ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

Ход войны
Хронология войны
Сражения и операции
Сводки Совинформбюро
Военная фотохроника
Третий рейх в цвете
Артиллерия Второй Мировой
Авиация Второй Мировой
Танки Второй Мировой
Советские военные песни
Рефераты на тему ВОВ
Женщины-герои СССР
Фото находок с войны

ТОП 20 материалов сайта
Рекомендуем посетить

                                          ДЕНЬ ПОБЕДЫ. Мнения людей

                                              Справочники и статистические данные

Униформа СССР
Униформа Германии
Униформа Италии
Униформа Англии
Униформа Польши
Униформа Франции
Униформа США
Униформа других стран

Вооружение Вермахта
Боеприпасы Вермахта

Книга об артиллерии


Ход войны

Боевые действия советского Военно-Морского Флота

Добавлено: 2012.10.21
Просмотров: 1363

Краснознаменный Балтийский флот на завершающем этапе войны в Европе


Выход Советской Армии в 1944 г. к Восточной Пруссии и вывод Финляндии из войны улучшили положение Краснознаменного Балтийского флота. Немецко-фашистский флот был изгнан из Финского и Рижского заливов, а советские корабли получили возможность действовать в Балтийском море.
В соответствии с изменившейся обстановкой и характером задач Ставка Верховного Главнокомандования 27 ноября 1944 г. вывела Краснознаменный Балтийский флот из оперативного подчинения командующего Ленинградским фронтом и передала в непосредственное подчинение народного комиссара Военно-Морского Флота адмирала Н. Г. Кузнецова, на которого возлагались функции главнокомандующего Военно-Морскими Силами. Решением ГКО от 2 февраля 1945 г. он был введен в состав Ставки Верховного Главнокомандования.
К началу 1945 г. Краснознаменный Балтийский флот, которым командовал адмирал В. Ф. Трибуц, имел в своем составе линейный корабль, 2 крейсера, 12 эскадренных миноносцев, 28 подводных лодок (из них в строю 20), 78 торпедных катеров, 5 сторожевых кораблей, 73 тральщика, 220 малых охотников и сторожевых катеров, 204 катера-тральщика и 47 бронекатеров. Авиация флота под командованием генерала М. И. Самохина насчитывала 781 самолет, в том числе 87 торпедоносцев, 74 бомбардировщика, 176 штурмовиков, 365 истребителей, 66 разведчиков и 13 корректировщиков. Авиация базировалась в основном на аэродромы освобожденной территории Литовской ССР. В ходе наступления советских войск она передислоцировалась на запад. Подводные лодки, тральщики, торпедные и сторожевые катера базировались на порты западной части Финского залива — Хельсинки, Таллин, Палдиски, Ханко, а также Моонзундские и Аландские острова.
В связи с тем что освобождаемые базы были сильно разрушены, а минная обстановка в Финском заливе сложной, крупные надводные корабли оставались в Кронштадте и Ленинграде и, следовательно, не могли участвовать в боевых действиях. В сложившейся оперативной обстановке прикрытие приморского фланга советских войск с моря и действия на морских сообщениях противника могли осуществлять только подводные лодки, торпедные катера и военно-воздушные силы флота, а высадку морских десантов — сторожевые и торпедные катера, тральщики и бронекатера. Главнокомандующий Военно-Морскими Силами поставил Краснознаменному Балтийскому флоту на 1945 г. следующие задачи: активными действиями авиации, подводных лодок и торпедных катеров нарушать морские сообщения противника от Рижского залива до Померанской бухты включительно; ударами авиации, огнем корабельной и береговой артиллерии, высадкой десантов на приморских флангах противника содействовать наступлению советских войск на восточном и южном побережье Балтийского моря; оборонять свои базы, острова и занятое войсками побережье Балтийского моря во взаимодействии с приморскими частями Советской Армии; надежно обеспечивать пути сообщения в Финском, Ботническом и Рижском заливах, а также в Балтийском море.
Развертывание боевой деятельности флота на нескольких операционных направлениях крайне затруднялось сравнительно малым количеством кораблей, подвижных средств береговой обороны, сложностью передислокации и перебазирования их в западном направлении. В целях обеспечения управления боевой деятельностью сил флота в южной и западной частях Балтийского моря и организации более четкого взаимодействия флота с сухопутными войсками решением главнокомандующего Военно-Морскими Силами от 23 марта был сформирован Юго-Западный морской оборонительный район, командующим которым был назначен контр-адмирал Н. И. Виноградов. В него вошли бригады торпедных катеров, морской железнодорожной артиллерии, траления, морской пехоты и противовоздушной обороны, а также части вновь формировавшихся военно-морских баз — Лиепаи, Пиллау и Кольберга. С организацией оборонительного района создавалось единое командование, которое планировало и развертывало боевую деятельность по непосредственному содействию приморскому флангу войск и по нарушению перевозок противника в Данцигской бухте.
Немецко-фашистское командование, планируя в 1945 г. упорной обороной удержать Курляндский полуостров и Восточную Пруссию, рассчитывало отвлечь значительные силы Советской Армии, не допустить там развертывания сил Краснознаменного Балтийского флота, а для своего флота сохранить относительную свободу действий.
