ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

Ход войны
Хронология войны
Сражения и операции
Сводки Совинформбюро
Военная фотохроника
Третий рейх в цвете
Артиллерия Второй Мировой
Авиация Второй Мировой
Танки Второй Мировой
Советские военные песни
Рефераты на тему ВОВ
Женщины-герои СССР
Фото находок с войны

ТОП 20 материалов сайта
Рекомендуем посетить

                                          ДЕНЬ ПОБЕДЫ. Мнения людей

                                              Справочники и статистические данные

Униформа СССР
Униформа Германии
Униформа Италии
Униформа Англии
Униформа Польши
Униформа Франции
Униформа США
Униформа других стран

Вооружение Вермахта
Боеприпасы Вермахта

Книга об артиллерии


Ход войны

Борьба за освобождение народов Чехословакии, Югославии и Венгрии

Добавлено: 2012.10.21
Просмотров: 1839

Обстановка в Словакии. Словацкое национальное восстание


Немецко-фашистское руководство придавало особое значение удержанию захваченных территорий Чехословакии, Венгрии и Балканских стран, что объяснялось как экономическими, так и военно-стратегическими причинами.
После потери румынской нефти Германия особо остро нуждалась в получении горючего из Венгрии, а также другого стратегического сырья с Балкан. Чехословакия являлась поставщиком многих видов вооружения и боевой техники для вермахта. Потеря Балкан создавала угрозу отсечения группы армий «Е» в Греции и оголяла южный стратегический фланг германских войск. Это позволяло Советским Вооруженным Силам наносить согласованные удары по вермахту с двух направлений — с восточного и южного.
К концу сентября 1944 г. немецко-фашистское командование сосредоточило в Словакии, Венгрии и Югославии крупные силы. На фронте от Дуклинского (Дукельского) перевала в Карпатах до болгаро-греческой границы протяженностью свыше 1500 км оборонялись часть сил группы армий «Северная Украина» (с 23 сентября — группа армий «А»), войска группы армий «Южная Украина» (с 23 сентября — группа армий «Юг»), групп армий «Ф» и «Е». Их поддерживал 4-й воздушный флот. Используя горный характер театра военных действий, гитлеровцы создали сильные рубежи обороны.
В результате разгрома крупной немецко-фашистской группировки в Ясско-Кишиневской операции, освобождения Румынии и освободительного похода советских войск в Болгарию, а также благодаря победоносным восстаниям в этих странах военно-стратегическая и политическая обстановка на Балканах изменилась коренным образом», В сентябре войска :2-го и 3-го Украинских фронтов находились у границ Югославии и Венгрии. Цель дальнейшего наступления советских войск состояла в том, чтобы разгромить правое крыло группы армий «А» и войска группы армий «Ф», отрезать пути отхода группе армий «Е», вывести из войны Венгрию — последнего союзника Германии в Европе, оказать помощь народам Чехословакии и Югославии в освобождении от гитлеровских оккупантов и выйти непосредственно к границам рейха с юга. Решение этих задач возлагалось на войска 1, 2, 3 и 4-го Украинских фронтов. В операциях участвовали также чехословацкие, румынские, болгарские войска, находившиеся в оперативном подчинении советского командования, и Народно-освободительная армия Югославии. Сухопутные войска поддерживались 2, 8, 5 и 17-й воздушными армиями, им оказывала содействие Дунайская военная флотилия.
Советским войскам предстояло взломать сильно укрепленную оборону немецко-фашистских войск, преодолеть труднопроходимые горные перевалы, форсировать многочисленные реки. Это требовало от них новых огромных усилий, незаурядного воинского мастерства, настойчивости и упорства в выполнении боевых задач.
Борьба за освобождение Чехословакии началась Восточно-Карпатской операцией, предпринятой советскими войсками в сентябре 1944 г. с целью оказания непосредственной помощи словацким повстанцам.
В Словакии к середине 1944 г. сложилась революционная ситуация. На этот процесс решающее влияние оказывали выдающиеся победы Советских Вооруженных Сил над гитлеровскими захватчиками, В отдаленном грохоте канонады, нараставшем с востока, словацкий народ чувствовал приближение долгожданного часа освобождения от гнета гитлеризма и внутренней реакции. Под руководством коммунистической партии он стремился объединить свою освободительную борьбу с усилиями Советской Армии, которая вплотную подошла к границам Чехословакии.
Трудящиеся Словакии все более активно выступали против национального и социального угнетения. Выход к границам Чехословакии советских войск, плечом к плечу с которыми сражался 1-й чехословацкий армейский корпус (ЧАК), сформированный в СССР, вызвал в стране мощный подъем национально-освободительной борьбы, В это время наиболее четко проявились два основных направления освободительного движения. Одно из них отражало чаяния народных масс, возглавлявшихся коммунистической партией и настойчиво выступавших за расширение всенародной вооруженной борьбы и подготовку общенационального восстания против засилья гитлеровцев и господства словацкого клерикального фашизма. Другое направление определялось политическими целями лидеров буржуазных групп, проводивших политику лондонского эмигрантского правительства и президента Э. Бенеша. Они стремились ограничить освободительную борьбу лишь военным переворотом, который поставил бы у власти представителей либеральной буржуазии. От того, какое из этих направлений возьмет верх, зависели не только масштабы и характер движения Сопротивления, но и послевоенное развитие страны.
Словацкие трудящиеся были полны решимости свергнуть клерикально-фашистский режим Тисо. Компартия Словакии, являясь составной частью Коммунистической партии Чехословакии, сумела активизировать деятельность местных национальных комитетов, которые фактически выполняли функции подпольных органов народной власти.
Важным свидетельством нараставшего кризиса режима Тисо было изменение настроений в словацкой армии. Многие солдаты не только отказывались воевать против партизан, но и целыми подразделениями переходили на их сторону. По определению Г. Гусака, словацкая армия из орудия фашистского режима стала постепенно превращаться в орудие национально-освободительной борьбы. Созданный эмигрантским правительством военный центр по подготовке восстания возглавил начальник находившегося в городе Банска-Бистрица штаба командования войск тыла подполковник Я. Голиан.
Однако острая нехватка опытных партизанских руководителей и оружия сдерживала развертывание массовой вооруженной борьбы. Заграничное руководство Компартии Чехословакии, находившееся в Москве, обратилось к Центральному Комитету ВКП(б) за помощью. 17 июня 1944 г. Политбюро ЦК Компартии Украины по указанию ЦК ВКП(б) приняло постановление «Об оказании помощи чехословацкой компартии в организации партизанского движения на территории Чехословакии». В соответствии с этим решением Украинский штаб партизанского движения (УШПД) получил указание сформировать и направить на территорию Закарпатской Украины и Словакии организаторские партизанские группы. Заграничное руководство Компартии Чехословакии получило возможность иметь при УШПД своего представителя, а в спецшколе УШПД началось обучение чехословацких партизан.
Летом 1944 г. были сформированы из чехов и словаков и переброшены в Словакию первые организаторские группы во главе с такими опытными партизанскими руководителями, как П. А. Величко, А. С. Егоров, Е. П. Волянский и другие.
В течение августа 1944 г. из числа специально обученных солдат и офицеров чехословацкого корпуса и советских партизан было создано и переброшено на чехословацкую территорию еще 20 таких групп общей численностью 300 человек.
Летом с территории Польши и Закарпатской Украины в Чехословакию перешел ряд партизанских отрядов и соединений. Они быстро пополнились местными патриотами и приступили к активным действиям. С середины июля по конец августа в одной лишь Восточной Словакии партизаны провели около 60 боевых акций. Партизанские отряды в Словакии обычно имели многонациональный состав. В их рядах сражались не только словаки и чехи, но и русские, французы, поляки, болгары, сербы, представители других народов.
Пытаясь предотвратить нараставший взрыв народного возмущения и подавить партизанское движение, тисовское правительство 12 августа объявило Словакию на военном положении. Однако это не помогло клерикально-фашистским правителям» Словацкие патриоты активно готовились к решительной схватке.
Военный центр при Словацком национальном совете (СНС), в который входили антифашистски настроенные армейские офицеры, представил президенту Бенешу план военного переворота. План этот вызвал принципиальные замечания компартии, так как предусматривал участие в выступлении против существующего режима лишь армейских частей, которые затем также одни, без народа, должны были совместно с наступающими советскими войсками завершить освобождение Словакии. Поэтому представители компартии в СНС добились внесения в план существенных изменений и дополнений, в первую очередь положений о развертывании вооруженного восстания, вовлечении в него народных масс, и прежде всего партизан, о тесной координации действий организаторов восстания с замыслами и планами советского Верховного Главнокомандования.
По решению СНС в начале августа в Москву прибыли один из руководителей СНС, член подпольного руководства КПС К. Шмидке и член СНС подполковник М. Ферьенчик. К. Готвальд и другие члены Заграничного руководства КПЧ одобрили деятельность представителей компартии в СНС и разработанный с учетом их предложений план вооруженного восстания. В директиве Заграничного руководства КПЧ от 23 августа подчеркивалось, что восстание целесообразно начать тогда, когда Советская Армия вступит на территорию Словакии, или же после того, как гитлеровцы предпримут открытую оккупацию страны.
В это время освободительная борьба в Словакии приобрела большой размах. К середине августа партизаны уже контролировали целые районы на обширной территории: между Западными Карпатами — на севере и Закарпатской Украиной — на востоке, границей с Венгрией — на юге и рекой Нитра — на западе. Лишь за одну декаду — с 20 по 29 августа — они провели в Центральной Словакии больше боев, чем за весь предшествующий период национально-освободительной борьбы. Несмотря на исключительные трудности, усилилось их взаимодействие с патриотами, действовавшими на оккупированных чешских землях.
Во многих городах, в том числе Мартине, Брезно, Зволене, партизаны при поддержке рабочих и перешедших на их сторону солдат разоружали мелкие гарнизоны тисовских войск и жандармерию, уничтожали гестаповских агентов. В населенных пунктах устанавливалась власть национальных комитетов СНС. Местные партийные организации и национальные комитеты, получая конкретные указания от членов руководства КПС и президиума СНС, действовали в те дни исключительно активно, вели большую работу по усилению всенародной борьбы.
Обстановка в Словакии накалялась. Теряя с каждым днем влияние в армии и не имея достаточных сил для подавления народной борьбы, Тисо дважды (23 и 25 августа) настоятельно обращался к руководству фашистской Германии с предложением ввести в Словакию войска, хотя оно и без того давно решило оккупировать ее в подходящий момент. Между тем в это время по всему советско-германскому фронту развернулось успешное наступление Советской Армии, положившее начало освобождению стран Центральной и Юго-Восточной Европы; продолжалось восстание в Варшаве; был свергнут режим Антонеску в Румынии; союзные войска, открыв второй фронт в Европе, продвигались по Франции, перед французскими патриотами капитулировал гитлеровский гарнизон Парижа. В этой крайне неблагоприятной для Германии политической и военно-стратегической обстановке Гитлеру было важно во что бы то ни стало предотвратить народный взрыв в самом центре Европы — в Чехословакии. 29 августа министр обороны Словакии в своем выступлении по радио заявил, что для наведения «порядка» в стране правительство пригласило немецкие войска. В тот же день со всех сторон в Словакию вторглись гитлеровские каратели. Это вызвало возмущение словацкого народа и значительно ускорило начало восстания.
29 августа словацкие солдаты и партизаны оказали вооруженное сопротивление немецко-фашистским войскам, наступавшим на город Жилина. Словацкое национальное восстание приобретало всенародный характер.
Для того чтобы направить разрозненные выступления в единое русло, в Банска-Бистрице сосредоточились руководящие органы восстания — ЦК Компартии Словакии, Словацкий национальный совет и вновь созданный Военный совет. Для отпора оккупантам к границе выступили советские и словацкие партизаны и перешедшие на сторону восставших словацкие войска. В первых же боях они проявили упорство и волю к победе. Партизанские отряды и восставшие части словацкой армии заняли важный аэродром «Три Дуба», расположенный в районе города Зволен.
Военный совет в соответствии с предварительной договоренностью с советским командованием поставил перед восточнословацким корпусом задачу нанести по немецким войскам удар с тыла, захватить и удерживать Лупковский и Дуклинский перевалы через Карпаты, чтобы облегчить выход советских войск в Словакию. Однако в результате предательства командира корпуса генерала А. Малара и безответственного поведения его заместителя полковника В. Тальского, назначенного командующим повстанческими войсками в Восточной Словакии, гитлеровцы с 31 августа по 4 сентября разоружили войска корпуса. Лишь немногие его подразделения, сохранив оружие, смогли соединиться с партизанами. Таким образом, в самом начале выступления повстанцы лишились вооруженной силы, на которую они серьезно рассчитывали.
Тем не менее восстание охватило почти всю Центральную и часть Восточной Словакии. Освобожденную территорию составляли более 30 административных районов общей площадью свыше 20 тыс. кв. км с населением 1,7 млн. человек. С 1 сентября верховную власть здесь взял на себя Словацкий национальный совет. Председателями Президиума Совета стали К. Шмидке (от КПС) и В. Шробар (от групп буржуазных деятелей). Видную роль в нем играл член Президиума СНС Г. Гусак.
Словацкий национальный совет стал органом, направлявшим дальнейшее развитие революционного процесса в Словакии. В декларации от 1 сентября СНС определил цели восстания и принципы строительства народно-демократического государства. Он высказался за восстановление единого чехословацкого государства, в котором гарантировалось бы полное равноправие двух братских народов — чехов и словаков. За время своего существования СНС принял ряд других важных декретов. В некоторых из них получили отражение коренные экономические и социальные проблемы.
Самой влиятельной, руководящей политической силой в освобожденной части Словакии стала коммунистическая партия. Она выросла численно, особенно за счет молодежи. Регулярно выходила газета «Правда» — центральный орган КПС. В своем первом после легализации документе — в обращении «К рабочим, крестьянам и трудовой интеллигенции», опубликованном 2 сентября, компартия призывала трудящихся сплотиться для закрепления и углубления победы. Тогда же советское командование приняло решение о дополнительном выделении для повстанцев вооружения и боеприпасов.
