотной дивизии на допросе показал: «Я был поражен тем, как точно русские знали расположение наших штабов, командных и наблюдательных пунктов. Мой полк был полностью парализован».
Перешедшие затем в наступление соединения ударной группировки: фронта, поддержанные двойным огневым валом, к середине дня овладели: двумя позициями главной полосы обороны. Однако в дальнейшем темп: наступления замедлился. Противник оказывал отчаянное сопротивление. Чтобы быстрее завершить прорыв вражеской обороны, в сражение были введены 4-я и 3-я гвардейская танковые армии, 25, 31 и 4-й гвардейский: танковые корпуса. Танковые армии и корпуса, имевшие более 2 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок, увеличили силу удара. Сломив сопротивление противника, войска фронта прорвали его оборону на 35-километровом участке и к исходу дня продвинулись до 15 — 20 км. По мере улучшения погоды вступала в сражение 2-я воздушная армия? под командованием генерала С. А. Красовского. В этот день она совершила 466 самолето-вылетов.
Немецко-фашистское командование, стремясь не допустить продвижения советских войск, предприняло контрудар силами 24-го танкового корпуса из района севернее Хмельника. С утра 13 января здесь развернулось ожесточенное встречное сражение. В напряженных боях войска 4-й танковой и 13-й армий под командованием генералов Д. Д. Лелюшенко и Н. П. Пухова нанесли поражение танковым дивизиям противника, к исходу дня отбросив их в район Кельце. Наступавшие в центре ударной группировки фронта 3-я гвардейская танковая и 52-я армии под командованием генералов П. С. Рыбалко и К. А. Коротеева сломили сопротивление врага в районе Хмельника и начали его преследование. 5-я гвардейская и 60-я армии под командованием генералов А. С. Жадова и П. А. Курочкина форсировали реку Нида.
В результате двухдневных боевых действий войска фронта прорвали тактическую зону обороны противника и разгромили его ближайшие оперативные резервы. Советские войска продвинулись на глубину 25 — 40 км и расширили прорыв до 60 км. Наиболее трудная часть задачи была выполнена.
Утром 14 января главные силы ударной группировки 1-го Украинского фронта развернули преследование противника. Решительно продвигаясь вперед, 4-я танковая армия обходила Кельце с юга, а 3-я гвардейская танковая с ходу форсировала реку Нида и 15 января вышла к реке Пилица, передовыми отрядами захватив плацдармы на ее левом берегу. Вслед за ними успешно наступали общевойсковые армии фронта. По мере продвижения между 5-й гвардейской и 60-й армиями образовался разрыв, в который командующий фронтом ввел 59-ю армию под командованием генерала И. Т. Коровникова, переподчинив ей 4-й гвардейский танковый корпус генерала П. П. Полубоярова. К исходу 15 января войска 5-й гвардейской армии вышли к Пилице, а 59-й и 60-й — к третьей полосе обороны противника северо-восточнее Кракова.
Глубокий прорыв 1-го Украинского фронта и начавшееся наступление 1-го Белорусского фронта поставили гитлеровские войска, оборонявшиеся вдоль Вислы, между пулавским и сандомирским плацдармами, перед угрозой окружения. Командующий 4-й немецкой танковой армией генерал Ф. Грезер отдал приказ об отводе 42-го армейского корпуса в район Скаржиско-Каменна. Обеспечивая его отход, противник усилил сопротивление в районе Кельце. Отброшенные сюда остатки разбитых соединений 24-го танкового корпуса и части двух пехотных дивизий, а также отведенные с рубежа Вислы две пехотные дивизии усилили оборону города. Придавая большое значение удержанию Кельце, Гитлер приказал немедленно перебросить из Восточной Пруссии танковый корпус «Великая Германия», который так и не успел сюда прибыть. 15 января соединения 3-й гвардейской, 13-й и 4-й танковой армий в упорных боях разгромили вражескую группировку войск в районе Кельце, освободили этот крупный промышленный и административный центр Польши и тем самым прикрыли правый фланг ударной группировки фронта.
Одновременно с боями под Кельце войска 6-й армии под командованием генерала В. А. Глуздовского преследовали соединения 42-го корпуса противника, отходившего из выступа севернее Сандомира. Перейдя в наступление в 16 часов, они овладели городами Островец и Опатув. Вместе с 25-м танковым корпусом генерала Е. И. Фоминых наперерез врагу продвигалась на север 3-я гвардейская армия под командованием генерала В. Н. Гордова. Стремясь избежать окружения, вражеские войска бросали технику и вооружение. Вскоре отход противника превратился в беспорядочное бегство.
На следующий день армии 1-го Украинского фронта преследовали противника во всей 250-километровой полосе. Командование вермахта старалось отвести остатки своих соединений за реку Пилица, однако попытки организовать оборону на подготовленном здесь рубеже были сорваны действиями советских войск.
Вместе с 4-й танковой армией 13-я армия, совершив за два дня наступления 40-километровый бросок, к исходу 17 января форсировала Пилицу. Большого успеха достигли 52-я и 5-я гвардейская армии. Используя успешные действия 3-й гвардейской танковой армии и продвигаясь с темпом 20 — 30 км в сутки, они преодолели Пилицу, форсировали реку Варта и освободили города Радомско и Ченстохова. Быстрое продвижение наступавших войск зачастую не оставляло гитлеровцам времени разрушать города, заводы и фабрики. Так, в Ченстохове не только в целости сохранились фабрики и заводы, но и продолжали работать электростанция, водопровод. Польское население восторженно встречало своих освободителей. В том же Ченстохове встреча переросла в митинг, на котором присутствовало до 20 тыс. жителей.
3-я гвардейская и 6-я армии, преследуя 42-й армейский корпус противника, 17 января подошли к Скаржиско-Каменна и на следующий день, овладев городом, соединились с войсками 1-го Белорусского фронта. Учитывая возможность выхода противника из островецкого выступа на реку Пилица, маршал Конев приказал командующему 4-й танковой армией одним корпусом овладеть Коньске и отрезать врагу пути отхода. К 4 часам 18 января приказ был выполнен. Разгромив штаб германского корпуса, советские танкисты пленили многих его офицеров, в том числе и начальника штаба, а польские партизаны во взаимодействии с советскими войсками взяли в плен командира корпуса генерала Г. Рекнагеля. Полному разгрому подверглась также 10-я моторизованная дивизия. Были взяты в плен многие солдаты, офицеры и штаб дивизии во главе с командиром, который на допросе заявил, что планы советского командования были хорошо продуманы и блестяще осуществлены.
Ожесточенные бои велись и на краковском направлении. Гитлеровское командование предпринимало все меры для организации обороны на подступах к Кракову, прикрывавшему пути в Силезский промышленный район. 59-я и 60-я армии, отражая контратаки противника, к исходу 17 января вышли к предместьям города. Еще 15 января южнее Ясло перешли в наступление войска 4-го Украинского фронта. Противник оказал упорное сопротивление, но соединения ъ38-й армии под командованием генерала К. С. Москаленко прорвали его оборону и начали охватывать правый фланг 17-й армии генерала Ф. Шульца. Под ударами двух фронтов, опасаясь окружения, противник вынужден был отойти. Преследуя вражеские войска, соединения 38-й армии 17 января вышли на подступы к Новы-Сонч.