Непосредственное обеспечение безопасности базирования флота, охрану побережья и поддержку сухопутных войск в обороне баз и побережья противник возлагал на развитую и мощную береговую оборону, имевшую артиллерию до 406-мм калибра и многочисленные зенитные батареи. Артиллерия береговой обороны оказывала существенную поддержку своим войскам в обороне Курляндского и Земландского полуостровов, кос Курише-Нерунг, Фрише-Нерунг, Хель и портов Лиепая, Клайпеда, Пиллау, Гдыня, Свинемюнде.
К концу 1944 г. противник сосредоточил на Балтийском море основные силы своего надводного флота и развернул их действия по поддержке приморских флангов, снабжению и эвакуации прижатых к морю группировок. Немецко-фашистское командование понимало, что если флоту не удастся сохранить господствующее положение на Балтийском море, то оно не сможет поддерживать связи с приморскими группами армий «Север», изолированной в Курляндии, и «Центр», развернутой в Восточной Пруссии и Северной Польше. Одной из особенностей деятельности гитлеровского флота являлось привлечение боевых кораблей и различных транспортных средств для эвакуации войск и техники с изолированных участков на побережье Балтийского моря в западные порты северной части Германии. Из Северного и Норвежского морей были дополнительно переведены надводные корабли.
К началу 1945 г. германский флот на Балтийском море располагал значительными силами. В его составе имелось 2 старых линейных корабля, 4 тяжелых и 4 легких крейсера, свыше 200 подводных лодок, более 30 эскадренных миноносцев и миноносцев, 70 торпедных катеров, 64 тральщика, около 200 десантных судов, а также более 300 сторожевых катеров и катеров-тральщиков. Часть их базировалась на порты Данцигской бухты — Пиллау, Гдыня, Данциг. Эта бухта являлась полигоном для испытаний вступавших в строй подводных лодок и подготовки их экипажей перед выходом в Атлантический океан. Некоторое количество тральщиков, сторожевых кораблей и торпедных катеров находилось в Лиепае и Вентспилсе.
В базах юго-западной части Балтийского моря, а также портах Дании и Южной Норвегии базировались корабли, которые периодически использовались против советского флота. Фашистский флот на Балтийском море поддерживали до 350 самолетов, большей частью истребители. Военно-морское руководство Германии, как и прежде, стремилось не допустить советские корабли в воды Балтийского моря. С этой целью подводные лодки занимали позиции у выхода из Финского залива, а надводные корабли и авиация ставили минные заграждения. Важное значение противник придавал удержанию портов Лиепая и Клайпеда, а также побережья Данцигской бухты.
В январе 1945 г. советская морская авиация и железнодорожная артиллерия флота участвовали в боях против вражеских войск на Курляндском полуострове и в районе Клайпеды. Пять дивизионов и три отдельные батареи (60 орудий) 1-й гвардейской морской железнодорожной артиллерийской бригады были переброшены в Прибалтику еще в конце 1944 г. Часть батарей этих дивизионов вела огонь по позициям врага у города Клайпеда и кораблям в порту.
В целях содействия сухопутным войскам 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов авиация флота совершила только 472 самолето-вылета. Это « объясняется тем, что она была занята выполнением главной задачи — нарушением морских сообщений противника и большинство вылетов производила для ударов по портам и кораблям в море.
В ходе Восточно-Прусской операции Краснознаменный Балтийский флот кроме оперативного взаимодействия с войсками 2-го и 3-го Белорусских фронтов, выражавшегося в нарушении вражеских морских сообщений, оказывал непосредственную поддержку войскам 3-го Белорусского фронта в уничтожении земландской группировки противника. Ее осуществляли авиация флота, морская железнодорожная артиллерия, торпедные катера и бронекатера. Последние принимали активное участие в высадке тактических десантов.
Уничтожением конвоев и отдельных судов, занятых перевозкой резервов в помощь группе армий «Висла» и эвакуацией войск, советские подводные лодки и авиация флота содействовали наступавшим войскам 2-го Белорусского фронта при разгроме восточнопомеранской группировки. В начале мая флот подготовил десант на остров Борнхольм, где противник создал базу для своих кораблей и куда вывез большое количество войск из Померании. На ультиматум советского командования сдать остров гитлеровцы ответили отказом. Начиная с 5 мая авиация Краснознаменного Балтийского флота стала наносить удары по боевым кораблям и транспортам в портах Борнхольма, в результате до десяти судов врага было потоплено и повреждено. В день капитуляции Германии торпедные катера высадили на остров небольшой десант. Немецкие войска, не оказав сопротивления, сложили оружие. Затем на Борнхольм были перевезены части 132-го стрелкового корпуса 19-й армии, которые приняли капитуляцию германских войск.
На протяжении января — апреля 1945 г. главной задачей Краснознаменного Балтийского флота являлось нарушение морских сообщений противника. Характер и интенсивность германских морских перевозок определялись обстановкой на сухопутном фронте. В январе они осуществлялись в основном для снабжения курляндской группировки и эвакуации ее наиболее боеспособных дивизий. В феврале противник начал поспешно эвакуировать промышленное оборудование и население сначала из Кенигсберга, затем из Данцига, Гдыни, Пиллау, с косы Хель, а в начале марта из Кольберга и Свинемюнде.