КПС настойчиво добивалась укрепления единства рабочего класса и его партий. По ее инициативе 17 сентября в Банска-Бистрице состоялся объединительный съезд коммунистической и социал-демократической партий, на котором они слились в Коммунистическую партию Словакии, основанную на принципах марксизма-ленинизма. Это сыграло важную роль в консолидации сил трудящихся. 15 октября в промышленном центре Словакии Подбрезовой была проведена профсоюзная конференция.
Подпольное руководство КПС поддерживало связь с Заграничным руководством КПЧ, Важное значение для дальнейшей активизации деятельности партии и повышения ее роли в руководстве восстанием имело прибытие из Москвы в Словакию в конце сентября представителей Заграничного руководства КПЧ Я. Швермы и М. Чулена. В этот период Бенеш и эмигрантское правительство все более настойчиво добивались ограничения деятельности СНС, усиления влияния на массы буржуазных партий и восстановления довоенного режима. С этой целью в Банска-Бистрицу прилетели генерал Р. Виест, назначенный вместо Я. Голиана командующим вооруженными силами восстания, министр Ф. Немец, ряд депутатов государственного совета и другие политические деятели домюнхенской Чехословакии. Под предлогом установления контакта с повстанцами и оказания им помощи 17 сентября в Словакию прибыли британская и американская военные миссии.
В этих условиях одной из самых сложных проблем, которыми приходилось заниматься руководству СНС, была организация вооруженной защиты достигнутых завоеваний и создание подлинно народной армии. Задача осложнялась не только тем, что ее приходилось решать, находясь в плотном кольце гитлеровских войск, но и саботажем буржуазных деятелей, которые придерживались своей старой концепции верхушечного переворота без привлечения широких народных масс.
В ходе восстания сложилось следующее соотношение сил. В конце августа из распавшейся тисовской 42-тысячной армии тыла на сторону восставших сразу же перешло 18 тыс. солдат и офицеров. Проведенная в начале сентября мобилизация и поступившая из СССР материальная помощь позволили увеличить личный состав повстанческой армии до 47 тыс. человек. На ее вооружении было 40 тыс. винтовок, 1500 легких и 200 тяжелых пулеметов, 200 автоматов, 160 орудий и минометов, 12 танков, 20 самолетов. Партизанские отряды в Словакии насчитывали 17 тыс. человек. Гитлеровцы имели до 30 тыс. солдат и офицеров. Во второй половине сентября немецко-фашистское командование перебросило сюда танки, самолеты и отозванные с фронта воинские части.
Таким образом, по численности силы повстанцев заметно превосходили противника. Однако значительная часть солдат и офицеров повстанческой армии находилась в тылу в различных учебных и обслуживающих подразделениях. Созданный 12 сентября Совет обороны Словакии во главе с Я. Голианом, а позже — с Виестом не обеспечивал квалифицированного руководства боевыми действиями повстанческих войск, недостаточно координировал их с планами и замыслами Главного штаба партизанского движения, который возглавлял Ко Шмидке.
Когда началось восстание, представитель министерства иностранных дел Германии хвастливо заявлял, что «беспорядки» в Словакии удастся ликвидировать путем «обычной полицейской акции». Вскоре же немецко-фашистское командование вынуждено было бросить против восставших значительные силы, которые к середине сентября активизировали свои действия. Несмотря на героическое сопротивление советских и чехословацких партизан и воинов повстанческой словацкой армии, немецко-фашистским частям удалось захватить большую часть освобожденной территории. К концу сентября под властью СНС оставалась территория, равная 5,5 тыс. кв. км. Однако дальше продвинуться гитлеровцы не смогли. На фронте повстанческой армии наступило затишье, длившееся почти месяц. Стороны подтягивали свежие силы и готовились к новым боям.
Советский Союз всесторонне поддерживал словацкий народ в его героической борьбе. В ночь на 5 сентября, после обращения К. Готвальда и посланника Чехословацкой республики в СССР З. Фирлингера к Советскому правительству с просьбой оказать словацкому восстанию немедленную военную помощь, на аэродроме «Три Дуба» приземлились первые самолеты с оружием и боеприпасами. В последующем почти каждую ночь сюда прибывали десятки советских самолетов. За время восстания только с центральной базы Народного комиссариата обороны летчики доставили в Словакию 2050 винтовок, 1702 автомата, 461 пулемет, более сотни противотанковых ружей и другое вооружение. Из Словакии самолеты вывозили тяжелораненых повстанцев в госпитали Советской Армии.
17 сентября на освобожденную территорию Словакии перебазировался 1-й чехословацкий отдельный истребительный авиационный полк в составе 20 самолетов Ла-5, сформированный и обученный в СССР. Уже на следующий день летчики полка атаковали аэродром противника в Пьештянах и нанесли ему ощутимый урон. Вскоре была начата переброска в Словакию 2-й чехословацкой воздушно-десантной бригады, сформированной на территории Советского Союза.
В сентябре по просьбе Заграничного руководства КПЧ и лично К. Готвальда советское командование направило в Словакию новую группу опытных партизанских командиров во главе с полковником А. Н. Асмоловым, которого СНС вскоре назначил начальником Главного штаба партизанского движения. Благодаря помощи советских офицеров улучшалась работа штабов, боевая и политическая подготовка личного состава частей, совершенствовалось взаимодействие повстанческой армии и партизан.
В ходе вооруженного восстания советское командование продолжало усиливать помощь в организации партизанской борьбы. К 26 сентября сюда дополнительно прибыло на самолетах 15 отрядов общей численностью :215 человек и более 30 тонн грузов. Кроме того, для усиления руководства партизанским движением в Словакию было направлено 12 офицеров УШПД.
Партизанская борьба усилилась и в «протекторате Чехии и Моравии». К этому времени в Чехословакии действовали 21 партизанская бригада и 13 отдельных отрядов.
Когда в центре Словакии развертывалось вооруженное восстание, советские войска вели напряженные наступательные бои на прилегавшем к Чехословакии участке фронта. Они продолжались два с половиной месяца и отвлекали на себя значительные силы противника. «Без всесторонней помощи Советского Союза — помощи военной, материальной, политической и моральной, — подчеркивает Г. Гусак, — восставший народ Словакии не мог бы в течение двух месяцев вести тяжелую открытую борьбу против превосходящих сил гитлеровских дивизий». Но изменить все ухудшавшуюся обстановку в районе восстания тогда не удалось.
После того как 19 октября был отвергнут ультиматум гитлеровцев «о прекращении сопротивления, немецкие войска предприняли наступление с нескольких направлений. Повстанцы, с трудом сдерживая их натиск, вынуждены были отходить. 24 октября пали города Брезно, Зволен, а 27 октября фашисты вступили в центр восстания — Банска-Бистрицу. Однако потеря освобожденной территории не означала капитуляции патриотов и прекращения вооруженной борьбы против немецко-фашистских захватчиков и режима Тисо. Основные повстанческие силы под прикрытием специальных частей армии и партизан бригады Егорова отошли в горы. Остальные партизанские бригады ушли на оккупированную территорию для действий в тылу врага. Многие солдаты разошлись по домам и там были взяты в плен фашистскими карателями.
Компартия Словакии, национальные комитеты и СНС ушли в подполье, чтобы в новой обстановке при братской помощи СССР продолжать борьбу за свободу чехословацкого народа. Часть членов руководства КПС и СНС была переправлена самолетами на освобожденную территорию Закарпатской Украины, другие ушли в горы, чтобы возглавить борьбу в тылу врага. 10 ноября во время одного из переходов в горах погиб национальный герой Чехословакии, видный деятель компартии Я. Шверма.
Подавив восстание, гитлеровцы и их пособники залили Словакию кровью. Они распространили на словацкую территорию оккупационный режим, ранее введенный в созданном ими «протекторате Чехии и Моравии». Гитлеровцы казнили многие сотни повстанцев, около 30 тыс. человек заточили в концлагеря. Но борьба против фашистов продолжалась. Отошедшие в горы советские партизаны и словацкие патриоты вели бои с фашистскими карателями, оказывали посильную помощь войскам Советской Армии, вступившим в Словакию.
Неудача Словацкого национального восстания объясняется рядом причин, и прежде всего тем, что немецко-фашистское командование бросило на его подавление крупные силы. Повстанцам не удалось мобилизовать все население на борьбу с врагом. Они недостаточно твердо наводили на освобожденной территории революционный порядок. В начале восстания не была налажена эффективная координация действий между СНС и советским командованием. В ходе боев так и не было установлено централизованного руководства всеми вооруженными силами восставших. Командный состав повстанческой армии не обладал достаточным боевым опытом. Словацкие коммунисты не уделяли должного внимания работе в армии, на что указывал Г. Гусак в докладе, направленном К. Готвальду в феврале 1945 г.. Перевоспитание военнослужащих, особенно офицеров, которые еще совсем недавно были союзниками вермахта, шло крайне медленно. Военные руководители повстанцев в начале восстания придерживались оборонительной стратегии (в треугольнике Зволен, Банска-Бистрица, Брезно) и не стремились максимально расширить освобожденную территорию. Повстанческая армия не смогла захватить перевалы через Карпаты и обеспечить проходы через них для советских войск, которые взламывали глубокую вражескую оборону.
Одной из важных причин неудачи восставших явились позиция и действия лондонского эмигрантского правительства и президента Бенеша, которые сначала тормозили подготовку восстания, а затем, вмешиваясь в руководство им, стремились помешать превращению его во всенародное выступление для решения не только национальных, но и социальных задач.
Несмотря на неудачу, восстание занимает выдающееся место в истории словацкого и чешского народов. Оно явилось началом национальной и демократической революции. Восставший народ показал, что он отвергает домюнхенский буржуазный государственный строй, и продемонстрировал решимость навсегда соединить свою судьбу с братским чешским народом в едином чехословацком государстве, созданном на принципах равноправия наций и ориентирующемся на братскую дружбу с Советским Союзом.
По своему характеру восстание явилось общенародным вооруженным выступлением с целью изгнания немецко-фашистских оккупантов, свержения клерикально-фашистского режима, установления власти трудящихся. Его движущей силой были рабочие, крестьяне и солдаты. Их поддерживали некоторые круги национальной буржуазии, недовольные засильем немецких монополий.
Словацкое восстание носило глубоко интернациональный характер. Это выразилось в ориентации словацких патриотов на дальнейшее укрепление дружбы с СССР и в участии в нем представителей более чем 20 национальностей. В рядах словацких повстанцев против общего врага сражались 2 тыс. чехов. Совместно пролитая кровь в борьбе с гитлеровцами еще более укрепила дружбу двух братских народов Чехословакии.
Наиболее влиятельной и боевой политической силой, которая с самого начала восстания последовательно и твердо руководила словацкими патриотами в их борьбе за свободу и независимость родины, являлась Коммунистическая партия Словакии — боевой отряд Компартии Чехословакии. Всестороннюю помощь в подготовке и в ходе восстания оказывали повстанцам Заграничное руководство КПЧ и лично К. Готвальд. «Для судеб народов Чехословакии Словацкое национальное восстание имело историческое значение, — подчеркивалось в приветствии руководителей КПСС и Советского правительства Центральному Комитету КПЧ, правительству ЧССР и братскому чехословацкому народу в августе 1974 г. — Выступив с оружием в руках против гитлеровских оккупантов и их прислужников, восставший народ поднял знамя борьбы за единую, подлинно демократическую Чехословацкую республику. На освобожденной территории возникли органы народной власти, ставшие прообразом народно-демократического строя послевоенной Чехословакии».
В национально-освободительной борьбе, особенно в вооруженном восстании, окрепла руководящая роль рабочего класса во главе с коммунистической партией.
Восстание имело также важное военное значение. Оно привело к развалу клерикально-фашистской словацкой армии. Мужественные словацкие патриоты совместно с советскими партизанами длительное время сражались против значительных вражеских сил и вывели на два месяца из строя более 6,5 тыс. км важных для гитлеровцев коммуникаций. Они также сорвали планы оккупантов превратить Словакию в бастион своей обороны и тем самым оказали содействие советским войскам.
В ходе восстания были нарушены коммуникации противника, сковано в Словакии восемь его дивизий. Оккупанты, по неполным данным, потеряли 10350человек убитыми, 100 орудий и минометов, 55 самолетов, 2 бронепоезда, 30 броневиков и 1000 автомашин.
Вступление советских войск на чехословацкую территорию и развертывание партизанской борьбы в Словакии нашли горячий отклик и среди патриотов в чешских областях. Наиболее активной политической силой в чешском движении Сопротивления осенью 1944 г. по-прежнему были подпольные организации Коммунистической партии Чехословакии. Разгром гестаповцами третьего нелегального руководства партии значительно осложнил антифашистскую деятельность партийных организаций. Она снова оживилась после того, как в декабре 1944 г. было создано четвертое центральное руководство КПЧ. Движению Сопротивления удалось выстоять под ударами оккупантов и снова консолидировать свои ряды.
В районах, где активно действовали партизаны, участились диверсионные акты на коммуникациях и вооруженные столкновения с гитлеровцами, издавались антифашистские листовки, ширился саботаж на предприятиях. Ведущее место среди групп Сопротивления в чешских областях занимала группа «Авангард», состоявшая в основном из молодежи.
С осени 1944 г. у советского командования появилась возможность усилить помощь и партизанам в чешских землях. Сюда было выброшено несколько десантных групп чешских и советских партизан, возглавляемых М. Я. Савельевым, П. В. Федоровым, И. А. Лабунским и другими. Первым крупным соединением партизан, проникшим в конце сентября из Словакии в Моравию, была бригада под командованием Я. Ушьяка.
Организации КПЧ в Чехии и Моравии усилили работу по созданию новых подпольных национальных комитетов и готовили почву для образования центрального органа чешского движения Сопротивления — Чешского национального совета.
Активизация антифашистской борьбы на всей территории Чехословакии и наступательные операции Советских Вооруженных Сил приближали долгожданный день освобождения народов этой страны от немецко-фашистского ига.