Боевые действия общевойсковых и танковых армий 1-го Украинского фронта были поддержаны авиацией. В начале наступления туманы и низкая облачность не позволили широко использовать ее. За первые четыре дня наступления 2-я воздушная армия произвела 2030 самолето-вылетов. В последующие два дня, когда погода улучшилась, было совершено еще 4135 самолето-вылетов. Штурмовики и бомбардировщики наносили мощные удары по крупным узлам сопротивления, коммуникациям противника, громили его отходившие колонны. Истребители надежно прикрывали их действия и наступление наземных войск.
За шесть дней наступления 1-й Украинский фронт разгромил основные силы 4-й танковой армии и во взаимодействии с 4-м Украинским фронтом нанес серьезное поражение 17-й армии врага. На направлении главного удара войска фронта на четыре-пять дней раньше срока выполнили ближайшую задачу.
Наступление войск 1-го Белорусского фронта началось с разведки боем. Утром 14 января после мощного 25-минутного огневого налета всей артиллерии усиленные стрелковые батальоны атаковали вражеские позиции на фронте свыше 100 км. Противник, ожидавший продолжительной артиллерийской подготовки, не был готов к отражению атаки. Батальоны, поддерживаемые огневым валом артиллерии, в течение часа продвинулись на 2 — 3 км, не встречая организованного сопротивления врага. Их успех немедленно развили главные силы ударной группировки фронта.
В прорыве вражеской обороны основная тяжесть ее огневого подавления легла на артиллерию. Плохая погода и здесь не позволила провести авиационную подготовку атаки и ее поддержку.
Наступавшие с магнушевского плацдарма 5-я ударная и 8-я гвардейская армии, которыми командовали генералы Н. Э. Берзарин и В. И. Чуйков, к исходу дня вклинились в оборону противника на глубину до 12 км. При этом стрелковые части 5-й ударной армии не только форсировали реку Пилица по льду, но и захватили исправные мосты. 61-я армия под командованием генерала П. А. Белова форсировала реку Пилица и вклинилась в оборону врага на 2 — 3 км.
В первый же день большого успеха добились 69-я и 33-я армии под командованием генералов В. Я. Колпакчи и В. Д. Цветаева. Нанося удар с пулавского плацдарма, они прорвали оборону противника на глубину до 20 км и в ночь на 15 января овладели городом Зволень. Глубокому прорыву способствовал своевременный ввод в сражение 11-го и 9-го танковых корпусов под командованием генералов И. И. Ющука и И. Ф. Кириченко. При прорыве обороны противника массовый героизм проявили воины 1-го батальона 215-го гвардейского стрелкового полка 77-й гвардейской стрелковой дивизии. Действуя смело и находчиво, они первыми прорвали четыре траншеи вражеской обороны. Солдаты батальона (около 350 человек) были награждены орденом Славы, а трое из них — Р. Авезмуратов, С. В. Власов и И. С. Яновский — стали полными кавалерами этого ордена. Военный совет 69-й армии присвоил батальону почетное наименование Батальон Славы. Все командиры взводов и рот были также награждены орденами, а 23-летнему командиру батальона майору Б. Н. Емельянову и командиру взвода лейтенанту M. H. Гурьеву присвоено звание Героя Советского Союза.
Командование 9-й немецкой армии, стремясь задержать продвижение войск 1-го Белорусского фронта, 15 января ввело в сражение две танковые дивизии резервного 40-го танкового корпуса. Однако уже в ходе выдвижения они попали под удар соединений 1-го Белорусского фронта и вынуждены были отойти.
В целях усиления удара командующий фронтом 15 января с магнушевского плацдарма ввел в сражение 1-ю гвардейскую танковую армию под командованием генерала M. E. Катукова. К исходу дня ее передовые бригады, продвинувшись на 40 — 50 км, вышли к реке Пилица. В этот же день в наступление севернее Варшавы перешла 47-я армия под командованием генерала Ф. И. Перхоровича. Ее соединения прорвали оборону врага и приступили к форсированию Вислы. На следующее утро, переправившись через Пилицу по захваченным и вновь наведенным мостам, в прорыв были введены 2-я гвардейская танковая армия и 2-й гвардейский кавалерийский корпус под командованием генералов С. И. Богданова и В. В. Крюкова. Стремительно развивая успех, танковая армия продвинулась до 80 км, а в районе Сохачева ее передовые отряды вышли в глубокий тыл вражеской группировки, оборонявшей Варшаву. Вслед за танковыми соединениями в высоких темпах наступали 5-я ударная и 61-я армии.
Наступавшие с пулавского плацдарма войска, прорвав вторую полосу обороны противника, начали преследование его разбитых соединений. В ночь на 16 января 69-я армия с 11-м танковым корпусом штурмом овладела крупным промышленным центром, важным узлом коммуникаций и мощным опорным пунктом в обороне врага на лодзинском направлении — городом Радом. Соединения 33-й армии с 9-м танковым корпусом подошли к городу Шидловец.
В результате двухдневных боев удары войск 1-го Белорусского фронта с двух плацдармов практически слились в один мощный удар в полосе-120 км. «К вечеру 15 января, — свидетельствует бывший гитлеровский генерал К. Типпельскирх, — на участке от реки Нида до реки Пилица уже не было сплошного, органически связанного немецкого фронта. Грозная опасность нависла над частями 9-й армии...»
Выход 2-й гвардейской танковой армии в район Сохачева и наступление 47-й армии севернее польской столицы создали для варшавской группировки угрозу окружения. Комендант гарнизона Варшавы обратился в генеральный штаб сухопутных войск вермахта с просьбой разрешить отвести войска. Генеральный штаб дал согласие на отход, который начался в ночь на 17 января. Узнав об этом, Гитлер пришел в ярость, расценив, оставление Варшавы как дезертирство, приказал арестовать офицеров генерального штаба, ответственных за составление донесений и распоряжений, и назначить расследование деятельности начальника генерального штаба Гудериана, а гарнизону Варшавы — удерживать город любой ценой. Однако восстановить оборону уже не удалось.
16 января перешла в наступление 1-я армия Войска Польского под командованием генерала С. Г. Поплавского. В ночь на 17 января ее главные силы, переправившись через Вислу в полосе 61-й армии, подошли к городу с юга. Утром при поддержке 16-й воздушной армии и польской смешанной авиационной дивизии они одновременно с частями 61-й и 47-й армий завязали бои на улицах Варшавы. К полудню были ликвидированы остатки вражеских войск и многострадальная столица Польши полностью освобождена. Начальником гарнизона города был назначен командир 2-й дивизии Войска Польского генерал Я. Роткевич, комендантом — полковник С. Яновский. Москва салютовала советским и польским войскам, освободившим город. Отличившимся в боях 70 советским и 12 польским соединениям и частям было присвоено почетное наименование Варшавских. Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 9 июня 1945 г. была учреждена медаль «За освобождение Варшавы», которой награждено более 682 тыс. советских и польских воинов.