После того как Советская Армия в ходе Восточно-Прусской и Восточно-Померанской операций расчленила и прижала к побережью несколько « группировок врага, море стало для них единственным путем связи с тылом. Немецкие корабли и суда доставляли блокированным войскам горючее, боеприпасы и продовольствие. Гитлеровский адмирал Ф. Руге впоследствии писал: «В последний год войны самые большие задачи выпали на долю военно-морского флота в Балтийском море. Морские операции определялись здесь обстановкой на суше. В отдаленных от берега районах русские продвигались всегда быстрее, чем по побережью, отрезая отдельные участки фронта, которые флоту приходилось затем снабжать, а также и эвакуировать».
Перевозки осуществляли несколько сотен транспортных и вспомогательных судов, а также баржи различных типов и другие плавучие средства. В последние недели войны противник перебросил из Северного моря в Балтийское все, что только можно было использовать в качестве транспортных средств. В феврале морем перевозилось в среднем ежесуточно до 30 тыс. человек, в марте 6,6 тыс. и в апреле до 16 тыс. человек.
Для Краснознаменного Балтийского флота особенно важно было прервать сообщения противника с портами Лиепая и Вентспилс и тем самым блокировать с моря находившиеся в Курляндии немецко-фашистские войска. 5 января главнокомандующий Военно-Морскими Силами поставил флоту задачу сорвать снабжение этой группировки, введя в действие, кроме подводных лодок, торпедные катера и штурмовую авиацию. Главной ударной силой флота являлась авиация, которая состояла: из двух штурмовых и одной минно-торпедной дивизий. Вследствие того что движение вражеских конвоев осуществлялось только в темное время суток, особое значение приобретали удары советской авиации по порту Лиепая, который имел сильную противовоздушную оборону. В целях нарушения нормальной работы портов авиация за четыре месяца 1945 г. поставила на подходах к ним около 300 мин.
Интенсивность действий авиации непрерывно нарастала. В январе — феврале для нанесения ударов по кораблям и транспортам противника в море она совершила до 1700 самолето-вылетов, в марте 2700, в апреле 5600, а всего до конца войны свыше 12,5 тыс. самолето-вылетов. В марте — апреле в связи с наступлением советских войск в Восточной Пруссии и Померании минно-торпедная и штурмовая авиация перенесла свои усилия на порты, а также корабли и суда, находившиеся в Данцигской бухте. Только по Пиллау с 9 марта по 25 апреля было нанесено 24 массированных удара (2023 самолето-вылета), что способствовало ослаблению земландской группировки. В течение указанного времени в этом порту было уничтожено 24 транспорта и около 30 различных вспомогательных судов.
Немало судов врага потопили советские летчики в западной части Данцигской бухты во время массовой эвакуации фашистских войск. Так, 12 марта по конвою противника на подходах к Данцигской бухте (5 транспортов, 3 сторожевых корабля и тральщика) авиация флота нанесла удар, в котором участвовало 69 торпедоносцев, бомбардировщиков и штурмовиков под прикрытием 96 истребителей. Все немецкие транспорты были потоплены. В то же время не прекращался контроль за подходами к Лиепае.
Утром 26 марта в 30 км от Лиепаи был обнаружен конвой в составе двух транспортов, танкера, двух сторожевых кораблей, двух тральщиков и трех сторожевых катеров. Две группы штурмовиков (одна группа подавления средств противовоздушной обороны, другая — ударная) атаковали конвой, потопили транспорт, танкер, сторожевой корабль и повредили второй транспорт.
Значительные потери враг понес от мин, поставленных советскими кораблями и авиацией союзников. За последние четыре месяца войны на рейдах портов Лиепая, Клайпеда, Пиллау и других только на минах подорвалось шесть немецких транспортов, из которых пять сразу же затонули. 14 марта у косы Хель подорвались на минах миноносцы «Т-3» и «Т-5». 3 мая взорвался и затонул эскадренный миноносец «Z-43». Всего с января по май на минах подорвалось 18 боевых кораблей и 15 торговых судов.
В отличие от предыдущих лет германское командование интенсивно использовало в интересах сухопутных войск свой надводный флот, включая линейный корабль и крейсеры. Все они были заняты либо обеспечением морских перевозок, либо оказывали артиллерийскую поддержку. Крейсеры, эскадренные миноносцы, специально оборудованные плавучие батареи обстреливали советские войска у Мемеля, на Земландском полуострове и побережье Померанской бухты вплоть до Свинемюнде.