Восточно-Карпатская операция. Начало освобождения Чехословакии


Задача освобождения Чехословакии была поставлена непосредственно перед войсками 1,4 и 2-го Украинских фронтов. В связи с успешным продвижением войск 2-то Украинского фронта в тыл карпатской группировки противника возникла возможность начать освобождение Словакии без преодоления Восточных Карпат и удара по вражеским войскам с востока. Поэтому 26 августа Ставка Верховного Главнокомандования дала указание 4-му Украинскому фронту ранее намеченную операцию отложить и перейти к жесткой обороне. Однако обстановка вскоре снова резко изменилась: в Словакии началось вооруженное восстание. 31 августа посланник Чехословакии в СССР 3. Фирлингер и начальник чехословацкой военной миссии в СССР генерал Г. Пика обратились к Советскому правительству с просьбой оказать срочную военную помощь словацкому народу.
2 сентября командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза И. С. Конев направил письменное донесение Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину о перелете 30 августа на советскую сторону группы словацких самолетов. Среди прилетевших офицеров был заместитель командира восточнословацкого корпуса полковник В. Тальский. Ознакомив командование фронта с положением в Словакии, он заявил, что в случае наступления советских войск в западном направлении 1-я и 2-я словацкие дивизии, расположенные на чехословацко-польской границе, могли бы наступать на Кросно, навстречу им.
Ставка Верховного Главнокомандования понимала, что операция по форсированию Карпат с востока с военной точки зрения сопряжена со многими дополнительными трудностями. Однако чувство искренней дружбы и желание помочь чехословацкому народу, ставшему жертвой немецко-фашистской агрессии, продиктовали решение о нанесении удара в Карпатах вопреки его оперативной нецелесообразности. Получив донесение командующего 1-м Украинским фронтом о перелете словацких самолетов, Верховный Главнокомандующий приказал фронту подготовить и предпринять наступление из района Кросно, Санок в общем направлении на Прешов, выйти на границу Словакии и соединиться со словацкими войсками. Одновременно 4-й Украинский фронт получил приказ нанести по противнику удар правым крылом из района Санок в направлении Команьча с целью выйти на границу Словакии и также соединиться с повстанцами, вступившими в бои с немецко-фашистскими захватчиками. Для того чтобы помочь 4-му Украинскому фронту перейти Карпаты и овладеть районом Ужгород, Чоп, Мукачево, Ставка Верховного Главнокомандования 5 сентября 1944 г. дала указание 2-му Украинскому фронту нанести удар с юга через Брашов и Сибиу в направлении на Клуж.
Войска 1-го и 2-го Украинских фронтов в течение лета вели тяжелые бои, понесли потери и нуждались в отдыхе и пополнении. Но обстановка требовала немедленных действий. Поэтому командующий 1-м Украинским фронтом уже 4 сентября отдал оперативную директиву на проведение операции. В соответствии с его решением 38-я армия под командованием генерала К. С. Москаленко, усиленная 25-м танковым, 1-м гвардейским кавалерийским и 1-м чехословацким армейским корпусами, а также артиллерийскими и инженерными частями и соединениями, должна была нанести удар из района Кросно, прорвать оборону противника на 8-километровом участке и уничтожить противостоящие его части. Затем ей предстояло, развивая наступление в общем направлении на Прешов, выйти на территорию Словакии и соединиться с повстанцами.
Главный удар армия наносила вдоль шоссе, идущего от Кросно через Дуклю к Дуклинскому перевалу. Это был кратчайший путь в Словакию. Наступление здесь обеспечивало овладение важными коммуникациями и позволяло выходом войск на южные склоны Карпат перерезать основные пути 1-й немецкой танковой армии, связывавшие ее с главными силами группы армий «Северная Украина».
Вся операция планировалась на глубину 90–95 км и продолжительностью на пять суток. Это определялось стремлением советского командования как можно быстрее помочь повстанцам, поднявшимся на вооруженную борьбу с врагом. При планировании операции учитывалось, что на третий день навстречу войскам 38-й армии из района Стропкова начнут наступление 1-я и 2-я дивизии восточнословацкого корпуса и партизанские отряды, которые должны были помочь советским войскам в преодолении горных перевалов.
Для поддержки войск на участке прорыва создавалась артиллерийская плотность, достигавшая 200 орудий и минометов на 1 км фронта. Артподготовка планировалась продолжительностью 2 часа 05 минут. При этом поддержка атаки предусматривалась одинарным огневым валом. На всю операцию выделялось 2,8 комплекта боеприпасов. С воздуха действия 38-й армии обеспечивались частью сил 2-й воздушной армии, которой командовал генерал С. А. Красовский. Для поддержания связи командующий 1-м Украинским фронтом 6 сентября направил в Словакию в штаб Я. Голиана группу офицеров.
По решению командующего 4-м Украинским фронтом генерала И. Е. Петрова 1-я гвардейская армия под командованием генерала А. А. Гречко, усиленная несколькими танковыми, артиллерийскими и инженерными соединениями и частями, прорывала оборону противника в районе Санок на фронте в 4 км, нанося удар в общем направлении на Команьча.
Плотность артиллерии на направлении главного удара, на стыке с участком прорыва 38-й армии, доводилась до 100 орудий и минометов на 1 км фронта прорыва. Для создания ударной группировки армия провела необходимую перегруппировку войск.
Наступать советским войскам предстояло в сложных условиях Карпат, через Восточные Бескиды — цепь гор, во многих местах покрытых лесами. Высота их достигает 700 м над уровнем моря. Наиболее доступным для продвижения войск был признан находящийся на высоте 502 м Дуклинский перевал, через который проходит шоссе Кросно — Прешов. Восточные Бескиды изобилуют реками, впадающими на севере в Вислу, а на юге в Дунай. Их русла пролегают в узких каменистых ущельях. Даже при незначительных осадках уровень воды в них быстро повышается. В период обильных дождей в осеннее время они превращаются в бурные потоки, становятся труднопреодолимыми. На северных склонах Карпат имелась лишь одна дорога.
Таким образом, перед войсками 1-го и 4-го Украинских фронтов стояла весьма трудная задача. Немецко-фашистское руководство стремилось любой ценой удержать Словакию, рассматривая ее как барьер на пути Советской Армии в промышленные районы Чехии, Моравии, Венгрии и Юго-Восточной Польши. Гитлеровское командование отчетливо представляло, что преодоление войсками 1-го Украинского фронта наиболее узкой части Главного Карпатского хребта привело бы к быстрому прорыву их в Чехословакию и на Венгерскую низменность и к соединению с армиями 2-го Украинского фронта, продвигавшимися из северной части Румынии к границе с Чехословакией. Кроме того, вступление советских войск через Словакию в Венгрию создавало прямую угрозу южным районам самой Германии. Поэтому гитлеровцы сосредоточили здесь крупную группировку войск и, используя систему параллельных хребтов Карпатских гор, построили на всех важнейших направлениях глубокую и сильную оборону. Основу ее составляли эшелонированные на глубину до 60 км укрепленные районы, прикрытые в промежутках инженерными сооружениями полевого типа.
Советское командование учитывало, что сложный характер местности и сильная оборона противника крайне затруднят действия войск, осуществление маневра силами и средствами. Поэтому при подготовке операции особое внимание обращалось на выбор направления главного удара, организацию взаимодействия, на артиллерийскую и авиационную поддержку и инженерное обеспечение.
Наступление войск 1-го и 4-го Украинских фронтов первоначально развертывалось на узком участке, затем ширина его полосы достигла нескольких сот километров. В результате Восточно-Карпатская операция приобрела большое стратегическое значение. Она включала две операции — Карпатско-Дуклинскую и Карпатско-Ужгородскую. Важнейшей ее частью была Карпатско-Дуклинская операция войск 38-й армии 1-го Украинского фронта и правого фланга 1-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта. Карпатско-Ужгородская проводилась войсками центра и левого крыла 4-го Украинского фронта.
В Восточно-Карпатской операции участвовали три общевойсковые армии и два отдельных стрелковых корпуса, один танковый и один кавалерийский корпуса со средствами усиления. В их составе насчитывалось 34 стрелковые дивизии. Численность каждой из них колебалась в пределах от 4,5 до 5 тыс. человек на 1-м Украинском фронте и от 4,5 до 6 тыс. человек — на 4-м Украинском фронте. Действия наземных войск с воздуха обеспечивались авиацией двух воздушных армий. Всего в войсках к началу операции было 246 тыс. человек, 5140 орудий и минометов, 322 танка и САУ и 1165 боевых самолетов.
Советским войскам противостояли 1-я немецкая танковая и 1-я венгерская армии. Они имели 19 дивизий, в каждой из которых было от 4 до 10 тыс. человек. В составе войск противника насчитывалось около 300 тыс. солдат и офицеров, 3250 орудий и минометов, 100 танков и штурмовых орудий и 450 боевых самолетов.
Советские войска превосходили противника в артиллерии в 1,5 раза в танках и САУ (штурмовых орудиях) в 3,2 раза, в авиации в 2,5 раза, а на стороне немецко-фашистских войск было превосходство в живой силе (1,2 : 1).
Перед операцией военные советы фронтов и армий добивались тщательной подготовки войск к действиям в горно-лесистых условиях как в оперативно-тактическом и материально-техническом, так и в морально-политическом отношении. В частности, Военный совет 4-го Украинского фронта в середине августа разработал «Организационные указания по подготовке войск к действиям в горах», затем издал «Инструкцию войскам, действующим в горно-лесистой местности» и специальную директиву о предстоящем наступлении в Карпатах.
Военный совет фронта уделял неослабное внимание вопросам политической бдительности и сохранения военной тайны как в период подготовки, так и в ходе операции. По этому вопросу 13 августа 1944 г. им было принято специальное постановление. В нем напоминалось воинам о сложной политической обстановке в западных областях Украины. Гитлеровские оккупанты, опираясь на националистические группы, выполнявшие роль фашистской агентуры, вели разнузданную антисоветскую пропаганду, пытались посеять рознь между украинцами и поляками. В постановлении отмечалось, что эти группы, затаившиеся в период стремительного наступления Советской Армии, наиболее активно действуют там, где советские воины проявляют беспечность. Военный совет наметил ряд радикальных мер по обезвреживанию националистической немецко-фашистской агентуры, по обеспечению безопасности тыла войск фронта. Командирам и политорганам было предложено активизировать разъяснительную работу среди личного состава, усилить охрану штабов, учреждений, мостов и других объектов, неукоснительно выполнять постановление Военного совета от 10 августа 1944 г. «О наведении воинского порядка в прифронтовой полосе», усилить помощь местным партийным и советским органам, разоблачать перед населением коварные попытки фашистских агентов поссорить украинский и польский народы.
Командиры, политорганы, партийные и комсомольские организации развернули большую работу по выполнению указаний Военного совета. Политотдел 1-й гвардейской армии 23 августа провел совещание начальников политорганов соединений и заместителей командиров отдельных частей по политической части. На нем рассматривались вопросы подготовки воинов к действиям в горных условиях, материально-технического обеспечения войск, партийно-политической работы, организации приведения к военной присяге личного состава прибывшего пополнения, деятельности и роста рядов первичных парторганизаций, политической работы среди местного населения. Во всех частях армии прошли собрания партийного актива, собрания первичных партийных и комсомольских организаций, на которых обсуждались задачи партийно-политической работы во время наступления в горных условиях.
Политотделы корпусов и дивизий провели семинары агитколлективов, на которых анализировались задачи политической работы в ходе боевых действий в горно-лесистой местности, изучались особенности военно-политической обстановки в западных областях Украины, в Чехословакии и Венгрии. В частях и соединениях по этим же вопросам проводились семинары агитаторов подразделений, доклады и беседы с личным составом. Командиры и политработники, участвовавшие в битве за Кавказ и боях в горных районах Крыма, делились боевым опытом и опытом партийно-политической работы в войсках при действиях в горах. Организовывались встречи молодых солдат с отличившимися в боях воинами.
Активная и разносторонняя партийно-политическая работа по подготовке войск к наступлению через Карпаты велась в 18-й армии, где политотдел возглавлял полковник Л. И. Брежнев. Политорганами армии были проведены семинары политработников, партийного и комсомольского актива, на которых обсуждались особенности боев в горно-лесистой местности и задачи политического и воинского воспитания личного состава в новых условиях. В августе во всех частях и подразделениях состоялись собрания коммунистов и комсомольцев с повесткой дня «Об особенностях боевых действий в горах и задачах партийной (комсомольской) организации» .
Значительной активностью отличалась партийно-политическая работа и в войсках 38-й армии. Политорганы, партийные и комсомольские организации здесь многое сделали, чтобы донести до сознания каждого воина значение предстоявшей операции и суть его непосредственной задачи. Они знакомили личный состав с обстановкой в Чехословакии, проводили беседы о великой освободительной миссии Советских Вооруженных Сил, рассказывали о том, что чехи и словаки, подпавшие под иго фашизма, с нетерпением ждут советских воинов, что вместе с советскими войсками в Карпатах будет наступать 1-й чехословацкий армейский корпус, который примет активное участие в освобождении своей родины.
Несмотря на то что времени до начала операции оставалось крайне мало, военные советы, командиры, политорганы и штабы сумели сделать многое по подготовке войск фронтов к наступлению в Восточных Карпатах.
Карпатско-Дуклинская операция началась утром 8 сентября. После артиллерийской подготовки и ударов авиации главные силы 38-й армии прорвали оборону противника на 12-километровом фронте и в течение дня продвинулись вперед в направлении Дуклинского перевала до 12 км. Однако с переброской немецко-фашистским командованием к району прорыва трех дивизий, в том числе двух танковых, и отдельных частей в последующие дни бои приобрели затяжной характер. Ввод в сражение 25-го танкового, 1-го гвардейского кавалерийского и 1-го чехословацкого армейского корпусов не изменил существенно положение. Тогда командующий фронтом решил 10 сентября сосредоточить в полосе наступления 38-й армии и 4-й гвардейский танковый корпус. Это обеспечило перелом в борьбе на главном направлении.