Освобожденный город был мертв. «Клубы дыма окутывали остовы разрушенных зданий... — вспоминает генерал С. Г. Поплавский. — Удручающей была картина зверски разрушенной фашистами красавицы Варшавы». Оккупанты уничтожили и разграбили богатейшие исторические, архитектурные памятники и научные ценности города. Они взорвали собор Святого Яна — самый большой в столице, разрушили Королевский дворец, театр оперы и балета, сожгли библиотеки, насчитывавшие тысячи польских и иностранных рукописей, старых печатных фолиантов, карт и атласов. К моменту освобождения в городе оставалось всего 162 тыс. человек, тогда как в конце 1939 г. в нем проживало 1 310 тыс..
Весть об освобождении Варшавы распространилась молниеносно. Уже 18 января жители стали возвращаться в родной город. Народ Польши с радостью встречал своих освободителей. Всюду стихийно возникали митинги и демонстрации. Каждый поляк стремился выразить благодарность воинам Советской Армии и Войска Польского, оказать радушный прием и возможную помощь. В Варшаву прибыли руководители польского правительства и армии, представители советского командования, которые поздравили варшавян с освобождением от оккупации.
В послании Верховному Главнокомандующему Крайова Рада Народова передала всему советскому народу и его доблестной армии самую глубокую, искреннюю благодарность за освобождение и возможность восстановления независимости польского государства. В ответном послании И. В. Сталин выразил уверенность, что «совместные усилия Красной Армии и Польского Войска приведут к скорому и полному освобождению польского народа от ига немецко-фашистских захватчиков».
Советские и польские части при активней помощи населения приступили к очистке города от мин, завалов, восстановлению коммунального хозяйства. Саперы разминировали около 100 правительственных и научно-культурных учреждений, свыше 2,3 тыс. зданий, 70 скверов и площадей. Всего было обезврежено около 85 тыс. различных мин, 280 взрывных ловушек, около 50 фугасов, содержавших 43,5 тонны взрывчатого вещества. К 20 января инженерные части Советской Армии и Войска Польского навели через Вислу понтонный и построили деревянный мосты.
Учитывая тяжелое положение жителей Варшавы, советский народ выделил безвозмездно значительное количество продовольствия, в том числе 60 тыс. тонн хлеба, и медикаменты. Правительство СССР решило оказать материально-техническую помощь в восстановлении польской столицы, и такая помощь была оказана. Президент Крайовой Рады На-родовой Б. Берут и премьер-министр Временного правительства Э. Осубка-Моравский писали 6 февраля И. В. Сталину: «Благодаря помощи братских славянских советских республик население города Варшавы будет обеспечено продовольствием вплоть до нового урожая, а кроме того, свыше миллиона людей в наиболее разрушенных немецкими захватчиками районах Польши будет спасено от голода. Никогда не забудет польский народ, что в самый трудный и тяжелый период своей истории он получил братскую помощь советских народов не только кровью и оружием Красной Армии, но и хлебом, а также огромнейшими усилиями хозяйственного характера».
Во время боевых действий по уничтожению варшавской группировки противника серьезных успехов добились советские армии на главном направлении. Командование вермахта пыталось отводом своих войск на оборудованные позиции вдоль рек Бзура, Равка, Пилица создать новый фронт обороны, но стремительное наступление армий 1-го Белорусского фронта сорвало его замыслы. 1-я гвардейская танковая армия разгромила резервные части противника и стремительно преследовала остатки его войск на познанском направлении. 5-я ударная и 8-я гвардейская армии, преодолев реку Равка, к исходу 17 января овладели Скерневице и Рава-Мазовецка, уничтожив при этом части танковой дивизии 40-го танкового корпуса. С темпом 25 — 30 км в сутки преследовали противника 69-я и 33-я армии, танковые корпуса которых в районе Томашув-Мазовецки подошли к Пилице. Сюда же выдвинулся введенный в сражение 7-й гвардейский кавалерийский корпус под командованием генерала М. П. Константинова. В результате четырехдневного наступления войска 1-го Белорусского фронта разгромили главные силы 9-й немецкой армии и продвинулись в глубину на 100 — 130 км.
В разгром и преследование вражеских войск внесла весомый вклад авиация. 16 и 17 января, используя ясную погоду, 16-я воздушная армия генерала С. И. Руденко совершила 5979 боевых самолето-вылетов. Ударами по железнодорожным узлам и речным переправам советские бомбардировщики уничтожали скопления войск противника, а штурмовики громили колонны его танков и автомашин. Советские истребители парализовали действия авиации врага, которая даже при благоприятной погоде (16 января) произвела в полосе 1-го Белорусского фронта только 42 самолетовылета.
Особую роль сыграла воздушная армия при разгроме варшавской группировки противника, которая пыталась выйти на север, так как путь на запад был перерезан 2-й гвардейской танковой армией. Воздушная разведка обнаружила, что враг начал переправляться через Вислу по льду. Маршал Г. К. Жуков приказал авиации помешать этому. «Для выполнения полученной боевой задачи, — вспоминает маршал авиации С. И. Руденко, — было решено силами 3-го бомбардировочного авиационного корпуса разрушить лед на участке Вулька-Цшибовська, Вышогруд. Летчики блестяще справились с заданием. Разрывы бомб сделали лед непригодным для переправы не только боевой техники, но и живой силы. В результате в районе Вышогруд образовалось скопление войск и боевой техники противника, по которому наши бомбардировщики и штурмовики нанесли в дальнейшем ряд успешных ударов».
Таким образом, к исходу 17 января войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов при содействии войск 2-го Белорусского и 4-го Украинского фронтов прорвали оборону противника в полосе до 500 км и продвинулись на глубину 100 — 160 км. Основные силы группы армий «А» были разгромлены. За это время были освобождены крупные города Варшава, Радом, Ченстохова, Радомско, а также свыше 2400 населенных пунктов.
Стремительный глубокий прорыв советских войск явился полной неожиданностью для германского руководства. Генерал И. Гарпе, обвиненный в катастрофе на Висле, был отстранен от командования группой армий «А» и заменен генералом Ф. Шернером; вместо снятого генерала С. Люттвица командующим 9-й армией назначен генерал Т. Буссе. Новое командование рассчитывало закрепиться на подготовленных в глубине оборонительных рубежах и задержать продвижение советских войск.