Наиболее мобильной силой для отражения ударов противника с моря была авиация. Поэтому артиллерийские обстрелы прибрежных позиций советских войск не были продолжительными. Вызываемая с аэродромов авиация успешно атаковала корабли противника. 31 марта она нанесла удар по отряду кораблей артиллерийской поддержки в Данцигской бухте. В течение недели балтийские летчики наносили удар за ударом по боевым кораблям врага. 8 апреля немецкие крейсеры были вынуждены уйти из Данцигской бухты. На переходе в Свинемюнде советская авиация вновь нанесла удар, в результате которого получили повреждения крейсер и эскадренный миноносец. 16 апреля последние шесть вражеских эсминцев покинули Данцигскую бухту. Спустя два дня советские самолеты потопили у Пиллау учебный артиллерийский корабль «Драхе». Историк Ю. Майстер, характеризуя действия советской авиации, пишет: «В конце марта усилия авиации концентрируются в основном на атаках против боевых кораблей... независимо от того, находились ли последние на позициях стрельбы или просто стояли на якорях».
После ликвидации земландской группировки и изгнания основных сил флота противника из Данцигской бухты авиация Краснознаменного Балтийского флота направила удары по кораблям, действовавшим в Померанской бухте. 1, 3 и 4 мая советская авиация нанесла несколько массированных ударов по кораблям в Штеттинском заливе, на рейде и в гавани Свинемюнде. 3 мая были повреждены, а повторными ударами 4 мая потоплены линейный корабль «Шлезиен» и охранявший его эскадренный миноносец. Атаки авиации флота были усилены штурмовиками 4-й воздушной армии. В результате в районе Свинемюнде были потоплены вспомогательный крейсер «Орион», миноносец «Т-36» и плавучая батарея «Гуммель». Гросс-адмирал К. Дениц констатировал, что немецкие надводные военно-морские силы ко дню капитуляции были почти полностью выведены из строя, главным образом в результате налетов авиации.
Авиация Краснознаменного Балтийского флота во взаимодействии с фронтовой в 1945 г. потопила 96 транспортных судов общим водоизмещением 278 тыс. брт, кроме того, линейный корабль, 2 крейсера, 3 эскадренных миноносца, подводную лодку, 6 сторожевых кораблей, 16 тральщиков и несколько десятков малых вспомогательных судов.
В нарушении морских перевозок противника значительная роль принадлежала подводным лодкам. Директивами от 7 и 24 января 1945 г. командование флота поставило бригаде подводных лодок задачу нарушать морские сообщения противника в южной части Балтийского моря до Мекленбургской бухты включительно, прервать морские сообщения курляндской группировки и совместно с авиацией блокировать Лиепаю. Командиру бригады подводных лодок контр-адмиралу С. Б. Верховскому было приказано одновременно иметь в море не менее шести лодок и одну в резерве. Для удобства управления подводными лодками на запасном командном пункте военно-воздушных сил флота в Паланге находился один из командиров дивизионов. Получая данные о противнике от самолета-разведчика, он немедленно передавал их на подводные лодки. Затем командиры лодок производили расчеты, где и когда они смогут сблизиться с врагом и атаковать его. Такая организация позволяла своевременно нацеливать подводные лодки на конвои противника.
В январе действия подводных лодок были направлены на нарушение перевозок противника между портами Данцигской и Померанской бухт. Учитывая небольшую протяженность этих коммуникаций, подводные лодки использовались методом крейсерства в ограниченном районе.
В сильно охраняемых конвоях подводные лодки топили обычно наиболее крупные транспорты. Так, подводная лодка «С-13» под командованием капитана 3 ранга А. И. Маринеско в ночь на 31 января на выходе из Данцигской бухты потопила германский лайнер «Вильгельм Густлов» тоннажем свыше 25 тыс. брт, на борту которого находилось более 5 тыс. гитлеровцев, в том числе 1300 человек личного состава школы подводного плавания. Этой победой балтийцы нанесли еще один удар по подводному флоту, на который немецко-фашистское командование возлагало столь большие надежды. 10 февраля этот же экипаж потопил транспорт «Штойбен» тоннажем 14 660 брт. На этих двух судах было уничтожено около 10 тыс. солдат и офицеров противника. Успешно действовала также подводная лодка «Л-3» под командованием капитана 3 ранга В. К. Коновалова. 17 апреля она потопила теплоход «Гойя», а через двое суток — транспорт «Роберт Мюллер», которые перевозили воинские части. За январь — начало мая 1945 г. балтийские подводники потопили 13 транспортов. Успехи советских подводников заставили немецко-фашистское командование усилить противолодочную оборону, сформировав для этой цели четыре соединения сторожевых кораблей и охотников за подводными лодками. Кроме торпедных атак три подводные лодки поставили в западной части моря, у берегов Германии, 72 мины. На них подорвались 6 вражеских кораблей и 3 судна.
Военно-морские базы, блокированные советскими войсками с суши, находились под систематическим воздействием железнодорожной артиллерии флота. Она держала под огнем порт Клайпеда в декабре — январе, Лиепаю — в феврале — мае, Кенигсберг и Пиллау — в апреле» Артиллерийский огонь по плавсредствам и портовым сооружениям затруднял противнику погрузочно-разгрузочные работы и в целом использование портов для снабжения и эвакуации.