Вместе с советскими воинами мужественно сражались бойцы 1-го чехословацкого армейского корпуса, которым с 10 сентября командовал генерал Л. Свобода. Они особенно отличились при овладении мощным опорным пунктом противника на высоте 534, прикрывавшим шоссе к Дуклинскому перевалу. От исхода этого боя во многом зависел успех дальнейшего наступления. Действуя самоотверженно, чехословацкие воины преодолели упорное сопротивление гитлеровцев и в ночь на 11 сентября овладели высотой. В течение двух дней противник предпринимал яростные контратаки, стремясь вернуть этот опорный пункт, но бойцы чехословацкого корпуса совместно с воинами 25-го танкового корпуса, 11-й гвардейской истребительно-противотанковой артиллерийской бригады и 183-й стрелковой дивизии при поддержке летчиков 2-й воздушной армии отразили его натиск и продолжали продвижение к Дуклинскому перевалу.
Действуя в горных условиях, советские и чехословацкие воины проявляли массовый героизм. Однако наступление развивалось медленно. За семь дней войска 38-й армии прорвали лишь первую полосу обороны на узком участке. Но потом они, продвинувшись вперед, преодолели и вторую полосу.
Тяжелые бои вели и войска 1-й гвардейской армии, перешедшие в наступление 9 сентября. Противник, продолжавший наращивать свои силы, оказывал упорное сопротивление, используя выгодные для себя условия местности и заблаговременно подготовленные оборонительные рубежи. Каждую высоту, каждый населенный пункт приходилось брать в кровопролитных схватках. Но натиск советских войск все более нарастал. К исходу 13 сентября соединения 1-й гвардейской армии прорвали оборону противника на фронте до 30 км и продвинулись с боями до 15 км.
18 сентября 1-я гвардейская армия получила задачу нанести главный удар в направлении Радошице и к исходу 19 сентября выйти на польско-чехословацкую границу. Преодолевая яростное сопротивление гитлеровцев, ее войска упорно продвигались вперед. 20 сентября первыми на чехословацкую территорию в районе села Калинова вышли воины 242-й горнострелковой дивизии под командованием генерала В. Б. Лисинова и 129-й гвардейской стрелковой дивизии генерала Т. У. Гринченко.
Вступление советских войск в Чехословакию, знаменовавшее собой начало ее освобождения, имело огромное политическое значение: оно придало освободительной борьбе чехословацкого народа против фашизма еще более широкий размах.
День 20 сентября в освобожденных словацких населенных пунктах вылился в подлинный праздник советско-чехословацкой дружбы. Состоялись митинги, на которых воины и чехословацкие патриоты клялись самоотверженно бороться во имя полного освобождения народов Чехословакии и быстрейшего достижения победы над гитлеровскими захватчиками. Местное население выражало своим освободителям чувства признательности и братской дружбы. Советские воины помогали жителям сел и городов налаживать нормальную жизнь, выделяли им продовольствие и медикаменты. Трудящиеся Чехословакии участвовали в строительстве мостов и переправ, в ремонте дорог, окружали заботой больных и раненых воинов.
Гитлеровское командование, встревоженное выходом советских войск на территорию Чехословакии, спешно подтягивало свежие силы, стараясь удержать в своих руках перевалы и дороги. В полосе наступления 1-й гвардейской армии исключительное значение имел перевал Русский, к которому приближались ее соединения. Захват его обеспечивал более удобное и быстрое маневрирование войск по важной шоссейной дороге и увеличивал возможность выхода на фланги противника и на равнину.
Для удержания перевала гитлеровское командование подтянуло дополнительно две дивизии. Особенно ожесточенные бои за него развернулись в период с 26 по 30 сентября. Усиливалось сопротивление гитлеровцев, к тому же резко ухудшилась погода. Густые туманы по утрам и вечерам, сплошная низкая облачность, непрерывные дожди крайне затрудняли боевые действия войск, а также работу транспорта, подвоз боеприпасов, потребность в которых непрерывно возрастала.
Пытаясь остановить дальнейшее продвижение войск 1-й гвардейской армии, немецко-фашистское командование продолжало перебрасывать против нее части с других участков фронта, в том числе и с участка, где действовали войска 18-й армии. Подход новых сил врага вынудил гвардейцев в конце сентября временно приостановить наступление.
Командующий 18-й армией генерал Е. П. Журавлев, воспользовавшись ослаблением вражеской группировки в своей полосе, сосредоточил основные силы для нанесения мощного удара на правом фланге, примыкавшем к 1-й гвардейской армии, оставив на остальном фронте лишь две дивизии. Это позволило прорвать вражескую оборону.
В результате двадцатидневного наступления войска 4-го Украинского фронта и 38-й армии 1-го Украинского фронта, действуя в полосе 300 км, местами продвинулись вперед до 50 км, вышли к перевалам Карпатского хребта и на фронте свыше 100 км преодолели их.
Развивая наступление в Карпатах, советские войска громили вражеские опорные пункты обходом или охватом их с флангов, выходом в тылы. Фронтальные же атаки они применяли преимущественно для отвлечения внимания противника от направления своего главного удара и сковывания его основных сил.
Главное содержание партийно-политической работы, проводившейся в ходе наступательных боев, выражал нашедший горячий отклик в сердцах советских воинов лозунг «Вперед, на помощь нашим братьям-словакам!». Политорганы, партийные и комсомольские организации свои усилия направляли на обеспечение высокого наступательного порыва воинов, мобилизацию их на преодоление трудностей ведения боевых действий в условиях горно-лесистой местности, оказание помощи местному населению в ликвидации последствий фашистской оккупации. Они оперативно доводили до личного состава приказы Верховного Главнокомандующего и сводки Советского информбюро, разъясняли конкретные задачи частей и подразделений, воспитывали бойцов в духе дружбы к чехословацкому народу. Самые разнообразные формы и средства использовались для пропаганды опыта боев в Карпатах, популяризации отличившихся воинов. Коммунисты и комсомольцы личным примером героизма и упорства увлекали бойцов на успешное выполнение заданий командования.
Во второй половине сентября войска 38-й армии совместно с частями 1-го чехословацкого армейского корпуса, продолжая бои за Дуклинский перевал, настойчиво пробивались к границе. 20 сентября части 4-го гвардейского танкового корпуса, наступавшие с севера и северо-запада, овладели важным пунктом — местечком Дукля. 30 сентября после перегруппировки войск было предпринято наступление непосредственно на Дуклинский перевал. Войска 38-й и 1-й гвардейской армий двигались в обход дуклинской группировки противника. Нависшая угроза окружения ее вынудила немецко-фашистское командование начать в ночь на 6 октября отвод своих частей. Войска 38-й армии совместно с чехословацким корпусом немедленно приступили к преследованию врага. Сбивая вражеские арьергарды, воины чехословацкого корпуса при непосредственном содействии частей советских 67-го стрелкового и 31-го танкового корпусов 6 октября овладели Дуклинским перевалом. Чехословацкие воины вступили на родную землю, освободив село Вышни Комарник. Поэтому 6 октября ежегодно отмечается в Чехословакии как День ее Народной армии.
Подчеркивая огромное политическое значение успешного наступления советских и чехословацких воинов через Дуклинский перевал, К. Готвальд говорил: «На Дукле родился лозунг, прочно вошедший в чувства и сознание нашего народа: «С Советским Союзом на вечные времена! С Советским Союзом и никогда иначе!»
В день вступления чехословацких воинов на родную землю Л. Свобода, отвечая на вопросы корреспондента газеты «Красная звезда», подчеркнул большое значение братской дружбы между чехословацкими и советскими войсками. Он отметил, что чехословацкие воины в совместной борьбе не только опирались на бескорыстную помощь советских бойцов, но и брали с них пример в боях. «Мы видели, — говорил Л. Свобода, — как наши братья, воины Красной Армии, героически сражались в боях за Харьков, Киев, Белую Церковь, на реке Горный Тикич, на Чешской Волыни. Мы понимали, что они борются не только за свою родину, но и за все угнетенные народы Европы и за Чехословакию. Сейчас, когда советские воины, очистив от врага родную землю, проливают кровь на земле Чехословакии, наша любовь к ним стала еще сильнее. Советские воины сражаются за Чехословакию так, как сражались они за Москву, за Сталинград, за советские города и села. Мы никогда не забудем этого, и наш народ вечно будет признателен своим освободителям за бескорыстную братскую помощь. Будьте уверены, что наша дружба с вами будет вечной».
Советское командование принимало срочные меры по снабжению населения освобожденных районов Чехословакии продовольствием. Командиры и политработники большое внимание уделяли разъяснению местному населению освободительной миссии Советской Армии, ознакомлению его с жизнью страны социализма, с ее культурой и наукой. Многие офицеры выступали перед словаками с докладами и лекциями. Сближению советских воинов и словаков в значительной мере способствовали выступления коллективов солдатской художественной самодеятельности. По неполным данным, лишь за октябрь — ноябрь 1944 г. на 4-м Украинском фронте перед населением Словакии выступил о 89 таких коллективов, на концертах которых присутствовало 450 тыс. человек.
В ходе Карпатско-Ужгородской операции к 18 октября войска 1-й гвардейской и 18-й армий 4-го Украинского фронта преодолели Восточные Карпаты, освободив города Ясиня, Рахов и много других населенных пунктов Закарпатья. 17-й отдельный гвардейский стрелковый корпус в этот день взял Сигет на реке Тиса и вошел в соприкосновение с войсками 40-й армии 2-го Украинского фронта.
В связи с этими успехами Президиум Словацкого национального совета 21 октября направил командующему 4-м Украинским фронтом телеграмму, в которой говорилось: «По случаю перехода Карпатского хребта армиями 4-го Украинского фронта и их вступления на территорию Чехословацкой республики Президиум Словацкого национального совета шлет Вам и Вашим войскам пламенные приветы от имени Словацкого национального совета, от имени всего словацкого народа, от имени чехословацкой армии и партизан, воюющих в Словакии. Уверяем Вас, что в нашей справедливой войне против немецких агрессоров мы и в дальнейшем будем действовать с той же решимостью, как и до сих пор. С радостью ожидаем момента, когда сможем присоединиться к Вашим войскам в их походе против нашего общего врага. Да здравствуют армии 4-го Украинского фронта! Да здравствует Красная Армия! Да здравствует Советский Союз! Да здравствует свободная Чехословакия!»
Во второй половине октября 4-й Украинский фронт боевые действия вел уже на юго-западных и южных склонах Восточных Карпат. Тем временем войска правого крыла 2-го Украинского фронта с боями продвигались в район юго-западнее Ужгорода. Возникла реальная возможность окружения гитлеровцев, оборонявшихся перед центром и левым крылом 4-го Украинского фронта, и они начали отступать. Соединения 18-й армии и 17-го отдельного гвардейского стрелкового корпуса, настойчиво преследуя их, 26 октября освободили крупный промышленный центр Мукачево, а на следующий день — Ужгород.
К концу октября войска 18-й армии и 17-го отдельного гвардейского стрелкового корпуса на всем участке своего наступления вышли на Венгерскую низменность. В донесении Военному совету и политуправлению 4-го Украинского фронта об итогах боевых действий в Карпатах начальник политотдела 18-й армии полковник Л. И. Брежнев сообщал: «За сравнительно короткое время (вторая половина сентября — октябрь) наши войска успешно преодолели все трудности, вышвырнули противника с заранее приготовленных им оборонительных рубежей, нанесли ему огромный урон и... при решающем содействии войск 2-го Украинского фронта вырвались на Венгерскую равнину...
Карпатская операция явилась серьезным испытанием для всего личного состава армии, от солдата до генерала. Это испытание выдержано успешно».
Войска 4-го Украинского фронта, заняв приграничные словацкие районы, вступили в пределы Чехословакии. Их успешное продвижение вперед приближало освобождение всего чехословацкого народа.
28 октября 1944 г. войска 1-го и 4-го Украинских фронтов завершили Восточно-Карпатскую операцию. В ходе ее была полностью уничтожена одна дивизия противника, а пять дивизий потеряли от 50 до 75 процентов своего состава. Советские войска взяли в плен 31 360 вражеских солдат и офицеров, захватили 912 орудий и минометов, 40 танков и штурмовых орудий. Враг вынужден был дополнительно перебросить в Карпаты 15 дивизий, снятых с других участков фронта. Немецко-фашистские войска утратили важный стратегический рубеж — Восточные Карпаты.
Преодоление Восточных Карпат и прорыв на Венгерскую низменность открывали перед советскими войсками перспективу изгнания немецко-фашистских захватчиков из Чехословакии и выхода к южной границе Германии.
Нанеся поражение крупной группировке противника, войска 1-го и 4-го Украинских фронтов завершили изгнание врага из западных областей Украины, освободили Закарпатскую Украину и часть Восточной Словакии.
С освобождением Закарпатской Украины ее народ впервые за многовековую историю получил возможность самостоятельно решать свою судьбу. Состоявшийся 26 ноября 1944 г. в Мукачеве I съезд делегатов народных комитетов Закарпатской Украины принял исторический Манифест, выразивший волю трудящихся Закарпатской Украины воссоединиться с Советской Украиной. Навстречу этому желанию пошли Советский Союз и Чехословацкая республика. «Атмосфера Свободы пробудила к политической активности все население Закарпатской Украины, — отмечает в своих воспоминаниях Л. И. Брежнев. — Оно встречало нас, как братьев-освободителей. Повсюду создавались Народные комитеты, готовился их первый съезд. Присутствуя затем на съезде, я видел, с каким огромным энтузиазмом было принято историческое решение о воссоединении Закарпатья с родным народом».
В ходе операции советские войска с честью выполнили свой интернациональный долг, оказав помощь братскому словацкому народу в его тяжелой борьбе с гитлеровскими угнетателями и их местными приспешниками.
В результате Восточно-Карпатской операции еще более окрепли советско-чехословацкое братство по оружию и дружба между народами двух стран.
В этой операции нашло одно из своих ярких проявлений высокое военное искусство советского командования. Для нее были характерны прежде всего короткие сроки подготовки, умелое применение всех родов войск в условиях горно-лесистой местности и четкое взаимодействие 1-го и 4-го Украинских фронтов, наносивших удар по врагу в Карпатах с востока, с войсками 2-го Украинского фронта, наступавшими в обход Карпат с юго-запада. В этих боях советские соединения и части проявили способность к гибкому маневрированию и упорство в борьбе за достижение поставленных целей.
Преодолев Восточные Карпаты, советские и чехословацкие воины совершили выдающийся подвиг. В течение 50 дней им пришлось вести тяжелые бои в сложных горно-лесистых условиях. Каждый километр, отвоеванный у врага, стоил больших жертв. Советские войска в операции потеряли 21 тыс. человек убитыми и 89 тыс. — ранеными.
Родина высоко оценила действия советских воинов в Восточно-Карпатской операции. Москва трижды салютовала героям, вписавшим новые яркие страницы в историю Великой Отечественной войны. 59 частям и соединениям были присвоены почетные наименования Карпатских, Ужгородских, Мукачевских. 60 частей и соединений удостоились боевых орденов СССР, многие сотни советских и чехословацких воинов были награждены орденами и медалями.