17 января Ставка Верховного Главнокомандования уточнила дальнейшие задачи: 1-му Белорусскому фронту было приказано не позднее 2 — 4 февраля овладеть рубежом Быдгощ, Познань; 1-му Украинскому главными силами продолжать наступление в общем направлении на Бреслау, не позднее 30 января выйти на Одер и захватить плацдармы на его левом берегу. Так как войска 4-го Украинского фронта не смогли только своими силами освободить Краков, Ставка приказала 1-му Украинскому фронту левым крылом (59-й и 60-й армиями) не позднее 20 — 22 января овладеть этим городом и продолжать наступление, обходя Домбровский угольный бассейн с юга. 21-ю армию с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом намечалось использовать для обхода этого же района с севера.
Выполнение поставленных задач требовало увеличения темпов наступления. Ведущую роль в преследовании противника играли танковые объединения и соединения, а также механизированные и кавалерийские корпуса. Используя свою подвижность, они действовали по отдельным направлениям, обходя узлы вражеского сопротивления, смело развивали наступление в глубину, отрываясь от главных сил общевойсковых армий на 45 — 100 км. Наступая с темпом 30 — 45 км в сутки, они срывали планы противника по организации обороны на подготовленных рубежах. Вслед за подвижными соединениями продвигались общевойсковые армии с темпом до 30 км в сутки. Большое значение имели стремительные действия передовых отрядов. Возглавляемые инициативными командирами, передовые отряды танковых армий и корпусов решительно шли вперед, захватывали и удерживали до подхода главных сил важные рубежи, объекты, переправы на крупных реках. Передовые отряды общевойсковых армий и стрелковых соединений закрепляли успех подвижных войск, обеспечивая надежное взаимодействие с танковыми армиями и корпусами и продвижение главных сил. В тесном взаимодействии с наземными войсками действовала авиация. 16-я и 2-я воздушные армии, а также 3-й бомбардировочный корпус 18-й воздушной армии наносили удары по отходившим колоннам врага, препятствовали выдвижению резервов на заранее подготовленные рубежи обороны.
18 января войска ударной группировки 1-го Украинского фронта продолжали стремительное преследование противника. Маршал И. С. Конев потребовал от них помешать врагу закрепиться на польско-германской границе и в дальнейшем форсировать реку Одер северо-западнее Бреслау. К исходу 19 января 3-я гвардейская танковая, 5-я гвардейская и 52-я армии передовыми частями пересекли границу. Как большой праздник отмечали войска вступление на территорию фашистской Германии. Выступая на митингах, солдаты и офицеры клялись с еще большим упорством бить врага. Все рвались в бой. Раненые требовали скорейшей выписки из госпиталей, чтобы продолжить борьбу с фашистами.
Сопротивление противника в приграничных районах возросло, так как командование вермахта перебросило сюда часть сил с других участков советско-германского фронта и из внутренних районов Германии: с 18 по 20 января из района Карпат прибыли две пехотные, а из Германии — одна пехотная дивизии; с западного фронта были переброшены две пехотные дивизии, что ослабило группировку, действовавшую против союзных войск на страсбургском направлении. Как пишет Гудериан, «наконец Гитлер принял решение перейти на западном фронте к обороне и высвободившиеся силы перебросить на восток. Мне сообщили это, казалось, самое радостное, хотя и запоздалое решение, когда я вошел в приемную. Я составил план использования резервов, намереваясь перебросить их немедленно к Одеру...».
Германское командование стремилось во что бы то ни стало удержать Силезию — мощную военно-промышленную базу. Здесь было сосредоточено до 12 пехотных и танковых дивизий. На подступах к Силезскому промышленному району разгорелись напряженные бои. Продвижение армий левого крыла 1-го Украинского фронта резко замедлилось.
Командующий фронтом решил ударом 3-й гвардейской танковой армии генерала П. С. Рыбалко в тыл силезской группировке сломить ее сопротивление. В ночь на 21 января 3-я гвардейская танковая армия была повернута на юг в направлении на Оппельн, чтобы во взаимодействии с 5-й гвардейской армией генерала А. С. Жадова уничтожить противника между Одером и Ченстоховой и обеспечить выход советских войск на левый берег Одера. Нанеся стремительный удар вдоль его правого берега, 3-я гвардейская танковая армия 23 января овладела Оппельном. Появление советских танков в глубоком тылу ошеломило противника, и он начал поспешно отходить. 5-я гвардейская армия, совершив накануне 40-километровый бросок, 22 января вышла на Одер южнее Бреслау. 23 января к реке выдвинулась 52-я армия генерала К. А. Коротеева. На следующий день передовые отряды 4-й танковой армии тоже вырвались к Одеру и приступили к его форсированию севернее Бреслау.
Успех был достигнут на участке 17-й гвардейской механизированной бригады в районе Кёбена. Под покровом ночи первыми на лодках устремились к левому берегу восемь добровольческих групп, состоявших в основном из коммунистов и комсомольцев. На середине реки они были обнаружены противником, который открыл сильный артиллерийский огонь.
Часть лодок была потоплена, а некоторые вынуждены были возвратиться. Лишь одной лодке, на которой находились опытные разведчики старшие сержанты Т. Д. Седенков и Т. К. Кержнев, сержант Р. П. Тюменцев, младший сержант Г. А. Слободенюк и ефрейтор В. В. Вильский, удалось подойти к противоположному берегу. Стремительно атаковав противника, отважные бойцы захватили два дота и пленили 22 гитлеровца. Командир бригады подполковник Л. Д. Чурилов принял все меры, чтобы закрепить успех, а в самый разгар борьбы он вместе со штабом прибыл на плацдарм и возглавил неравный бой. Плацдарм был удержан, а вскоре и расширен. За умелое руководство, личную храбрость и находчивость подполковник Чурилов, разведчики Седенков, Кержнев, Тюменцев, Слободенюк и Вильский были удостоены высокого звания Героя Советского Союза.
Несмотря на упорное сопротивление противника, армии главной ударной группировки 1-го Украинского фронта 22 — 25 января почти в 200-ки-.лометрэвой полосе вышли на Одер, с ходу форсировали его и захватили плацдармы в районах Штейнау, Брига и Оппельна, за расширение которых развернулась ожесточенная борьба.
В то время как войска ударной группировки фронта вели бои по прорыву укреплений на старой польско-германской границе и подходили к. Одеру, армии левого крыла преодолевали оборонительные обводы Кракова.
Еще с лета 1944 г. гитлеровцы готовили Краков к длительной обороне. Вокруг города было сооружено несколько круговых земляных укреплений, а на улицах установлено 240 железобетонных надолб, подготовлено большое количество блиндажей и баррикад. В последний момент многие важные промышленные и культурные объекты были заминированы. Даже замок Вавель — ценнейший памятник архитектуры, хранилище национальных реликвий и святыня польского народа, был подготовлен к подрыву. Благодаря стремительным действиям войск фронта, а также помощи советских разведчиков и польских подпольщиков оккупантам не удалось осуществить варварский замысел. 19 января 59-я и 60-я армии в результате умелого обходного маневра в сочетании с фронтальной атакой»освободили крупный политический и культурный центр Польши город Краков. Население восторженно приветствовало Советскую Армию. Военный совет фронта и польское Временное правительство приняли все меры по нормализации жизни в городе. В первый же день после освобождения Кракова заработали электростанция и крупная мельница, был подготовлен к пуску завод железнодорожного оборудования, началось восстановление водопровода.