Боевые действия торпедных катеров на морских сообщениях последовательно развертывались на запад по мере освобождения портов Швентойи, Клайпеда, Кранц, Нейфарвассер (севернее Данцига) и Кольберг. Число торпедных катеров, действовавших на морских сообщениях, ограничивалось из-за трудностей базирования и перевозки их по железной дороге в освобожденные порты. Так, в начале апреля, в период самых интенсивных морских перевозок противника, к боевым действиям были готовы лишь 14 катеров, остальные находились в ремонте или следовали по железной дороге в пункты нового базирования. К 20 апреля в Данцигской бухте и гавани Кранц действовало уже 26 торпедных катеров. Их действия, главным образом в темное время суток, мешали гитлеровцам использовать корабли для поддержки сухопутных войск и затрудняли эвакуацию прижатых к морю группировок.
Благоприятная обстановка для атак вражеских судов сложилась у косы Хель, где имелась одна небольшая гавань и погрузка эвакуированных производилась на открытом рейде. В ночь на 16 апреля два торпедных катера под командованием лейтенанта Н. А. Короткевича и капитан-лейтенанта В. В. Солодовникова атаковали и повредили на рейде Хель эскадренный миноносец «Z-34». Ночные атаки затрудняли противнику свободную погрузку на внешних рейдах, а с рассветом транспортные средства подвергались атакам советской авиации.
Несмотря на то что малочисленные группы катеров не могли добиться значительного успеха, они потопили за три последних месяца войны одиннадцать транспортов, эскадренный миноносец, тральщик и несколько малых судов.
В результате действий авиации, подводных лодок, торпедных катеров и железнодорожной артиллерии Краснознаменного Балтийского флота противник в 1945 г. потерял на Балтийском море 131 транспорт общим водоизмещением 406 тыс. брт, а также 98 боевых кораблей и вспомогательных судов. К концу войны в составе германского флота из крупных кораблей остались боеспособными только крейсеры «Принц Ойген» и «Нюрнберг», которые были уведены в Копенгаген, но из-за отсутствия топлива не смогли принять участия в боевых действиях.
Борьба на морских сообщениях врага оказывала большое влияние на ход боевых действий сухопутных войск в приморских районах. Удары по транспортным средствам и портам существенно способствовали советским войскам в уничтожении прижатых к морю группировок.
Флоту приходилось вести боевые действия вдали от основных баз. Чтобы приблизить силы к районам интенсивных морских перевозок противника и к приморскому флангу наступавших сухопутных войск, катера и авиацию перебрасывали на временные базы и аэродромы. Темпы перебазирования отставали от высоких темпов наступления Советской Армии. Из-за удаленности пунктов базирования корабельных сил и авиации флота, а также из-за ограниченного количества подводных лодок, торпедных катеров и невозможности использовать крупные надводные корабли флот не мог полностью блокировать курляндскую и другие изолированные группировки, прервать морские сообщения врага в Балтийском море.
В то время как авиация, подводные лодки и торпедные катера вели борьбу в юго-западной части Балтийского моря, тральщики, силы противолодочной и противовоздушной обороны защищали свои морские коммуникации от воздействия противника. После того как были развернуты противолодочные и тральные силы флота вдоль всего северного берега Финского залива, а финны очистили от мин свой шхерный фарватер, все интенсивнее становились морские сообщения СССР с Финляндией, Швецией, а также между Ленинградом и портами Прибалтийских республик. Немецко-фашистское командование препятствовало этому постановкой мин и атаками подводных лодок на выходах из шхер и в открытом море. Для обороны наиболее опасного участка коммуникаций, от побережья Швеции до финских шхер, были развернуты корабли советского и финского флотов, которые организовали патрульно-дозорную службу. Чтобы германские подводные лодки не прошли в Ботнический залив вблизи шведского берега, шведские власти также организовали охрану своих шхерных фарватеров.
В устье Финского залива на линии минного заграждения, поставленного в 1941 г., было организовано несение противолодочного дозора кораблями и авиацией. Это была первая позиция против немецких подводных лодок. Далее на восток поперек Финского залива, между Таллином и полуостровом Порккала-Удд, была вторая противолодочная позиция, включавшая кроме мин сплошное сетевое заграждение. Эта позиция из мин и сетей, оборудованная в свое время противником, теперь была использована против его же подводных лодок.
В целом Краснознаменный Балтийский флот успешно решал задачу по защите своих морских сообщений — перевозки осуществлялись почти без потерь. С 4 ноября 1944 г. по февраль 1945 г. из Швеции и Финляндии было проведено в Ленинград 160 транспортов. За это время лишь один финский транспорт, шедший в Ленинград с грузом бумаги, подорвался на минах.
В 1945 г. противник потерял три подводные лодки, которые затонули, подорвавшись на минах, а одна ( «V-679») была потоплена малым охотником. 19 марта германские подводные лодки, действовавшие в восточной части Балтийского моря против советских кораблей, были отозваны из этого района.
В 1945 г. Краснознаменный Балтийский флот решал задачу по очистке моря от мин. С выходом Финляндии из войны в эту опасную работу включились также тральщики финского и шведского флотов, которые очищали свои территориальные воды и уничтожали собственные минные заграждения, поставленные в открытом море. За январь — май советские тральщики вытралили 994 мины, а также обнаружили и уничтожили 544 плавающие мины. Таким образом, было положено начало очищению от мин бассейна Балтийского моря, которое продолжалось различными флотами в течение двенадцати послевоенных лет.