Освободительная война народов Югославии. Белградская операция


Разгром Советскими Вооруженными Силами немецко-фашистской группы армий «Южная Украина» в Ясско-Кишиневской операции, освобождение Румынии и Болгарии, вступление советских войск в пределы Чехословакии, Венгрии и их выход на границу с Югославией коренным образом изменили обстановку на Балканах. В Румынии и Болгарии власть перешла в руки народа, и эти страны активно включились в вооруженную борьбу против гитлеровского рейха. Нависшая угроза над коммуникациями немецко-фашистских войск, действовавших в Югославии, Албании и Греции, вынудила командование вермахта отдать 26 августа 1944 г. приказ о подготовке отвода своих соединений из Греции на север.
В этой благоприятной обстановке народы Югославии все более активизировали освободительную борьбу. Они наносили чувствительные удары по гитлеровским захватчикам, силам внутренней реакции и освободили ряд районов страны. В огне ожесточенной борьбы росла и крепла Народно-освободительная армия Югославии (НОАЮ). К сентябрю 1944 г. она включала 15 корпусов (50 дивизий), две оперативные группы (каждая состояла из двух бригад), 16 отдельных пехотных бригад и 130 партизанских отрядов. В составе этих сил насчитывалось около 400 тыс. бойцов. Войска НОАЮ и партизанские отряды обладали богатым боевым опытом и высоким моральным духом.
Вооруженная борьба народов Югославии за национальное освобождение тесно переплеталась с классовой борьбой. Народные массы под руководством коммунистов на освобожденной территории страны осуществляли крупные политические и социальные преобразования. Новое государственное устройство основывалось на демократическом принципе равноправия всех народов.
Повсеместно создавались местные органы новой, народной власти — народно-освободительные комитеты.
Боевые успехи НОАЮ, создание центральных и местных органов народной власти, решительная поддержка усилий патриотических сил Югославии Советским Союзом вынудили Англию и США в конце 1943 г. признать национально-освободительное движение, возглавляемое КПЮ, решающей военной силой Югославии.
В ходе переговоров премьера эмигрантского королевского правительства Югославии И. Шубашича с Председателем Национального комитета освобождения Югославии (НКОЮ) И. Броз Тито 16 июня 1944 г. на острове Вис было подписано соглашение о том, что в состав эмигрантского правительства войдут лица, не запятнавшие себя деятельностью против народно-освободительного движения, и что это правительство направит свои главные усилия на организацию иностранной помощи НОАЮ и снабжение населения продовольствием.
Состоявшиеся в Неаполе с 12 по 15 августа переговоры между У. Черчиллем и И. Броз Тито привели к договоренности о помощи западных союзников в материально-техническом снабжении НОАЮ и передаче ей кораблей югославского королевского флота, о формировании югославских авиачастей и о взятии англичанами на излечение югославских раненых. Однако реакционные круги США и Англии всячески стремились ослабить авторитет НКОЮ и продолжали вести политику, направленную на ликвидацию народной власти в освобожденных районах и восстановление монархического режима в Югославии, на всемерную поддержку сил внутренней реакции. У. Черчилль во время встречи с И. Броз Тито настойчиво рекомендовал руководителям НКОЮ вступить в переговоры с королем Петром и генералом Михайловичем. Он добивался также содействия в высадке английских войск на полуострове Истрия, чтобы в последующем двинуть их в Венгрию и Австрию. Глава военной миссии США полковник Р. Макдауэл, прибыв в штаб Михайловича 28 августа 1944 г., откровенно заявил: «Германия проиграла войну. Ваша борьба с немцами нас не интересует. Ваша задача — удержаться в народе. Я прибыл, чтобы помочь вам в этом».
Генерал Михайлович пользовался вниманием правительства США и Англии, потому что в Сербии в то время группировались югославские реакционные силы, выступавшие за восстановление буржуазно-монархического строя в Югославии и ориентировавшиеся на западные страны. Но эти их усилия были обречены на провал. Югославские трудящиеся не только добивались полного изгнания из страны гитлеровских захватчиков, но и успешно вели борьбу против сил внутренней реакции, стремясь быстрее освободить Сербию.
Первоочередность освобождения Сербии определялась тем, что она представляла собой один из наиболее развитых в экономическом отношении краев Югославии. Кроме того, с развертыванием операций в Сербии борьба НОАЮ непосредственно смыкалась с боевыми действиями советских войск и создавался единый фронт двух братских армий, что подчеркивал И. Броз Тито в письме И. В. Сталину от 5 июля 1944 г. В письме говорилось, что из-за политики англичан «в отношении Сербии, где они всеми возможными способами пытаются укрепить позиции приверженцев короля, то есть четников, и ослабить наши позиции, мы не можем рассчитывать на некую эффективную помощь со стороны союзников... Нам нужна самая большая Ваша помощь». «Самая сильная поддержка во всех отношениях, — писал далее И. Броз Тито, — заключалась бы в том, чтобы Красная Армия продвинулась через Карпаты и Румынию в направлении юга».
И эта помощь вскоре пришла. Советские войска, освобождая территорию Румынии, стремительно продвигались к границе с Югославией. 6 сентября 1944 г. мотоциклетный полк 6-й танковой армии вышел на румыно-югославскую границу в районе Турну-Северина. Это было знаменательным событием для советского и югославского народов. В приказе Верховного главнокомандующего НОАЮ от 7 сентября отмечалось, что наступил наконец тот день, которого югославские воины ожидали в течение трех с половиной лет тяжелой борьбы; на границу Югославии вышли войска Советской Армии, чтобы помочь югославскому народу очистить его родину от ненавистных фашистских орд.
К концу сентября 1944 г. на участке от Дуная до Княжеваца на границу с Югославией вышли войска 57-й армии 3-го Украинского фронта. Южнее Княжеваца до границы с Грецией были развернуты войска 2, 1 и 4-й армий народной Болгарии в составе 11 дивизий и двух бригад.
Таким образом, к осени 1944 г. создались условия для нанесения объединенными усилиями советских и югославских войск решающего удара по врагу в Сербии, и прежде всего на белградском направлении.
Для того чтобы ускорить освобождение Сербии, в начале сентября по приказу Верховного главнокомандующего НОАЮ из Черногории и Боснии сюда прибыли семь дивизий НОАЮ. Это усилило действовавшую здесь группировку войск, но к полному изгнанию врага не привело: все важнейшие сербские города, а также железные и шоссейные дороги по-прежнему оставались в руках противника. Для быстрого и окончательного освобождения Сербии необходимо было провести крупную наступательную операцию на белградском направлении. И такое решение было принято.
В первых числах сентября маршал Тито через советскую военную миссию в Югославии передал Государственному Комитету Обороны СССР просьбу о вводе войск Красной Армий в Югославию. Эта просьба мотивировалась тем, что НОАЮ не имела тяжелого оружия и танков, чтобы разгромить немецкие войска или воспрепятствовать их отходу из Греции на север. Сообщая об этом, глава миссии генерал Н. В. Корнеев отмечал: «Маршал полагает, что совместные действия Красной Армии и НОАЮ, помимо большого военного эффекта, значительно укрепят национально-освободительное движение».
В двадцатых числах сентября 1944 г. в Москве состоялись переговоры И. Броз Тито с И. В. Сталиным, в ходе которых была достигнута договоренность о вступлении крупных соединений Советской Армии на территорию Восточной Сербии, чтобы совместно с войсками НОАЮ освободить восточные районы страны и Белград. Был решен также вопрос о расширении советской помощи в укреплении НОАЮ. При этом предусматривалось, что в районах расположения советских войск будет действовать гражданская администрация НКОЮ.
Достигнутое в Москве соглашение имело большое значение для международного признания новой Югославии и развертывания боевых действий по ее освобождению. Вскоре после войны И. Броз Тито, выступая на третьей сессии Антифашистского веча народного освобождения Югославии (АВНОЮ), по этому поводу говорил: «В сентябре 1944 года я выехал в Москву, чтобы попросить помощи в целях скорейшего изгнания оккупантов из нашей страны. Поскольку Красная Армия уже почти достигла границ нашей страны, необходимо было договориться о координации боевых действий...»
23 сентября в Главном штабе НОАЮ в Македонии состоялась встреча представителей командования югославской и болгарской армий, участники которой договорились о возможности совместных действий против гитлеровцев на территории Македонии.
План Белградской операции был разработан командованием 3-го Украинского фронта и 1 октября утвержден Ставкой советского Верховного Главнокомандования. Ставка приказала советским войскам начать операцию 13–14 октября 1944 г.. Цель Белградской операции состояла в том, чтобы совместными усилиями советских и югославских войск на белградском направлении, югославских и болгарских войск на нишском и скопьенском направлениях разгромить силы немецко-фашистской армейской группы «Сербия» и освободить все районы Сербии, включая Белград; выйти на коммуникации группы армий «Е» и не допустить отхода ее соединений с юга Балканского полуострова; образовать единый фронт советских и югославских войск и создать благоприятные условия для последующей борьбы НОАЮ за полное освобождение своей страны и для наступления войск 3-го Украинского фронта на будапештском направлении.
Для достижения этой цели намечалось нанесение комбинированного удара по врагу силами 3-го Украинского фронта и оперативно подчиненных ему болгарских войск, частью сил 2-го Украинского фронта и силами 1-й армейской группы, 13, 14, 15 и 16-го армейских корпусов НОАЮ. После преодоления сопротивления противника на югославско-болгарской границе, в Западной Сербии и центральной части Шумадии советские и югославские войска должны были развивать наступление в двух направлениях: в сторону Белграда с задачей разгромить основные силы армейской группы «Сербия», освободить восточные районы страны и Белград и на нишском и скопьенском направлениях для содействия войскам, наступавшим на Белград, и для отражения возможных ударов отходящих с юга Балканского полуострова войск группы армий «Е», которой командовал генерал А. Дер.
При проведении операции особое значение имело взаимодействие армий трех государств. Поэтому его четкой организации было уделено большое внимание.
Выполнение болгарскими войсками своих задач в операции было связано с действиями на югославской территории, для чего требовалось согласие НКОЮ и Верховного командования НОАЮ. Поэтому еще в двадцатых числах сентября маршал И. Броз Тито, находясь в Москве, встретился с Георгием Димитровым, который подробно рассказал о внешнеполитических целях правительства Отечественного фронта Болгарии, его мероприятиях по коренному преобразованию болгарской армии. Эта встреча сыграла большую роль в достижении тесного взаимодействия НОАЮ и болгарской армии.
Основные вопросы взаимодействия Советской Армии с НОАЮ в Белградской операции были окончательно решены 5 октября на встрече маршала Тито и генерала С. С. Бирюзова в Крайове.
Здесь же, в Крайове, состоялись югославско-болгарские переговоры, которые завершились подписанием коммюнике. В нем указывалось, что стороны достигли соглашения о военном сотрудничестве в борьбе против общего врага и что все вопросы, возникающие между Югославией и Болгарией, будут решаться в духе братства и общих интересов народов обеих
Перед началом операции советское командование пополнило части и соединения людьми, оружием, боевой техникой, боеприпасами, горючим, средствами связи и транспорта.
Партийно-политическая работа нацеливала личный состав на тщательную подготовку к выполнению боевых задач в сложных условиях горно-лесистой местности Югославии, где враг особенно упорно оборонял населенные пункты и узлы дорог. В устной пропаганде и в печати рассказывалось о чувстве дружбы и глубокого уважения советских людей к народам Югославии, о народно-освободительной борьбе, мужестве и героизме югославских патриотов, обращалось внимание на необходимость оказания всемерной помощи воинам НОАЮ и местному населению. Фронтовая и армейские газеты опубликовали историческую справку о Югославии вместе с географической картой этой страны и памятку советскому воину о Югославии.
В обстановке огромного морально-политического подъема личного состава, вызванного победами советских войск на всех фронтах и предстоящим наступлением, многие бойцы и командиры вступали в ряды ВКП(б). В сентябре и октябре партийные организации 3-го Украинского фронта приняли в партию 10 443 человека.
Советские войска своевременно завершили подготовку к операции, имели все необходимое для ее осуществления.
Готовились к предстоящим боям и немецко-фашистские войска. Гитлеровское командование поставило перед ними задачу упорно оборонять основные узлы своих коммуникаций, по которым отступали войска из Греции. Особое значение придавалось удержанию железной дороги Салоники — Белград. Для ее защиты гитлеровцы использовали все имевшиеся оперативные резервы. Из группы армий «Ф» (командующий генерал-фельдмаршал М. Вейхс), находившейся на территории Югославии, они выделили войска армейской группы «Сербия», включив в нее отдельные части пяти дивизий. Эта группа должна была прочно прикрывать восточную границу Югославии и надежно обеспечивать эвакуацию немецких войск с юга Балканского полуострова.
Основой обороны противника являлись сильные опорные пункты, созданные в городах и селах, на узлах дорог и в горных проходах.
Советские, югославские и болгарские войска, привлекавшиеся к участию в Белградской операции, насчитывали 660 тыс. человек, 4477 орудий и минометов, 421 танк и САУ, 1250 самолетов. Им противостояли силы противника, имевшие 150 тыс. солдат и офицеров, 2130 орудий и минометов, 125 танков и штурмовых орудий и 352 самолета. Советские, югославские и болгарские войска превосходили врага: по живой силе — в 4,4 раза, по артиллерии — в 2,1, по танкам и САУ (штурмовые орудия) — в 3,4 и по самолетам — в 3,6 раза.
Стремясь помешать сосредоточению советских войск для наступления, гитлеровцы 25 сентября в излучине Дуная, в районе Турну-Северина, нанесли сильный удар по соединениям 2-го Украинского фронта, потеснили их, вышли к Дунаю и создали серьезную угрозу 75-му стрелковому корпусу на задунайском плацдарме. Чтобы помочь соседу справа, командующий 3-м Украинским фронтом решил, не дожидаясь сосредоточения всех сил 57-й армии, 28 сентября нанести контрудар по противнику 68-м стрелковым корпусом и совместно с 75-м стрелковым корпусом 46-й армии 2-го Украинского фронта уничтожить его. В связи с этим Ставка передала 75-й стрелковый корпус в состав 57-й армии и приказала 3-му Украинскому фронту разгромить гитлеровские войска в районе Неготина и овладеть рубежом Дони-Милановац, Заечар.
28 сентября перешла в наступление 57-я армия, которой командовал генерал Н. А. Гаген. Это положило начало Белградской операции. Первым югославским населенным пунктом, освобожденным воинами 3-го Украинского фронта, было село Кобишница. Его жители радостно встретили воинов 113-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Л. Ш. Мухамедьяров. Освободив Кобишницу, советские части устремились к Неготину и к исходу 30 сентября во взаимодействии с подразделениями 23-й дивизии НОАЮ штурмом овладели им. Активное содействие 57-й армии оказал десант, высаженный 29 сентября Дунайской военной флотилией в Радуеваце.
Преодолевая упорное сопротивление гитлеровцев и отбивая их контратаки, советские соединения совместно с войсками НОАЮ к 9 октября овладели опорными пунктами Клокочевац, Штубик, Рготина, Заечар и центром золоторудной и медной промышленности Югославии — Бором. В районе Жабари советские части вышли в долину реки Морава. Преодолев Восточно-Сербские горы, они получили возможность наступать на Белград не только с северо-востока, но и с юга.
В течение 11–12 дней наступления в горных условиях советские войска продвинулись до 130 км. От их ударов армейская группа противника «Сербия» понесла большие потери. Левофланговый 10-й гвардейский стрелковый корпус 46-й армии во взаимодействии с частями НОАЮ на 40-километровом участке вышел к Дунаю северо-восточнее Белграда. Форсировав реку и захватив плацдарм в районе Велико-Село, он создал себе условия для наступления на Белград с северо-востока.
Выйдя на рубеж Клокочевац, Заечар, советские войска установили тактическое взаимодействие с дивизиями 14-го армейского корпуса НОАЮ, которым командовал подполковник Р. Йованович. Вместе с советскими войсками соединения корпуса должны были содействовать наступлению 1-й югославской армейской группы генерала П. Дапчевича, нацеленной на освобождение югославской столицы. В приказе Верховного главнокомандующего Народно-освободительной армией Югославии от 6 октября указывалось, что эта «группа в составе девяти дивизий должна принять участие в наступлении на Белград», согласовав свои действия с операциями советских войск.