Освобождение Кракова открыло путь в Верхнюю Силезию. Продолжая наступление, 59-я и 60-я армии под командованием генералов И. Т. Коровникова и П. А. Курочкина охватили Силезский промышленный район с юга, а 21-я армия генерала Д. Н. Гусева совместно с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом генерала В. К. Баранова, введенные в сражение, обходила его с севера. С ходу прорвав оборону противника на реке Варта, 21-я армия стремительно преследовала его и, используя успех главной ударной группировки фронта, 23 января частью сил вышла на Одер. В это время ее левофланговые соединения на подступах к Силезии встретили упорное сопротивление. Нарастало также вражеское противодействие 59-й и 60-й армиям. Однако выход 3-й гвардейской танковой армии к Рыбнику ускорил их продвижение. 27 января 60-я армия овладела Освенцимом и заняла территорию фашистского концентрационного лагеря.
Перед советскими воинами предстала чудовищная картина фашистского варварства. На территории концлагеря имелось 35 складов с одеждой узников, из которых 29 удалось гитлеровским палачам в последний момент уничтожить. Стремительное наступление Советской Армии помешало им полностью замести следы своих преступлений. Только в сохранившихся 6 складских помещениях было обнаружено около 1,2 млн. комплектов верхней и нижней одежды замученных, а на кожевенном заводе Освенцимского лагеря найдено 7 тыс. килограммов волос, снятых с голов 140 тыс. женщин. Экспертная комиссия установила, что только в этом лагере было-уничтожено не менее 4 млн. граждан СССР, Польши, Франции, Югославии, Чехословакии, Румынии, Венгрии, Болгарии, Голландии, Бельгии и других стран.
Навстречу наступавшим советским войскам катился поток бывших узников, освобожденных из фашистской неволи. При виде измученных людей содрогалось самое закаленное сердце. Ненависть к врагу, стремление вызволить из рабства своих братьев и сестер увеличивали наступательный порыв войск.
Фронт окружения вокруг силезской группировки врага сжимался. Увидев нависшую угрозу, немецкие войска начали отходить. Преследуя их, соединения фронта овладели 28 января центром Верхней Силезии городом Катовице, а затем уничтожили отошедшие вражеские войска в лесах юго-западнее промышленного района. В борьбе за Силезский промышленный район принимали участие и польские партизаны. Так, партизанский отряд Домбровского партизанского округа Армии Людовой под командованием С. Чарнецкого совместно с передовым отрядом 59-й армии после двухдневных боев освободил северо-восточный пригород Сосковца.
С 30 января по 1 февраля соединения 59-й и 60-й армий выходили на. Одер. К исходу 3 февраля войска фронта, прорвав сильную оборону укрепленного района Бреслау, значительно расширили плацдармы севернее и южнее его, создав условия для наступления в глубь Германии.
К этому времени войска 4-го Украинского фронта под командованием генерала И. Е. Петрова освободили значительную территорию Южной Польши и Северной Чехословакии, продвинулись на 100 — 200 км и вышли: к верхнему течению Вислы. Действия фронта сковали крупные силы врага, что способствовало разгрому немецко-фашистских войск в Силезии.
1-й Белорусский фронт преследовал противника на познанском направлении. Оценивая обстановку к 18 января, маршал Г. К. Жуков пришел к выводу, что в полосе наступления фронта враг разбит и в ближайшие дни серьезного сопротивления оказать не сможет, однако попытается организовать оборону в глубине. Чтобы сорвать эти попытки, командующий фронтом приказал танковым армиям при поддержке авиации стремительно преследовать вражеские войска и упредить их в организации обороны на подготовленных рубежах. Общевойсковым армиям ставилась задача увеличить темпы наступления, используя успех танковых войск.
Развивая наступление, 1-я и 2-я гвардейские танковые армии 19 января вышли к вартовскому рубежу. В этот день левофланговый корпус 8-й гвардейской армии во взаимодействии с 9-м и 11-м танковыми корпусами освободил крупный промышленный центр Польши город Лодзь, а 7-й гвардейский кавалерийский корпус занял город Пабьянице. Стремительное наступление советских войск спасло Лодзь от крупных разрушений. На исправных путях так и остались стоять готовые к отправке в Германию железнодорожные платформы с ценными станками и оборудованием. Жители Лодзи радостно встречали своих освободителей. Почти на каждом доме висели красные флаги. Со всех сторон неслись возгласы: «Да здравствует Красная Армия!»
Попытки германского командования организовать оборону вартовского рубежа не увенчались успехом. Танковый корпус «Великая Германия», перебрасываемый из Восточной Пруссии, был обнаружен авиационной разведкой и, как пишет генерал К. Типпельскирх, «уже при выгрузке в районе Лодзи натолкнулся на русские войска и, вовлеченный в общее отступление, так и не был использован». Советские танковые армии 20 января с ходу преодолели вартовский оборонительный рубеж. Используя успех подвижных соединений, общевойсковые армии 1-го Белорусского фронта уничтожали укрывшиеся в лесах и населенных пунктах остатки немецко-фашистских войск и 22 января с ходу преодолели вартовский рубеж обороны. К этому времени танковые армии находились в 80 — 100 км впереди, на подступах к Быдгощу и Познани.
На познанском рубеже противник успел организовать оборону важнейших направлений и узлов дорог. Попытка 2-й гвардейской танковой армии овладеть городом Быдгощ ударом с юга успеха не имела. Он был взят 23 января после обхода и атаки с запада. 1-я гвардейская танковая армия встретила упорное сопротивление в Познани и также не смогла с ходу овладеть городом-крепостью, гарнизон которого насчитывал свыше 60 тыс. человек. Маршал Г. К. Жуков передал командующему 1-й гвардейской танковой армией: «Познань возьмут Чуйков и Колпакчи. Вы с армией быстрее двигайтесь вперед. Для блокирования Познани оставьте часть пехоты». Выполняя приказ командующего фронтом, танковые соединения в ночь на 25 января обошли Познань с юга, преодолели реку Вар-та и устремились к Одеру. Задача по разгрому познанского гарнизона была возложена на два стрелковых корпуса 8-й гвардейской и 69-й армий, основные силы которых продолжали развивать наступление.
Овладев 25 января рубежом Быдгощ, Познань, 1-й Белорусский фронт на неделю раньше срока выполнил задачу, поставленную Ставкой Верховного Главнокомандования. Планируя дальнейшие действия, командование фронта намечало к 30 января выйти на рубеж Берлинхен, Ландсберг, Гродзиск, подтянуть тылы, пополнить запасы и 1 — 2 февраля возобновить наступление, чтобы с ходу форсировать Одер и развить стремительное продвижение на Берлин. Как вспоминал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, в ответ на его предложение продолжить наступление И. В. Сталин заявил: «С выходом на Одер вы оторветесь от фланга 2-го Белорусского фронта больше чем на 150 километров... Этого сейчас делать нельзя. Надо подождать, пока 2-й Белорусский фронт закончит операцию, в Восточной Пруссии и перегруппирует свои силы за Вислу». После дополнительных переговоров Верховный Главнокомандующий согласился с предложением командования фронта.