В завершающий этап войны в Европе Краснознаменному Балтийскому флоту пришлось вести напряженную борьбу, в результате которой враг понес значительные потери в боевых кораблях, транспортных средствах и личном составе. Особенностью использования советского флота в наступательных операциях являлось содействие группе приморских фронтов, которое выражалось в нанесении систематических ударов авиацией флота, подводными лодками и торпедными катерами по кораблям и транспортам противника, осуществлявшим снабжение и эвакуацию прижатых к морю группировок, в артиллерийской и авиационной поддержке своих войск, а также высадке тактических десантов. Несмотря на ограниченное количество корабельных сил, флот в основном успешно решил эти задачи.
В достижении Краснознаменным Балтийским флотом значительных успехов в борьбе с врагом большая роль, как и прежде, принадлежала непрерывно проводившейся партийно-политической работе. Она способствовала мобилизации моряков на совершенствование воинского мастерства, укрепляла их морально-политические и боевые качества, воодушевляла на героические подвиги.
Условия боевой деятельности соединений флота порождали различные формы и методы политической работы среди личного состава кораблей, морской авиации и артиллерии. Так, например, для авиации флота очень важно было быстро вводить в строй молодых летчиков из прибывающего пополнения. В порядке партийных и комсомольских заданий летчикам, штурманам и стрелкам-радистам поручали оказывать всяческую помощь молодым офицерам и бойцам в быстрейшем освоении ими новой техники и оружия, тактических приемов, выработанных и проверенных в бою, в передаче боевых традиций и опыта. Для лучшего понимания взаимодействия устраивались вечера, проводились конференции, совместные собрания летчиков флота и фронта, а также представителей авиации с офицерами плавсоединений.
При подготовке подводных лодок к походам политработники помогали секретарям партийных и комсомольских организаций спланировать и организовать работу, инструктировали агитаторов и проводили семинары с активистами. В море коммунисты доводили до всего личного состава сводки Совинформбюро, а также обстановку на фронте. Сообщения об успехах сухопутных войск воодушевляли подводников, вызывали стремление внести свой достойный вклад в общее дело окончательной победы.
Военный совет, политуправление флота и политотделы соединений издавали после возвращения лодок из боевого похода листовки-плакаты, посвященные героям-подводникам. В них рассказывалось о боевых итогах похода, об отличившихся. Отдельно издавались листовки и подробно сообщалось во флотской печати о командирах подводных лодок, которым было присвоено звание Героя Советского Союза.
Политическая работа в 1945 г. проводилась в условиях большой активности и подвижности частей и кораблей, все большей удаленности
районов боевых действий от главной базы. Была создана оперативная группа политуправления флота с целью руководства политработой в действующих соединениях. При ней находилась редакция, издававшая походную газету «Краснознаменный Балтийский флот». В устной пропаганде и в печати усилилась работа по разъяснению интернациональных, освободительных задач советских воинов. Оперативная группа политуправления обеспечивала командиров и политработников соединений материалами об освобождаемых от фашистов городах и территориях.
Усилению партийно-политической работы, партийного влияния на все стороны жизни и боевой деятельности флота в 1945 г. способствовали благоприятная общая обстановка, рост партийных организаций, их идейное и организационное укрепление. Увеличилось число коммунистов среди моряков. Так, если к началу войны их было 7,6 процента, то к концу войны 20 процентов. Более чем в два раза вырос процент коммунистов среди личного состава подводных лодок (с 27 до 55 процентов). Экипажи некоторых подводных лодок и надводных кораблей полностью состояли из коммунистов и комсомольцев. За проявленный героизм и мужество 38 балтийцам в 1945 г. было присвоено звание Героя Советского Союза. Указом Президиума Верховного Совета СССР подводные лодки «К-52», «С-13», «Щ-307», «Щ-310», «Лембит», бригада подводных лодок, 1-я бригада траления и 6-й дивизион малых охотников за подводными лодками, 51-й минно-торпедный и 3-й гвардейский истребительный авиационный полки были награждены орденом Красного Знамени, а 8-й гвардейский штурмовой авиаполк удостоен этой награды во второй раз. Правительственными наградами были отмечены и другие авиационные соединения и части, а также бригада торпедных катеров. Высокий морально-боевой дух личного состава флота, глубокое знание техники и оружия способствовали использованию всех возможностей для окончательного разгрома врага.

Защита Северным флотом морских коммуникаций


Советский Северный флот, которым командовал адмирал А. Г. Головко, в начале 1945 г. имел в своем составе линейный корабль, крейсер, 18 эскадренных миноносцев, 22 подводные лодки, 12 сторожевых кораблей, 64 тральщика и катера-тральщика, 30 больших охотников за подводными лодками, 40 торпедных катеров. Авиация флота насчитывала 721 самолет.
Перед Северным флотом была поставлена задача защищать морские сообщения, которые подразделялись на внешние (между портами Великобритании и СССР) и внутренние (между советскими портами). Вопросы организации внешних перевозок решались британским адмиралтейством и согласовывались с главным командованием советского Военно-Морского Флота, а вопросы взаимодействия между флотами — непосредственно командующим Северным флотом через английские военно-морские миссии в Полярном и Архангельске. К этому времени был накоплен большой опыт по обеспечению движения конвоев, в частности существовала четкая организация их встречи и вывода.