В ходе наступления успешно решались вопросы взаимодействия советских войск с НОАЮ и БНА. При Верховном штабе НОАЮ с октября 1944 г. находился офицер связи оперативного управления штаба 3-го Украинского фронта, систематически информировавший маршала Тито об обстановке на фронте. Кроме того, для организации взаимодействия в штабы югославских соединений выезжал начальник штаба 57-й армии генерал П. М. Верхолович с группой офицеров. Взаимодействие с БНА осуществлялось через генерала С. С. Бирюзова.
Войска 2-й болгарской армии, действовавшие на левом крыле 3-го Украинского фронта, 8 октября предприняли наступление на нишском направлении, а соединения 1-й и 4-й болгарских армий с 16 октября наносили удар в направлении города Штип. На этих же направлениях действовали части НОАЮ.
Выход советских войск к реке Морава оказался неожиданным для немецко-фашистского командования, поэтому оно не успело выдвинуть сюда крупные силы. Воспользовавшись этим, 57-я армия 10 октября успешно форсировала реку и продолжила наступление. Чтобы повысить темпы продвижения на Белград с юга, командующий фронтом приказал сутра 11 октября развить достигнутый армией успех силами 4-го гвардейского механизированного корпуса генерала В. И. Жданова. В директиве штаба фронта особо подчеркивалось, что освобождение Белграда должно осуществляться совместно с войсками НОАЮ, как было согласовано с И. Броз Тито.
4-й гвардейский механизированный корпус в тесном взаимодействии с войсками 57-й армии и НОАЮ стремительно развивал наступление. 12 октября советские танкисты вместе с воинами 1-го Пролетарского корпуса НОАЮ при поддержке советской авиации овладели населенным пунктом Топола, прочно перехватили последнюю коммуникацию противника, ведущую к Белграду с юга. Здесь советские гвардейцы посадили на свои танки югославских бойцов и, не встречая серьезного противодействия, d4 октября достигли южной окраины столицы Югославии. Создалась реальная угроза окружения немецко-фашистских войск, действовавших юго-восточнее Белграда и стремившихся пробиться к нему, чтобы соединиться с белградским гарнизоном и усилить оборону города.
Советское командование, разгадав этот замысел противника, сорвало его. Не прекращая наступления на Белград с юга, 4-й гвардейский механизированный корпус нанес удар в юго-восточном направлении, пробиваясь навстречу правофланговым соединениям 57-й армии. К 17 октября юго-восточнее Белграда советские и югославские войска окружили группировку противника, насчитывавшую 20 тыс. солдат и офицеров, а 19 октября завершили ее разгром.
Успеху на белградском направлении способствовали активные действия югославских и болгарских войск в Южной Сербии и Македонии. На нишском направлении войска 2-й болгарской армии, 13-го корпуса НОАЮ и подразделения советского 1-го гвардейского укрепленного района подошли к городу Ниш и 14 октября овладели им. Оборонявшаяся здесь дивизия СС «Принц Евгений», известная своими свирепыми расправами над югославскими патриотами, была разгромлена. Наступавшие на город войска активно поддерживали летчики 17-й воздушной армии. «Воздушные силы генерал-майора Белицкого и полковника Смирнова, — доносил командующий 2-й болгарской армией, — отличными действиями во многом помогли успешному и блестящему завершению Нишской операции».
Завершающей фазой Белградской операции явился штурм Белграда. Чтобы удержать в своих руках столицу Югославии, противник привлек части и подразделения нескольких немецко-фашистских дивизий, сербского добровольческого и русского (белогвардейского) охранного корпусов, 40 танков и около 170 орудий и минометов, усилил оборону минно-взрывными заграждениями. Немецко-фашистское командование стремилось на подступах к городу сковать крупные силы советских и югославских войск и облегчить тем самым отход частей группы армий «Е» из Греции в Венгрию.
Овладение крупным городом объединенными усилиями войск двух стран требовало их исключительно тесного взаимодействия. Поэтому план штурма тщательно обсуждался на совместных совещаниях командования. 14 октября командир 4-го гвардейского механизированного корпуса и командующий 1-й армейской группой НОАЮ окончательно согласовали план действий своих войск по овладению Белградом.
План штурма Белграда предусматривал нанесение фронтального удара с юга на узком участке фронта, последующее развитие его по расходящимся направлениям, расчленение гарнизона немецких войск и уничтожение его по частям, а также захват мостов на реках Сава и Дунай.
В борьбе за Белград от советских войск участвовали 4-й гвардейский механизированный корпус, 3 стрелковые дивизии, 3 артиллерийские бригады, 16 артиллерийских, минометных и самоходно-артиллерийских полков, 1 зенитно-артиллерийская дивизия и 3 зенитно-артиллерийских полка, а от югославских — 8 дивизий 1-го Пролетарского и 12-го корпусов. Эти силы поддерживала 17-я воздушная армия и корабли Дунайской военной флотилии.
Бои за освобождение Белграда, длившиеся с 14 по 20 октября, носили исключительно упорный характер. В первые два дня наступавшим удалось расчленить группировку противника на несколько частей, уничтожить большинство его опорных пунктов на южной и восточной окраинах города. Но затем штурм несколько замедлился в связи с тем, что часть сил из города пришлось перебросить на разгром группировки, окруженной юго-восточнее Белграда.
Для предотвращения разрушений в городе советское командование приняло ряд мер. В частности, было ограничено применение тяжелой артиллерии в ходе уличных боев. В освобожденных кварталах советские саперы сразу же приступали к обезвреживанию вражеских мин и фугасов. В распоряжении специально созданного штаба по разминированию города находились семь инженерно-саперных батальонов. Они разминировали 845 объектов, в том числе 85 административных зданий. Всего саперы обезвредили в городе 3179 мин и 3540 зарядов взрывчатого вещества общим весом около 29 тонн, разминировали 7 складов боеприпасов. Это позволило сохранить жизнь многим горожанам и большие материальные ценности.
К исходу 20 октября советские и югославские войска при поддержке авиации и кораблей Дунайской военной флотилии штурмом овладели крепостью Калемегдан — последним очагом сопротивления гитлеровцев в Белграде. В уличных боях враг потерял 15 тыс. убитыми и 9 тыс. пленными.
Многострадальная столица Югославии обрела наконец свободу. Жители Белграда с ликованием встретили своих освободителей. Многие из них сами принимали участие в боях за Белград. В городе действовали сформированные белградскими коммунистами боевые группы общей численностью более 2 тыс. вооруженных бойцов.
Белград стал местопребыванием ЦК КПЮ, Верховного штаба НОАЮ, Национального комитета освобождения Югославии и Президиума АВНОЮ.
С освобождением столицы Югославии Белградская наступательная операция завершилась. Ее размах характеризуют следующие данные: протяженность линии фронта составляла 400–620 км, максимальная глубина — 200 км, среднесуточный темп наступления — 8–9 км.
Белградская операция, явившаяся составной частью наступления Вооруженных Сил СССР на юге советско-германского фронта, имела важное военно-политическое значение. В ходе ее была разгромлена армейская группа противника «Сербия», большая часть соединений которой подверглась полному уничтожению. Это лишило гитлеровское командование возможности отводить на север по удобным коммуникациям вдоль рек Южная Морава и Морава свои войска из группы армий «Е». Им пришлось отступать по горным дорогам через Македонию, Черногорию и Боснию, которые контролировались частями НОАЮ и партизанами.
Освобождение Сербии, включая Белград, обеспечило благоприятные условия для действий южного фланга группировки советских войск, наступавших на будапештском направлении. Вместе с тем советское Верховное Главнокомандование могло теперь нацелить на разгром фашистских войск в Венгрии войска 3-го Украинского фронта.
Важным результатом Белградской операции явилось также установление тесного оперативного взаимодействия между НОАЮ и Советской Армией. Создались необходимые условия для завершения освобождения всей территории Югославии, оказания в более широких масштабах советской помощи югославским патриотам. Все это знаменовало начало нового этапа освободительной войны народов Югославии. НОАЮ получила прочный тыл. Жители освобожденных районов Югославии оказывали большую помощь югославским и советским воинам. Они участвовали в восстановлении разрушенных оккупантами мостов и дорог, подвозили различные грузы, заботились о раненых.
Белградская операция, осуществленная совместными усилиями советских, югославских и болгарских войск, — один из наиболее ярких примеров боевого братства и тесного взаимодействия народных армий в годы второй мировой войны. «Освобождение Белграда, — подчеркивал И. Броз Тито в послании И. В. Сталину от 20 октября 1944 г., — для наших народов имеет историческое значение... Этим еще раз крепко запечатлено кровное братство народов Югославии с народами Советского Союза».
В боях против общего врага на югославской земле около 8 тыс. советских воинов отдали жизнь за освобождение братской страны.
Югославский народ высоко оценил подвиг своих освободителей. За мужество и храбрость, проявленные в боях с врагом, Президиум Антифашистского веча народного освобождения Югославии наградил орденами и медалями 794 воина НОАЮ и более 2 тыс. советских солдат и офицеров. 13 советских воинов были удостоены звания Народного Героя Югославии.
Президиум Верховного Совета СССР наградил орденами и медалями Советского Союза 300 воинов НОАЮ. В честь доблестных освободителей Белграда в Москве был произведен салют. 20 частей и соединений получили почетное наименование Белградских, 30 частей и соединений, отличившихся в боях за освобождение Белграда, удостоились боевых орденов Советского Союза. 8 дивизиям НОАЮ была объявлена благодарность Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина. Президиум Верховного Совета СССР Указом от 19 июня 1945 г. учредил медаль «За освобождение Белграда».
Подготовка и проведение Белградской наступательной операции имели ряд особенностей. Она началась значительно раньше предусмотренного планом срока. Очаговый характер обороны противника, а также горный рельеф местности обусловили ведение боевых действий соединениями на самостоятельных направлениях, нередко без тактической связи по фронту и с большими разрывами в глубину.
Особенности местности потребовали огромного напряжения в действиях инженерных войск. Обеспечивая продвижение наступающих, они проделывали проходы в завалах на горных путях, разминировали и ремонтировали дороги и мосты. Нередко саперы сами дерзкими налетами захватывали мосты и переправы.
Действия советской авиации, безраздельно господствовавшей в воздухе, характеризовались нанесением исключительно эффективных ударов по врагу, главным образом по колоннам отходящего противника, узлам железных и автомобильных дорог. Значительное количество советских самолетов было выделено для поддержки войск НОАЮ и БНА.
Дунайская военная флотилия содействовала наступавшим войскам высадкой десантов и артиллерийским огнем. Ее бронекатера, обладая довольно высокой скоростью, неоднократно прорывались к приречным флангам противника и успешно решали огневые задачи, которые не могла выполнить артиллерия наземных войск. Флотилия своими кораблями восполняла недостаток переправочных средств на 3-м и 2-м Украинских фронтах. На участке от Видина до Белграда она переправила через Дунай войска и грузы 3-го Украинского фронта. В сентябре — октябре ее корабли обеспечили проводку по Дунаю 10 крупных групп транспортных средств (более 200 судов), на которых было перевезено свыше 70 тыс. советских воинов, большое количество танков, орудий и минометов, автомашин, около 8 тыс. тонн различных грузов.
В Белградской операции впервые на советско-германском фронте осуществлялось взаимодействие одновременно армий трех стран. Их командования, особенно командование и штаб 3-го Украинского фронта, проявили большое искусство в организации совместных действий советских, югославских и болгарских войск.
Для немецко-фашистских войск были характерны действия импровизированных групп различного состава, с помощью которых гитлеровское командование пыталось удержать важные объекты. Однако под ударами советских войск и народных армий Югославии, Болгарии, Греции и Албании оккупанты понесли большие потери и вынуждены были уходить с Балкан.
До конца октября советские войска вели боевые действия на территории Югославии в той же группировке, которая сложилась в ходе Белградской операции. 30 октября командующий 3-м Украинским фронтом по указанию Ставки Верховного Главнокомандования и по согласованию с Верховным штабом НОАЮ приказал вывести войска 57-й армии на северный берег Дуная в район Петровграда. При этом ее 68-й стрелковый корпус и части 1-го гвардейского укрепленного района были оставлены на рубеже Чачак, Кралево, Крушевац с задачей не допустить прорыва немецко-фашистских войск на Белград. Оставалась в Югославии также авиагруппа под командованием генерала А. Н. Витрука для поддержки войск НОАЮ.
68-й стрелковый корпус совместно с частями 14-го югославского корпуса 27 ноября овладел городом Кралево — важным узлом дорог. Тем самым угроза Белграду была окончательно снята, и в начале декабря командующий фронтом смог перебросить 68-й корпус в междуречье Дуная и Савы, где он во взаимодействии с 1-м югославским Пролетарским корпусом вел бои за Осиек до 25 декабря, а затем был выведен за пределы Югославии.
В октябре — декабре войска НОАЮ вели боевые действия на путях отступления войск группы армий «Е». В результате решительных усилий 1-го Пролетарского и 12-го корпусов 1 ноября был освобожден город Сремска Митровица.
Продолжая наступление в направлении Винковцы, войска 1-го Пролетарского корпуса 5 декабря освободили город Шид. Соединения 2-го и 8-го корпусов в октябре освободили Южную Далмацию и города Дубровник, Сплит, Шибеник, Задар.
Особенно упорными были бои за Книн, в 45–50 км севернее Шибеник, где оборонялся 15-й горнострелковый корпус гитлеровцев. В ходе наступления с 26 ноября по 4 декабря дивизии 8-го корпуса, усилив натиск, взломали вражескую оборону и овладели городом Книн. При этом они взяли в плен более 4 тыс. вражеских солдат и офицеров, захватили 78 орудий и большое количество стрелкового оружия.
В ноябре — декабре успешно вел наступательные действия и 2-й корпус НОАЮ. Преодолев сопротивление противника, он овладел городом Котор и вышел на югославско-албанскую границу. В районе Подгорица — Шкодер соединения корпуса во взаимодействии с 5-й и 6-й дивизиями Национально-освободительной армии Албании (НОАА) окружили и разгромили основные силы 21-го немецко-фашистского корпуса.
В тесном взаимодействии с войсками НОАЮ в октябре — ноябре продолжалось наступление болгарских войск. 22 октября соединения 1-й болгарской армии совместно с частями Кумановской дивизии НОАЮ начали бои за страцинские позиции, прикрывавшие выход в долину реки Вардар.
11 ноября 1-я и 2-я болгарские дивизии, а также 17-я и 18-я югославские бригады совместными усилиями освободили Куманово. 13 ноября был освобожден город Скопье.
22 октября началась Косовская операция. Наступление велось в трудных условиях местности, и темпы его были медленными.
Во второй половине ноября войска 2-й болгарской армии совместно с частями НОАЮ освободили города Приштина, Косовска-Митровица, Рашка, Нови-Пазар. 4-я болгарская армия, возобновив 24 октября наступление на велесском направлении, совместно с 50-й и 51-й дивизиями НОАЮ 5 ноября овладела городом Струмица, а 10 ноября усилиями 7-й болгарской и 42-й югославской дивизий был освобожден Белее.
В конце ноября фронт проходил по линии Рашка, Нови-Пазар, Косовска-Митровица, Скопье, Белее. Выполнив свои оперативные задачи, болгарские войска вскоре возвратились в пределы своей страны.
Таким образом, к концу 1944 г. были полностью освобождены Сербия, Черногория, Македония, все Адриатическое побережье Югославии от границы с Албанией до города Задар, включая острова и важные порты Шибеник и Дубровник. Верховное командование НОАЮ получило возможность взять под контроль морскую границу страны. Освобожденная территория Югославии, помимо районов, находившихся под контролем НОАЮ и партизан на севере страны, к тому времени составила около 170 тыс. кв. км, где проживало 8 млн. человек. Кроме того, в Хорватии и Словении имелись обширные освобожденные территории, которые служили базой для семи корпусов НОАЮ и нескольких партизанских отрядов, действовавших против вражеских гарнизонов и коммуникаций. Фронт в Югославии к концу 1944 г. проходил примерно по линии Вуковар, Сьеница, Мостар, западнее Задара.
Участие советских и болгарских войск в освобождении восточных районов Югославии получило высокую оценку руководителей НКОЮ. «С помощью славной Красной Армии были быстро освобождены Белград и Сербия, а с помощью болгарской армии была освобождена Македония», — отмечал маршал И. Броз Тито.
Освобождение восточных районов Югославии и ее столицы Белграда и последующие успехи НОАЮ на фронте привели к дальнейшему изменению военно-политической обстановки в стране в пользу демократических сил.