Принимая решение на продолжение наступления в условиях, когда соседний фронт отстал, а с подвозом материальных средств и перебазированием авиации возникли трудности, командующий фронтом стремился овладеть укрепленными районами на границе Германии раньше, чем они будут заняты войсками врага. Еще 23 января, нацеливая танковые армии на овладение пограничными укреплениями, маршал Г. К. Жуков считал, что упреждение противника в занятии этой позиции обеспечит успешное и быстрое проведение Берлинской операции. Если резервы противника успеют занять указанные позиции, Берлинская операция может затянуться. Однако изменившаяся к этому времени обстановка не позволила осуществить наступление на Берлин.
Генеральный штаб сухопутных войск вермахта принимал лихорадочные меры по усилению обороны на берлинском направлении, намереваясь остановить советские войска на Одере. 26 января группа армий «А» была переименована в группу армий «Центр», состоявшую теперь из 17-й полевой, 1-й и 4-й танковых армий, которыми командовали соответственно генералы Ф. Шульц, Г. Хейнрици и Ф. Грезер. К 26 января перед 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами действовало до 40 дивизий, в том числе 9 танковых и моторизованных, а также 4 бригады. Значительная часть этих дивизий была сильно ослаблена в предыдущих боях. К тому же после мощного удара советских войск немецкому командованию не удалось еще восстановить управление. Так, 26 января штаб группы армий «Центр» не знал, где находятся 9 дивизий и управления 2 корпусов, которые входили в 9-ю полевую и 4-ю танковую армии.
26 января танковые армии 1-го Белорусского фронта вышли к старой германо-польской границе. Несмотря на яростное сопротивление противника, 2-я гвардейская танковая армия в этот день пересекла границу и 28 января с ходу прорвала Померанский вал. Вслед за танкистами наступали 61-я и 5-я ударная армии. Путь к Одеру севернее реки Варта был открыт. 29 января на территорию фашистской Германии вступили войска 1-й гвардейской танковой, 8-й гвардейской, 69-й и 33-й армий, прорвав Мезеритцкий укрепленный район. В те дни стал широко известен подвиг танкистов 44-й гвардейской танковой бригады, действовавшей в передовом отряде 11-го гвардейского танкового корпуса 1-й гвардейской танковой армии. Обогнав отступавшие гитлеровские части, бригада вышла к Хохвальде — сильному опорному пункту Мезеритцкого укрепленного района. С наступлением темноты бригада, не ожидая подхода главных сил корпуса, дерзкой атакой прорвала оборону противника, 30 января вышла в его тыл и через два дня захватила плацдарм на Одере в районе Геритца. За проявленный героизм весь личный состав бригады был удостоен правительственных наград, 11 воинам было присвоено звание Героя Советского Союза, а командир бригады полковник И. И. Гусаковский награжден второй медалью «Золотая Звезда».
В связи с подходом к Одеру Военный совет фронта доложил Государственному Комитету Обороны и Верховному Главнокомандующему: «Ваш приказ — мощным ударом разгромить противостоящую войскам фронта группировку противника и стремительно выйти к линии польско-германской границы — выполнен.
За 17 дней наступательных боев войсками фронта пройдено до 400 км. Вся западная часть Польши в полосе 1-го Белорусского фронта очищена от противника, а польское население, пять с половиной лет угнетавшееся немцами, — освобождено.
Стремительное продвижение войск помешало гитлеровцам разрушить города и промышленные предприятия, железные и шоссейные дороги, не дало им возможности угнать и истребить польское население, вывезти скот и продовольствие.
Выполнив совместно с войсками 1-го Украинского и 2-го Белорусского фронтов Ваш приказ по вызволению из фашистской неволи наших братьев поляков, войска 1-го Белорусского фронта полны решимости добиться в кратчайший срок вместе со всей Красной Армией полной и окончательной победы над гитлеровской Германией».
Вступление Советской Армии на территорию Германии вызвало переполох в стане врага. 25 января начальник генерального штаба сухопутных войск генерал Гудериан встретился с министром иностранных дел И. Риббентропом и, сделав сообщение об обстановке на фронтах, предложил ему принять меры к заключению одностороннего перемирия с западными державами. Гудериан стремился осуществить давно вынашиваемый план сосредоточения всех сил вермахта против Советской Армии.
Боеспособность германской армии падала, участились случаи дезертирства. 28 января командир 24-го танкового корпуса отдал приказ «прочесывать район западнее реки Одер, задерживать отставших, дезертиров и направлять их на сборные пункты, где формировать сборные батальоны и роты для немедленной отправки на фронт. Все офицеры, унтер-офицеры и солдаты заградительных отрядов должны стремиться как можно скорее направить боеспособные соединения на фронт, ведущий тяжелые бои». Гудериан в специальном приказе призвал солдат не падать духом и не терять волю к сопротивлению. Он утверждал далее, что к фронту подходят крупные силы и немецкое командование готовит план контрнаступления.
Население Германии, напуганное геббельсовской пропагандой о «зверствах большевиков», которые якобы расстреливают всех немцев, даже стариков, женщин и детей, испытывало страх перед советскими воинами и уходило на запад. Лишь немногие пока понимали, что Советская Армия пришла не мстить германскому народу, а освободить его от фашизма, и не хотели покидать родных мест. Угрожая расстрелом, фашистское руководство выселяло и их, обрекая тем самым на опасности и лишения. Масштабы насильственной эвакуации немецкого населения из восточных районов Германии были так велики, что к 1 февраля 1945 г. количество эвакуированных достигло 4,5 млн. человек, а к 6 марта их было уже 10 млн. человек.
В освобожденных городах и крупных населенных пунктах Германии советское командование учреждало военные комендатуры, главным назначением которых являлась нормализация жизни. По инициативе советского командования и комендатур население выходило на работы по расчистке улиц, ремонту дорог, мостов, благоустройству городов. Большинство рабочих, инженеров и техников приступили к работе по специальности. Многие немцы помогали советским органам вылавливать диверсантов, руководящих работников национал-социалистской партии, гестаповцев. Такому отношению в немалой степени способствовала большая разъяснительная работа, проводимая политорганами и военными комендатурами. Командиры и политработники призывали солдат и офицеров Советской Армии быть бдительными, свято соблюдать честь и достоинство советского воина, гуманно относиться к местному населению, не допускать уничтожения материальных ценностей.