Поражение немецко-фашистских войск в Заполярье оказало решающее влияние на дальнейший ход военных действий флота на севере. В результате освобождения советскими войсками Северной Норвегии немцы лишились основного порта вывоза никелевой руды и снабжения войск — Киркенеса, а также других портов, расположенных в Варангер-фьорде, и ряда аэродромов. Вражеские коммуникации вдоль северного побережья Норвегии, входившие в зону Северного флота, после разгрома и последующего отхода немецко-фашистских войск перестали функционировать. В связи с тяжелым положением на восточном фронте командование вермахта вынуждено было сократить свои вооруженные силы в Норвегии и постепенно перебрасывать их в Германию. Для этого использовались 10 — 12 эскадренных миноносцев, сторожевые корабли и тральщики. Крупные надводные корабли ушли в Балтийское море. Из-за ограниченности транспортных средств эвакуация осуществлялась сравнительно медленно. В то же время командование германского флота стремилось удержать некоторые норвежские базы для продолжения борьбы против союзных конвоев, направлявшихся в северные порты Советского Союза. Реальной силой для ведения борьбы на коммуникациях оставались подводные лодки. В январе на Норвегию базировалось 75 вражеских подводных лодок, в апреле — 69.
Учитывая сильное охранение союзных конвоев, а также слабость своей воздушной разведки, немецкое командование отказалось от использования подводных лодок в открытом море и направило их на подходы к Кольскому полуострову. Новые типы подводных лодок, имевших повышенную подводную скорость, устройство для работы дизеля под водой и самонаводящиеся акустические торпеды, создавали серьезную опасность для конвоев и боевых кораблей.
Обычно у Кольского побережья находились три-четыре подводные лодки противника. В периоды, когда конвой из Англии подходил к советскому берегу или собирался выходить в обратный рейс, сосредоточивалось до 10 — 12 лодок. Изменившееся соотношение сил в пользу союзников, господство в воздухе их авиации оставляли гитлеровцам незначительные шансы на успех.
В начале года подводные лодки предприняли попытку проникнуть в Кольский залив и уничтожить там линейный корабль «Архангельск» и транспортные суда. 5 января три большие подводные лодки, несущие на себе по две сверхмалые «Байбер» (водоизмещением по 6,5 тонны с двумя торпедами и экипажем в один человек), вышли из Тромсё. Операция была тщательно подготовлена. Но у двух «Байберов» вышли из строя бензопроводы. Патрулировавшие советские самолеты хотя и не обнаружили вражеские лодки, но заставляли их неоднократно погружаться, вследствие чего вышли из строя еще две сверхмалые лодки. В результате противнику пришлось отказаться от продолжения операции.
Германские подводные лодки постоянно действовали у мурманского побережья. Для борьбы с ними привлекалось около 150 боевых кораблей и катеров и до 70 самолетов. Корабли и самолеты осуществляли специальные поиски, чтобы изгнать из прибрежных вод вражеские подводные лодки. Каждая обнаруженная лодка подвергалась длительному преследованию.
17 февраля перед выходом из Кольского залива союзного конвоя «RA-64» в составе 30 транспортов, 4 танкеров и сильного охранения английские и советские корабли производили поиск подводных лодок в прибрежной зоне. Одна немецкая подводная лодка ( «U-425») была обнаружена и потоплена, но изгнать все лодки из района не удалось. Когда конвой вышел и начал выстраиваться в походный ордер, он сразу же был атакован 5 германскими подводными лодками, которые повредили транспорт и английский корвет «Ларк». У последнего была оторвана корма, и часть экипажа оказалась в воде. Находившийся поблизости малый охотник под командованием старшего лейтенанта В. Ф. Кондрашева поспешил на помощь и организовал спасение людей. Подошедшие буксиры отвели «Ларк» в Кольский залив. Командующий флотом метрополии адмирал Г. Мур прислал командующему Северным флотом телеграмму: «Желаю выразить свою благодарность за быстроту действий личного состава вашего охотника при спасении наших людей, выброшенных взрывом за борт, когда был торпедирован британский корвет «Ларк». К югу от острова Медвежий 6 немецких подводных лодок и 35 самолетов вновь пытались атаковать конвой, но безуспешно. В пределах своей зоны действий на подходах к Кольскому заливу в защите конвоя «RA-64» активное участие приняли корабли и самолеты Северного флота.
За четыре последних месяца войны корабли Северного флота сбросили на вражеские подводные лодки 6300 глубинных бомб, а самолеты — 250 тоны авиабомб. Три подводные лодки были потоплены, не менее десяти, получив повреждения, вынуждены были возвратиться в свои базы.
Одновременно с подводными лодками враг планировал использовать против союзных конвоев 150 самолетов, которые базировались на аэродромы Норвегии. В марте германские торпедоносцы и бомбардировщики готовились нанести удар по конвою «RA-65», следовавшему из Советского Союза в Англию. Однако из-за несогласованности действий между разведчиками и ударными группами самолетов конвой так и не был обнаружен. Адмирал Дениц докладывал в ставке, что для осуществления подобной операции требуются летчики со специальной подготовкой и боевым опытом. Конвой «RA-65» впервые воспользовался новым маршрутом. Выполняя просьбу английского командования, тральщики Северного флота проделали проход в минном заграждении противника к северу от Кольского залива, благодаря чему конвои получили возможность следовать в Мурманск или выходить из него более коротким путем.