Усиление народно-освободительной борьбы в Албании и Греции


Под влиянием успехов советских войск и освободительной борьбы народов существенно изменялась обстановка в Албании и Греции.
Эхо победоносных сражений на южном крыле советско-германского фронта все явственнее доносилось до албанского народа и вдохновляло его на усиление борьбы против фашистских захватчиков. Учитывая это, командование Национально-освободительной армии Албании 14 июня 1944 г. отдало приказ о переходе в наступление всех своих войск. В результате упорных боев к концу октября 1944 г. три четверти территории страны было освобождено. 29 октября народные войска окружили около 3 тыс. немецко-фашистских оккупантов в Тиране, а 17 ноября полностью освободили столицу Албании. Противник поспешно отходил на север.
В результате решающих побед Советских Вооруженных Сил, разгромивших группировки немецко-фашистских войск на Балканах, и активизации освободительной борьбы албанского народа к 29 ноября завершилось изгнание оккупантов со всей территории Албании (28,7 тыс. кв. км) с населением более 1 млн. человек. Этот день стал национальным праздником албанского народа.
В освобождении Албании решающую роль сыграл Советский Союз. Об этом не раз заявляли государственные деятели Албании. Так, первый секретарь ЦК Албанской партии труда Э. Ходжа в 1950 г. писал: «Народная Республика Албания обязана своим существованием славному Советскому Союзу и его армии, которые своей легендарной победой над гитлеровским фашизмом навсегда освободили албанский народ от тяжелого векового рабства, навязанного ему империалистами различных стран и кровавыми феодалами, от порабощения германским нацизмом и итальянским фашизмом».
20 октября 1944 г. в условиях нараставшей национально-освободительной борьбы албанского народа в Берате собрался второй конгресс Антифашистского национально-освободительного совета, который преобразовал Антифашистский национально-освободительный комитет во Временное демократическое правительство. Созданные на освобожденной территории местные национально-освободительные советы преобразовывались в местные органы государственной власти. На конгрессе была принята «Декларация прав гражданина», в которой провозглашались свобода слова и печати, равенство всех граждан Албании. Впервые за многовековую историю албанский народ получил демократические права и взял власть в собственные руки.
Попытки английского правительства с помощью своих ставленников вмешаться во внутренние дела Албании потерпели полный провал.
В ходе боев росла и мужала НОАА. Если в сентябре в ее составе было всего две дивизии и семь бригад, то к 6 декабря в нее входили уже семь дивизий, объединенных в три корпуса общей численностью 36 тыс. человек. При этом повысилась боеспособность войск. Это стало возможным в значительной мере благодаря бескорыстной помощи Советского Союза, которая оказывалась через прибывшую в августе 1944 г. в Албанию советскую военную миссию.
Под влиянием наступления советских войск на Балканах усилилось освободительное движение и в Греции. Все более наращивала свои удары по оккупантам Народно-освободительная армия (ЭЛАС) под командованием генерала С. Сарафиса. 3 августа ЦК Коммунистической партии Греции принял решение о широкой мобилизации патриотических сил страны на борьбу с немецко-фашистскими оккупантами и призвал греческих патриотов разгромить захватчиков и обеспечить демократический переход к свободной политической жизни страны. Компартия возглавляла борьбу греческих патриотов как против немецко-фашистских оккупантов, так и против внутренних реакционных сил. Национально-освободительное движение в стране приобрело широкий размах. Вскоре оно достигло крупных успехов. В конце сентября ЭЛАС уже контролировала большую часть материковой Греции. Национально-освободительный фронт (ЭАМ) объединял в своих рядах до 2 млн. патриотов.
Политический комитет национального освобождения (ПЕЕА) выполнял функции Временного правительства свободной Греции. Непрерывно росла Народно-освободительная армия. Постоянно повышалась активность и расширялся масштаб ее боевых действий против фашистских оккупантов.
Серьезно обеспокоенное всем этим, немецко-фашистское командование в период с 5 по 25 августа предприняло крупную карательную операцию против основной группировки ЭЛАС в горах Пинд. Однако греческие патриоты, оказав упорное сопротивление, своими героическими действиями сорвали ее и выиграли самое крупное в истории ЭЛАС сражение при Карпенисионе.
Стремительное наступление Советской Армии на Балканах заставило немецко-фашистское командование 3 октября отдать приказ об отступлении из Греции, Албании и южных районов Югославии. 12 октября части ЭЛАС и партизаны освободили Афины и Пирей, а 30 октября — Салоники. 3 ноября вся территория Греции была полностью очищена от оккупантов. В экстренном сообщении главнокомандования ЭЛАС говорилось: «Противник... под давлением наших войск и неотступно преследуемый ими, покинул греческую территорию... Многолетняя и кровопролитная борьба ЭЛАС увенчалась полным освобождением нашей родины».
Героическая борьба греческого народа, которую возглавляли коммунисты, явилась значительным вкладом в общую победу Объединенных Наций над фашизмом.
Казалось, многострадальная Греция обрела наконец свободу и независимость. Однако английские войска, прикрываясь соответствующим приглашением премьер-министра правительства «национального единства» Г. Папандреу и соглашением в Казерте от 26 сентября 1944 г., осуществили вооруженную интервенцию, хотя никаких причин военного характера для этого не было.
Непосредственную подготовку к вторжению в Грецию английские войска вели с лета 1944 г. 6 августа Черчилль отдал распоряжение начальнику имперского генерального штаба об осуществлении высадки 10–12 тыс. человек с танками и артиллерией под общим командованием английского генерала Р. Скоби в начале сентября. Намерения английского правительства разделяло и политическое руководство США. 26 августа в своем ответе на письмо Черчилля Рузвельт заявил: «Я не возражаю против того, чтобы вы начали подготовку с целью иметь наготове достаточные английские силы для сохранения порядка в Греции, когда германские войска оставят эту страну. Я также не возражаю против использования генералом Г. Уилсоном американских транспортных самолетов, которыми он будет располагать в то время и которые могут быть освобождены от других проводимых им операций».
Решение англо-американского командования о вторжении английских войск в Грецию зафиксировано в документах второй Квебекской конференции. Планом операции предусматривалось силами воздушного десанта занять столицу Греции, а затем подготовить гавань Пирей для приема морского десанта и обеспечить прибытие в Афины греческого правительства из эмиграции.
Основную цель вступления англичан в Грецию составляла не борьба против немецких оккупантов, а противодействие революционным силам страны, восстановление в ней довоенного режима и укрепление господства английских империалистов на Балканах и Ближнем Востоке. 4 октября 1944 г. английское командование выбросило первый воздушный десант на севере полуострова Пелопоннес, который в тот же день вслед за частями ЭЛАС вошел в Патры — главный город Пелопоннеса. 13 октября англичане без единого выстрела высадились в районе Афин, а 1 ноября — в Салоники, который после ухода гитлеровцев контролировался частями ЭЛАС. Преследование отступавших гитлеровцев вели одни войска ЭЛАС. Английские же части, находясь от противника в 50 км, не предпринимали против него боевых действий. Они продвигались за ЭЛАС и занимали территорию, освобожденную греческими патриотами.
После высадки английских войск в Греции штаб балканских воздушных сил союзников 5 октября 1944 г. опубликовал в Лондоне коммюнике, в котором признавалось, что эта операция «скорее носила характер простой оккупации, чем вторжения». Эту непреложную истину не мог скрыть и сам Черчилль. Выступая в парламенте 8 декабря 1944 г., он заявил: «Английские войска осуществили вторжение в Грецию, которое не было обусловлено военной необходимостью, так как положение немцев в Греции давно уже стало безнадежным».
Вслед за английскими интервентами в Афины из эмиграции прибыло правительство Папандреу. При поддержке командования английских войск оно приступило к формированию своих воинских частей, начало открытую кампанию клеветы на ЭАМ и ЭЛАС. В ноябре Папандреу потребовал роспуска ЭЛАС. Это требование высказал и генерал Скоби во время встречи с генералом Сарафисом. Однако командование ЭЛАС решительно отвергло его. Тогда Скоби 1 декабря отдал приказ о роспуске ЭЛАС. ЦК ЭАМ обратился за поддержкой к народу. 3–4 декабря в Афинах и Пирее проходили народные манифестации в поддержку политики ЭАМ. Они носили мирный характер. Однако полиция и войска интервентов открыли огонь по демонстрантам.
Кровавая расправа переполнила чашу терпения греческого народа, и он вновь поднялся на борьбу. ЭЛАС приступила к активным действиям.
Усилия ЭАМ по созданию нового правительства с участием революционных сил встретили сопротивление англичан. Используя Папандреу для прикрытия интервенции, Черчилль решил подавить борьбу греческого народа силой оружия. В его телеграмме от 5 декабря 1944 г. на имя Скоби указывалось, что англичане любой ценой должны удержать Афины и обеспечить в Греции свое господство.
Против частей ЭЛАС в Афинах и других городах английские интервенты бросили пехоту, танки и авиацию. ЭЛАС при поддержке народа не только отбила их первые атаки, но и перешла в контрнаступление. Через несколько дней английские войска вместе с их командующим Р. Скоби оказались окруженными в центре Афин.
К середине декабря вооруженное сопротивление интервентам приняло всенародный характер. ЭЛАС имела реальную возможность изгнать их из страны. Однако американское командование облегчило безнадежное положение английских войск, выделив 100 транспортных самолетов для переброски им подкреплений. Это позволило интервентам начать новое наступление против ЭЛАС. Ожесточенные декабрьские бои в Афинах показали английским империалистам, что сломить греческий народ силой оружия не удастся, и они решили вновь прибегнуть к политическим переговорам. Для этого Черчилль и Идеи 25 декабря прибыли в Афины. Состоявшаяся с их участием конференция буржуазных лидеров Греции и руководителей ЭАМ завершилась безрезультатно. Буржуазные лидеры отклонили требования КПГ и ЭАМ о предоставлении левым силам в правительстве национального единства 40–50 процентов министерских портфелей.
Чтобы оказать давление на ЭАМ, интервенты, сосредоточив численно превосходящие силы, перешли в наступление против войск ЭЛАС и вынудили их оставить столицу. ЭАМ, хотя и после этого продолжал контролировать большую часть территории Греции, 9 января 1945 г. запросил перемирия.
Народное движение потерпело поражение. Это объясняется прежде всего вмешательством британского империализма, а также ошибками, которые допустило руководство компартии Греции. Оно вовремя не осознало, что английское командование, заключив соглашение с ЭАМ, намеревалось использовать его для того, чтобы нанести удар по ЭЛАС и не допустить установления в Греции народной власти. Английские интервенты, используя силы внутренней реакции, со всей жестокостью обрушились на греческий народ. Вся мировая общественность, в том числе и английская, осудила их злодеяния. Отовсюду шли заявления с выражениями солидарности с борющимся народом Греции.