31 января 2-я гвардейская танковая и 5-я ударная армии вышли передовыми частями на Одер северо-западнее Кюстрина, форсировали реку и захватили плацдарм в районе Кинитца. Южнее на Одер выходили 8-я гвардейская, 69-я, 1-я гвардейская танковая и 33-я армии. К исходу 3 февраля войска 1-го Белорусского фронта очистили от противника правый берег Одера в 100-километровой полосе к югу от Цедена, захватив ряд плацдармов на левом берегу. До Берлина оставалось 60 км. В конце января — начале февраля на плацдармах разгорелись напряженные бои. Особенно угрожающая обстановка сложилась на правом крыле фронта.
В результате стремительного выхода войск 1-го Белорусского фронта на Одер и наступления основных сил 2-го Белорусского фронта на север, в Восточную Пруссию, между ними образовался разрыв, который к 18 января достиг 40 км. Для его прикрытия маршал Г. К. Жуков выделил две дивизии 1-й армии Войска Польского, находившейся после освобождения Варшавы во втором эшелоне. В дальнейшем разрыв увеличился, и с 27 января правое крыло 1-го Белорусского фронта обеспечивали 47-я и 61-я армии, наступавшие в северо-западном направлении.
Особенно упорное сопротивление противник оказывал на позициях Померанского вала к западу от Быдгоща. Его танки и пехота проводили непрерывные контратаки. 29 января здесь была введена в сражение 1-я армия Войска Польского, а 31 января — 3-я ударная армия под командованием генерала Н. П. Симоняка. Ведя наступление на север, войска 47-й и 61-й армий во взаимодействии с 12-м гвардейским танковым корпусом 2-й гвардейской танковой армии 1 февраля окружили противника в Шнейдемюле. Соединения 1-й армии Войска Польского, 47-й армии и 2-го гвардейского кавалерийского корпуса завершили прорыв позиций Померанского вала и развернули бои к западу от него. К 3 февраля армии правого крыла фронта вышли на рубеж севернее Быдгоща, Арнсвальде, Цедена.
С выходом советских войск к Одеру угроза контрудара противника с севера возросла. Поэтому 1 февраля для действий в этом направлении командующий фронтом повернул 2-ю гвардейскую, а на следующий день и 1-ю гвардейскую танковые армии. Таким образом, к 3 февраля померанской группировке врага противостояли четыре общевойсковые, две танковые армии и кавалерийский корпус, которые, отражая многочисленные атаки противника, упорно продвигались на север. На берлинском направлении остались четыре ослабленные в предыдущих боях общевойсковые армии, два танковых и кавалерийский корпуса.
Из-за опасности контрудара продолжение наступления на Берлин было нецелесообразно и потому в соответствии с указаниями Ставки прекращено. «Конечно, можно было бы пренебречь этой опасностью, пустить обе танковые армии и 3 — 4 общевойсковые армии напрямик на Берлин и подойти к нему. Но противник ударом с севера легко прорвал бы наше прикрытие, вышел к переправам на Одере и поставил бы войска фронта в районе Берлина в крайне тяжелое положение», — писал впоследствии Маршал Советского Союза Г. К. Жуков.
В конце января возникли трудности с использованием авиации. Если при наступлении до Одера фронтовая авиация, несмотря на сложные метеорологические условия, поддерживала сухопутные войска и надежно прикрывала их от нападения с воздуха, то в дальнейшем ее деятельность резко сократилась. За период с 18 по 25 января воздушные армии совершили 7640 самолето-вылетов, а с 26 января по 3 февраля — 4901. Снижение деятельности авиации обусловливалось главным образом большой удаленностью подготовленных аэродромов, а также невозможностью из-за наступившей распутицы использовать грунтовые взлетные полосы. С началом Висло-Одерской операции своевременное перебазирование авиации обеспечивалось захватом вражеских аэродромов. Так, 2-я гвардейская танковая армия овладела аэродромами в Сохачеве, Любени, Иновроцлаве, а 3-я гвардейская танковая армия — в Енджеюве. С выходом главных сил на Одер авиация 16-й и 2-й воздушных армий в основном базировалась на аэродромы, находившиеся в 150 — 200 км от войск первого эшелона. В то же время вражеская авиация, используя постоянные аэродромы в районе Берлина, усилила активность.
Командование фронтов и воздушных армий приняло решительные меры по приближению аэродромов к войскам, в чем большую помощь оказало польское население. «Когда жители города Лисса, — вспоминает маршал авиации С. А. Красовский, — узнали, что советские самолеты не могут подняться в воздух с расположенного поблизости аэродрома, они на общегородском митинге приняли решение оказать максимальную помощь советским летчикам. На другой день на аэродром прибыло 4000 польских граждан и около 1000 подвод. На аэродроме с помощью местных жителей за пять суток была уложена из бревен и шлака взлетно-посадочная полоса, с которой смогли взлетать самолеты...»
Успех наступления в решающей степени зависел от слаженной работы тыловых органов. Несмотря на большой размах операции, глубина и темпы которой значительно превышали планируемые, на фронтовых складах имелись еще достаточные запасы боеприпасов, горючего, продовольствия. Главная проблема состояла в своевременном подвозе материальных средств к войскам, так как фронтовые склады отстали и находились еще восточнее Вислы. Для бесперебойного подвоза необходимого количества материальных средств требовалось в кратчайший срок навести железнодорожные мосты через Вислу и вслед за продвижением войск восстановить железные дороги.
Несмотря на налеты вражеской авиации, инженерные и дорожные войска проявляли массовый героизм. 22 января открылось движение через мост у Сандомира, на другой день у Демблина, 29 января был готов мост у Варшавы. Оценивая работу личного состава железнодорожных войск, Военный совет 1-го Белорусского фронта в телеграмме на имя командира наиболее отличившейся 5-й железнодорожной бригады полковника Т. К. Яцыно писал: «Ваши бойцы, сержанты и офицеры своим героическим трудом оказали неоценимую услугу войскам фронта в обеспечении им дальнейшего стремительного преследования врага».
Тем не менее темпы восстановления железных дорог оказывались ниже темпов наступления. К моменту открытия железнодорожного движения через Вислу войска подходили к Одеру, поэтому в ходе операции основная тяжесть подвоза лежала на автотранспорте. Автотранспортные части и подразделения осуществляли подвоз грузов на большое расстояние, которое к концу операции достигло-500 — 600 км. Положение усложнялось сильными метелями, которые сменились моросящими дождями, дороги покрылись сплошной ледяной коркой. Несмотря на трудности, автотранспорт 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов перевез за время операции свыше 200 тыс. человек и около 1 400 тыс. тонн грузов, что позволило обеспечить войска боеприпасами и продовольствием.
Большая глубина операции, растянувшиеся коммуникации, а также использование войсками значительного количества автомобилей, в том числе трофейных, вызвали повышенный расход горючего. На помощь пришла авиация. Однако на подступах к Одеру полностью обеспечить своевременную подачу войскам горючего не удалось. Возникали перебои, которые сдерживали наступление прежде всего танковых соединений. Благодаря мерам по восстановлению железнодорожного движения снабжение войск было улучшено, но основную тяжесть доставки грузов по-прежнему несли автомобильные части. За успешное обеспечение Висло-Одерской операции приказом Верховного Главнокомандующего семь авточастей были удостоены звания гвардейских, а некоторые награждены орденами и получили почетные наименования.