Не увенчалась успехом и попытка сосредоточить против конвоя значительную группу подводных лодок. В условиях усилившейся противолодочной обороны конвоев, когда на каждое судно приходилось больше одного корабля охранения, а также при наличии поисково-ударных противолодочных групп из кораблей и самолетов подводным лодкам становилось все труднее прорываться к транспортам.
С января по 23 мая из Англии в СССР прибыло 5 конвоев в составе 136 транспортов и 90 эскортных кораблей. За то же время из Советского Союза в Великобританию ушло 5 конвоев в составе 141 транспорта и 89 эскортных кораблей. Из них подводным лодкам удалось потопить только 4 транспорта (около 1 процента) и 5 кораблей охранения (менее 3 процентов).
Немецкие подводные лодки не добились существенных результатов и против перевозок по внутренним коммуникациям, по которым до конца войны прошло 197 транспортов и вспомогательных судов, в том числе 155 в составе конвоев. Потери составили: транспорт, эскадренный миноносец «Деятельный» и большой охотник за подводными лодками. Для обеспечения безопасного плавания судов было совершено 494 выхода боевых кораблей Северного флота, в том числе 92 эскадренными миноносцами. Корабли провели 76 атак, потопив или повредив при этом 7 подводных лодок. Все это свидетельствовало о том, что надежды фашистской верхушки на новые типы подводных лодок оказались нереальными. Советский Северный флот вместе с военно-морскими силами союзников успешно решил задачу по защите судоходства в Баренцевом море.
После капитуляции фашистской Германии боевая деятельность Северного флота и флота Великобритании не прекратилась, так как у союзных держав не было уверенности в полном выполнении ее условий. Особые опасения вызывало наличие в море большого числа подводных лодок, не подтвердивших своего согласия на возвращение в базы. Поэтому после окончания войны в течение 20 суток режим плавания и боевая готовность сил флота оставались прежними. Только в конце мая в Атлантическом и Северном Ледовитом океанах система конвоев была отменена и всем торговым и промысловым судам было разрешено самостоятельное плавание.
Успешным действиям Северного флота в 1945 г. способствовало высокое политико-моральное состояние моряков. Политорганы флота умело использовали общий подъем, вызванный победами Советской Армии на фронтах. Они направляли работу партийных и комсомольских организаций на лучшее выполнение боевых задач. Коммунисты и комсомольцы составляли к этому времени почти три четверти всего личного состава флота, показывая примеры мужества и героизма. Высокое звание Героя Советского Союза было присвоено двум командирам надводных кораблей и трем летчикам. Орденом Красного Знамени были награждены 95-й авиационный полк, лидер «Баку», эскадренные миноносцы «Громкий», «Грозный», подводные лодки «С-101», «С-104» и «Л-22».
В 1945 г. активное участие в операциях против немецко-фашистских вооруженных сил приняли Краснознаменный Балтийский и Северный флоты. Черноморский флот с сентября 1944 г. очищал воды и побережье Черного и Азовского морей от мин. Дунайская военная флотилия, выведенная из состава Черноморского флота, была подчинена непосредственно главнокомандующему Военно-Морскими Силами. В ходе боевых действий она взаимодействовала с войсками 2-го и 3-го Украинских фронтов, находясь в их оперативном подчинении. Днепровская речная военная флотилия взаимодействовала с войсками 1-го Белорусского фронта. Основные усилия Краснознаменного Балтийского флота были направлены на нарушение морских сообщений противника и защиту своих коммуникаций. Кроме того, он содействовал наступавшим сухопутным войскам в уничтожении приморских группировок врага и боролся с его надводными кораблями, не давая им возможности планомерно оказывать непосредственную поддержку с моря флангам своих сухопутных войск.
Флот фашистской Германии в Балтийском море не оказал существенного влияния на решение советскими войсками задач на приморском направлении. Превосходство советской авиации и ее активные наступательные действия в Восточной Пруссии и Померании не позволили немецко-фашистскому командованию удержать господство на Балтийском море, несмотря на сосредоточение здесь почти всего надводного флота, превосходившего по количеству и составу корабли Краснознаменного Балтийского флота. Занимая порты, Советская Армия лишала вражеский флот военно-морских баз, чем эффективно сокращала его боевые возможности.
Попытки немецко-фашистского морского командования нарушить коммуникации на Севере только подводными лодками потерпели неудачу. ъСеверный флот, накопивший к этому времени богатый опыт борьбы с подводными лодками, вместе с кораблями союзников отразил все атаки. В 1945 г. немецко-фашистский флот потерял большое количество кораблей и хорошо подготовленные кадры личного состава. На Балтийском и Баренцевом морях борьба закончилась полным поражением немецко-фашистского флота.
При использовании материалов сайта, активная ссылка на GREAT-VICTORY.RU обязательна!