* * *
Выходом на Одер и захватом плацдармов на его левом берегу завершилась Висло-Одерская операция — одна из крупнейших операций второй мировой войны. По своим результатам она имела большое политическое и военное значение. Советские войска при участии 1-й армии Войска Польского и партизан освободили значительную часть Польши и вышли на территорию Германии.
Немецко-фашистское командование пыталось остановить наступление Советской Армии. В этих целях гитлеровское руководство окончательно отказалось от планов наступательных действий против американо-английских войск на западном фронте, перебросило в полосы наступления 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов с других участков советско-германского фронта, из внутренних районов Германии и с западного фронта 29 дивизий и 4 бригады. Однако это не спасло противника от сокрушительного поражения. 35 вражеских дивизий было уничтожено, а 25 потеряли от 50 до 70 процентов своего состава. Только в плен было взято 147,4 тыс. фашистских солдат и офицеров, захвачено около 14 тыс. орудий и минометов, до 1,4 тыс. танков и штурмовых орудий и много другого вооружения и военного имущества. Потеря огромной территории, крупных промышленных районов, большого количества войск и вооружения сильно ослабила гитлеровскую Германию и приблизила ее окончательный разгром. Успешные действия советских войск создали условия для дальнейших ударов по врагу в Померании, Силезии, а затем и на берлинском направлении.
Грандиозное наступление между Вислой и Одером вызвало восхищение трудящихся многих стран. Оно было высоко оценено и некоторыми буржуазными деятелями, а также прессой. Премьер-министр Великобритании в послании И. В. Сталину от 27 января 1945 г. писал: «Мы восхищены Вашими славными победами над общим врагом и мощными силами, которые Вы выставили против него. Примите нашу самую горячую благодарность и поздравление по случаю исторических подвигов». В американской газете «Тайме», издаваемой в городе Лос-Анджелес, отмечалось: «...продвижение в южной Польше представляет собой самую большую надежду на быстрое окончание войны». Английская «Таймс» писала: «Движение такой мощной армии по замерзшей местности на фронте в сотни миль особенно выделяется из всех прежних битв и представляет собой мастерское достижение в искусстве ведения войны». В послевоенные годы буржуазная историография при всем своем желании обойти молчанием значение Висло-Одерской операции не может этого сделать. Так, бывший начальник генерального штаба сухопутных войск немецко-фашистской армии Г. Гудериан вспоминал: «Ужасный месяц январь подтвердил все наши опасения в отношении крупного наступления русских... В первые дни февраля наше положение как на восточном, так и на западном фронтах стало роковым».
Разгром немецко-фашистских войск в ходе Висло-Одерской операции явился показателем могущества социалистического государства. Успешные боевые действия войск надежно обеспечивались в материально-техническом отношении. Труженики советского тыла предоставили фронту такое количество вооружения и боевой техники, которое позволяло успешно решать крупные боевые задачи.
В ходе Висло-Одерской операции советское командование продемонстрировало возросший уровень военного искусства. Избранный Ставкой Верховного Главнокомандования способ разгрома противника путем нанесения мощных глубоких, рассекающих ударов полностью соответствовал сложившейся обстановке. Такой способ сорвал замыслы гитлеровского командования последовательной обороной подготовленных между Вислой и Одером рубежей измотать и обескровить советские войска. Висло-Одерская операция — образец подготовки и осуществления крупнейшей стратегической операции. Ее результаты показали, что решительных целей можно достигнуть не только в боевых действиях на окружение, но и при нанесении глубоких и мощных фронтальных ударов. Одним из важнейших условий, обеспечивших прорыв вражеской обороны и развитие успеха в глубине, явились правильная организация управления и поддержание непрерывного взаимодействия всех родов войск. Висло-Одерская операция достигла огромного размаха: она развернулась в полосе более 500 км; всего 23 дня потребовалось советским войскам, чтобы продвинуться в глубину до 500 км со средним темпом почти 25 км в сутки. Даже в этих условиях твердое управление войсками сохранилось вплоть до завершения операции.
Решающим условием, определившим успех операции, был быстрый прорыв тактической зоны обороны, разгром первого эшелона и ближайших оперативных резервов противника. Несмотря на увеличившуюся глубину, тактическая зона обороны была прорвана к середине второго дня, а с пулавского плацдарма — в первый же день операции. Быстрый прорыв обеспечивался правильным выбором направления главного удара и созданием мощных группировок. Решительное массирование сил и средств на участках прорыва позволило достичь подавляющего превосходства над врагом. В основном прорыв тактической обороны осуществлялся общевойсковыми армиями. В завершении прорыва участвовали отдельные танковые корпуса, а в полосе 1-го Украинского фронта и танковые армии.
В преследовании главную роль играли танковые армии и корпуса, наступавшие при поддержке основных сил воздушных армий. Обходя вражеские узлы сопротивления, танковые соединения с ходу преодолевали промежуточные оборонительные рубежи и водные преграды. Действуя в отрыве от общевойсковых соединений, танковые армии обеспечивали быстрое продвижение остальных сил фронтов. Стремительное преследование лишало противника возможности организовать оборону в глубине. До выхода советских войск на Одер его резервы существенного влияния на развитие операции не оказали.
Большую роль в операции сыграла авиация. За период с 12 января по 3 февраля 16-я и 2-я воздушные армии совершили 25,4 тыс. самолето-вылетов, провели 214 воздушных боев, в которых противник потерял 209 самолетов. В условиях неблагоприятной погоды советские авиаторы продемонстрировали возросшее боевое мастерство, неоспоримое преимущество авиационной техники и умелое ее использование.
Победа в Висло-Одерской операции была достигнута благодаря умелому руководству войсками, массовому героизму, активной и непрерывной партийно-политической работе. За героизм и высокое воинское мастерство, успешное выполнение задач тысячи солдат и офицеров были награждены орденами и медалями, многим было присвоено звание Героя Советского Союза, а командующие армиями генералы С. И. Богданов, П. С. Рыбалко, В. И. Чуйков, командир корпуса генерал В. А. Глазунов и офицеры А. Е. Боровых, Н. И. Горюшкин, И. И. Гусаковский, С. В. Хохряков, А. П. Шилин, П. И. Шурухин были удостоены этого звания второй раз. За образцовое выполнение боевых заданий в наступлении от Вислы до Одера 1192 соединения и части 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов были награждены орденами. Многие полки, бригады, дивизии, корпуса получили почетные наименования в честь городов, при овладении которыми они отличились. Двадцать пять раз Москва салютовала войскам в честь побед в Висло-Одерской операции.
При использовании материалов сайта, активная ссылка на GREAT-VICTORY.RU обязательна!