Начало освобождения Венгрии. Дебреценская операция


После освобождения Румынии Венгрия все еще оставалась союзницей фашистской Германии. Однако внутриполитическая обстановка в этой стране все более обострялась. 29 августа было сформировано новое правительство во главе с генералом Г. Лакатошем. Его курс характеризовался большими колебаниями. С одной стороны, оно на своем заседании 8 сентября подтвердило позицию прежнего правительства, а с другой — сочло необходимым вести переговоры как с англичанами и американцами, так и с Советским Союзом. Большое влияние на его позицию оказало полученное в те дни письмо Риббентропа, в котором содержалось обязательство защищать Венгрию и требование принять меры против возможных выступлений народа. В своем ответе М. Хорти дал обещание оставаться полностью на стороне Германии. По приказу начальника генерального штаба сухопутных войск вермахта Г. Гудериана на территорию Венгрии было введено еще несколько немецких дивизий. 11 сентября на своем заседании кабинет Лакатоша большинством голосов отклонил идею выхода из войны, хотя ранее на тайном совещании у Хорти среди членов правительства возобладало мнение о необходимости заключения перемирия. В ставку Гитлера был направлен начальник венгерского генерального штаба генерал-полковник Я. Вереш просить подкреплений.
Однако с приближением советских армий к границам Венгрии ее правящая клика наконец поняла, что Германия не сможет сдержать их натиск. Хорти, стремясь предотвратить вступление в Венгрию советских войск, снова обратился к правительствам США и Англии с предложением заключить сепаратное перемирие. И опять это предложение не было принято. Тогда хортистам ничего не оставалось делать, как направить в СССР для переговоров свою делегацию. 1 октября 1944 г. она во главе с инспектором жандармерии генералом Г. Фараго прибыла в Москву. Направляя делегацию, Хорти вручил своим представителям письмо для передачи И. В. Сталину, в котором просил прекратить военные действия, не препятствовать свободному отходу немецких войск из Венгрии и согласиться на участие англо-американских войск в оккупации Венгрии. Делегация не уполномочивалась на подписание соглашения о перемирии. Ей поручалось лишь договориться об его условиях.
Вполне понятно, что предложения венгерской стороны не могли быть приняты. Это, разумеется, понимали Хорти и его окружение. Но они стремились выиграть время, чтобы вовлечь в эту игру англо-американцев, выговорить более благоприятные условия перемирия. Особенно им хотелось найти такое решение, при котором можно было бы не объявлять войны Германии.
Хортисты еще рассчитывали на то, что им удастся избежать расплаты за совершенные ими злодеяния перед своим народом, что при помощи международного империализма они смогут удержаться у власти. Вместе с тем у венгерского диктатора, предпринимавшего тактические маневры, направленные на затягивание переговоров, теплилась надежда на то, что гитлеровцы сумеют остановить наступление советских войск и отбросить их за Карпатский хребет. Эта надежда не покидала его даже тогда, когда бои начались на территории Венгрии. Но успешное наступление Советской Армии опрокинуло все расчеты Хорти. 9 октября он вынужден был дать своей делегации в Москве указание о том, что «заключение перемирия желательно». Хорти сообщил, что письменные полномочия на подписание соглашения о перемирии для Фараго направлены в Москву. Советское правительство взяло во внимание заявление Фараго о том, что Венгрия принимает условия перемирия союзников. Но выяснилось, что Хорти, не желая вступления Венгрии в войну против фашистской Германии, отказался выполнить ранее согласованные условия перемирия. В связи с этим заместитель начальника Генерального штаба Красной Армии генерал А. И. Антонов 14 октября 1944 г. направил генералу Фараго требование, чтобы в течение 48 часов с момента получения настоящего представления венгерское правительство выполнило взятые на себя обязательства по предварительным условиям перемирия. В первую очередь оно должно было порвать всякие отношения с Германией, начать активные военные действия против нее, приступить к отводу своих войск с территории Румынии, Югославии и Чехословакии и к 8 часам 16 октября представить советскому командованию полные сведения о дислокации немецких и венгерских частей.
Хорти, согласившись с условиями перемирия, вместе с тем не принял никаких военных мер против гитлеровских войск. Воспользовавшись этим, немецкое командование при поддержке реакционных венгерских офицеров и партии нилашистов «Скрещенные стрелы» 15–16 октября организовало в Венгрии государственный переворот. Главарь венгерских фашистов Ф. Салаши, придя к власти, отдал войскам приказ продолжать борьбу против Советских Вооруженных Сил. Это вызвало волну протеста прогрессивных сил Венгрии. По призыву коммунистической партии, находившейся в глубоком подполье, трудящиеся все активнее включались в борьбу против фашистов. Участились диверсии на заводах и железных дорогах, стачки и забастовки, случаи неподчинения распоряжениям фашистских властей. Крестьяне отказывались от поставок сельскохозяйственных продуктов для Германии и ее армии.
В стране активизировалось движение Сопротивления нилашистско-фашистскому режиму. Особенно оно усилилось после перенесения военных действий Советской Армии на территорию Венгрии. Этому содействовало и прибытие 10 партизанских отрядов из Советского Союза, в составе которых сражалось 250 венгров и 30 советских партизан. Эти отряды, пройдя хорошую подготовку, своей боевой активностью и своим примером привлекли к борьбе с врагом еще 1000–1500 человек.
В октябре — ноябре 1944 г. в Венгрии вели партизанскую борьбу уже тысячи патриотов. Наряду с боевой деятельностью партизаны проводили разъяснительную работу среди местного населения, устраивали митинги и собрания трудящихся, распространяли агитационную литературу, защищали население от террора врага. В свою очередь местные жители всемерно помогали народным мстителям.
В борьбе против немецких оккупантов отличились многие партизанские отряды. Так, отряд имени Петефи, прибывший из Советского Союза через Словакию, быстро увеличил свои ряды с 22 до 300 бойцов. В схватках с врагом этот отряд под командованием И. Фабри уничтожил 340 фашистских солдат, железнодорожный состав с военным грузом, захватил 38 пулеметов. Другой небольшой отряд под командованием Ш. Ногради, тоже прибывший в Венгрию через Словакию, развернул активные действия в районе угольного бассейна Шальготарьяна. Сначала его состав увеличился до 90 человек, затем к нему присоединились вооруженная группа местной крестьянской молодежи численностью 60 человек, 40 солдат, ушедших из венгерской армии, 15 вооруженных шахтеров. Вскоре весь район оказался под контролем партизан.
Существенный урон врагу наносили также партизанские диверсионные группы подрывников. Особенно активно они действовали в Будапеште. Здесь ими были уничтожены десятки военных грузовиков и танков, несколько орудий, три дота, два моста; им удалось взорвать здание, где проходил митинг нилашистской партии. В течение ноября 1944 г. они 18 раз выводили из строя железнодорожное полотно на участке Будапешт — Келенфельд.
В авангарде освободительного движения в стране шла Венгерская коммунистическая партия. Еще в конце сентября она выступила с воззванием, в котором призывала трудящихся усилить борьбу за независимую Венгрию и создание демократической республики, за изгнание гитлеровцев, свержение фашистского режима. Компартия указывала на необходимость установления правильных отношений народных масс с советскими войсками, подчеркивала, что Советский Союз оставляет в неприкосновенности суверенитет венгерского народа, его право самому решать вопросы экономического и общественного устройства страны. Коммунисты придавали большое значение союзу рабочих и крестьян, выступали за создание правительства Венгерского фронта, который к тому времени объединял четыре партии: коммунистическую, социал-демократическую, Партию мелких сельских хозяев и национальную крестьянскую партию. Тогда же, в сентябре, был избран его исполнительный комитет, который приступил к образованию местных комитетов.
Для развертывания партизанского движения в стране многое сделало Заграничное бюро Венгерской компартии. И все же вооруженная борьба венгерских патриотов не приняла широких масштабов. Это объясняется жестоким террором фашистской диктатуры, разнузданной шовинистической пропагандой, обманывавшей народные массы, ослаблением рядов демократических сил, тяжелыми нелегальными условиями деятельности коммунистической партии.
Обострение военно-политического положения в Венгрии тщательно анализировалось и учитывалось советским командованием при планировании операций по разгрому противника на ее территорий и освобождению венгерского народа.
К началу октября 1944 г. на границу с Венгрией и Югославией, на участке в 800 км от перевала Прислоп до большой излучины Дуная, вышли войска 2-го Украинского фронта. Правее, к востоку от Дуклинского перевала до границы с Румынией, боевые действия вел 4-й Украинский фронт. Слева на югославской территории действовали войска 3-го Украинского фронта. Выход 2-го Украинского фронта к границам Венгрии создал благоприятные условия для действий 4-го Украинского фронта, поставив под угрозу мощного флангового удара всю немецко-венгерскую группировку в Карпатах.
Чтобы не допустить вступления советских войск в Венгрию, немецко-фашистское командование планировало предпринять ряд контрударов. В директиве германского генерального штаба сухопутных войск от 30 сентября 1944 г. перед группой армий «Юг» была поставлена задача: удерживая карпатский выступ, подготовить наступательную операцию, в ходе которой из района Дебрецена нанести удар по советским войскам, вышедшим к границе на участке между городами Орадя и Мако, и «достичь такого рубежа, который мог бы быть в течение зимы удержан незначительными силами». Гитлеровцы стремились разгромить левое крыло 2-го Украинского фронта, а затем, произведя перегруппировку своих войск, нанести из района Турды удар по его правому крылу. Они рассчитывали тем самым отбросить советские войска за Южные Карпаты и закрыть им выход в северную часть Трансильвании и на Средне-Дунайскую низменность. Вместе с тем немецко-фашистское командование продолжало отвод из южных районов Югославии, из Албании и Греции войск, оказавшихся под угрозой ударов 3-го Украинского фронта, который вел боевые действия в восточной части Югославии. Однако гитлеровцы и на этот раз недооценили силы Советской Армии. Они исходили из предположения, что ее войска после стремительных наступательных действий не смогут одновременно продолжать наступление и отражать сильные контрудары.
Советское командование планировало развитие наступления не только на белградском направлении, но и в центральной части Венгрии и в Юго-Восточной Словакии. Главная роль в разгроме войск противника на венгерской территории отводилась 2-му Украинскому фронту. В начале сентября 1944 г. при подготовке Восточно-Карпатской операции он получил задачу нанести удар под основание карпатского выступа в направлении Орадя, Дебрецен, Ньиредьхаза — важных узлов железных и шоссейных дорог с целью открыть путь на север и северо-запад и создать благоприятные условия для войск 4-го Украинского фронта в преодолении Карпат и освобождении Ужгорода и Мукачева. Однако в ходе наступления его соединения столкнулись с упорнейшим противодействием противника и продвигались медленно. Поэтому Ставка Верховного Главнокомандования 15 сентября приказала фронту развивать свой удар в направлении Клуж, Дебрецен, Мишкольц, с тем чтобы не позднее 7–10 октября главными силами выйти на реку Тиса на участке Чоп, Сегед и помочь 4-му Украинскому фронту перейти Карпаты и овладеть районом Ужгорода. Румынские войска должны были прикрывать участок Сегед, Джурджу по реке Дунай и частью сил вести наступательные действия совместно с советскими войсками.
Координацию действий 2-го и 4-го Украинских фронтов 16 сентября Ставка возложила на Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко.
Войска 2-го Украинского фронта всю вторую половину сентября предпринимали попытки продолжить продвижение и отражали сильные контрудары противника в районах Турды и Турну-Северина. Но значительного успеха добиться они не смогли, и Ставка 3 октября вновь уточнила задачи фронта. Она приказала силами 6-й гвардейской танковой армии и группы генерала И. А. Плиева нанести удар в северном направлении, в обход Дебрецена с запада, а румынским войскам, ранее находившимся в оперативном подчинении 46-й армии, перейти в наступление на левом фланге 53-й армии в направлении Тимишоара, Сегед и далее к северу на территорию Венгрии. Главные силы 46-й армии было решено сгруппировать на ее правом фланге, а один корпус нацелить на белградское направление, развернув его по северному берегу Дуная.
Получив эти указания Ставки, командование 2-го Украинского фронта приступил о к подготовке нов ой, Дебреценской операции без оперативной паузы. Это вызвало немалые дополнительные трудности. В частности, в связи с тем что железная дорога имела западноевропейскую ширину колеи, доставка грузов производилась в основном автомобильным транспортом. Однако напряженная организаторская работа Ставки, Генерального штаба, военных советов фронта и армий по перегруппировке войск, пополнению соединений людьми и материально-техническими средствами помогла войскам преодолеть все трудности.
Перед началом операции Ставка из своего резерва направила 2-му Украинскому фронту 4-й и 6-й гвардейские кавалерийские корпуса. Из 3-го Украинского фронта ему были переданы 46-я армия, 7-й гвардейский механизированный корпус и 7-я артиллерийская дивизия прорыва. В 5-ю воздушную армию из своего резерва Ставка передала 6-ю гвардейскую истребительную авиационную дивизию. В сентябре фронт получил также около 75 тыс. человек маршевого пополнения. В районе Тимишоары сосредоточилась 4-я гвардейская армия резерва Ставки, Всего же к началу октября 1944 г. в состав 2-го Украинского фронта входили 7-я гвардейская, 27, 40, 46, 53-я общевойсковые и 6-я гвардейская танковая армии, 18-й танковый корпус, конно-механизированные группы генералов И. А. Плиева и С. И. Горшкова, 5-я воздушная армия, а также румынская добровольческая дивизия имени Тудора Владимиреску,. Фронт насчитывал 40 дивизий, 2 укрепленных района, 3 танковых, 2 механизированных и 3 кавалерийских корпуса и другие части и соединения, 10 200 орудий и минометов, 750 танков и самоходно-артиллерийских установок, 1100 самолетов.
Кроме того, в оперативном подчинении командующего 2-м Украинским фронтом находились 1-я и 4-я румынские армии (в начале операции они имели 22 дивизии, а затем — 17). Но укомплектованность их соединений была низкой. Так, 1-я румынская армия на 10 октября 1944 г. насчитывала 30 151 человек, 25 571 винтовку, 198 пулеметов, 276 минометов, 82 полевые пушки, 87 противотанковых и 30 зенитных орудий.
2-му Украинскому фронту противостояли войска группы армий «Юг» под командованием генерала Г. Фриснера. В нее входили 8-я и 6-я немецкие и 2-я и 3-я венгерские армии — всего 29 дивизий и 5 бригад и 3 дивизии группы армий «Ф». Она имела 3500 орудий и минометов, 300 танков и около 550 самолетов из 4-го воздушного флота.
Выполняя указания Ставки, командующий 2-м Украинским фронтом решил нанести главный удар по противнику из района Орадя в направлении на Дебрецен. К поддержке действий сухопутных войск привлекалась
5-я воздушная армия под командованием генерала С. К. Горюнова. Планировалось нанесение вспомогательных ударов на правом крыле с целью овладеть районом Клуж, Сату-Маре и Карей. На левом крыле предусматривалось разгромить противника на восточном берегу реки Тиса и надежно прикрыть левый фланг главной группировки фронта.
В соответствии с замыслом операции командующий фронтом приказал 6-й гвардейской танковой армии генерала А. Г. Кравченко и конно-механизированной группе генерала И. А. Плиева наступать в первом эшелоне с задачей самостоятельно прорвать тактическую оборону противника, а затем развивать успех в своих полосах. Такая необычность задачи объяснялась прежде всего тем, что на этом участке фронта немецкие войска имели относительно слабую очаговую оборону, основу которой составляли отдельные опорные пункты.
Партийно-политическая работа в подготовительный период была направлена на дальнейшее разъяснение воинам исторической освободительной миссии Советских Вооруженных Сил, мобилизацию их на успешное выполнение боевых задач. Политуправление фронта и политотделы армий учитывали, что войскам предстоит вести боевые действия на территории Венгрии, остающейся пока союзницей фашистской Германии. Командиры и политработники, коммунисты и комсомольские активисты нацеливали личный состав на повышение боевой активности и бдительности, на укрепление дружбы с трудящимися освобождаемых стран.
Политорганы многое делали по разложению вражеских войск. С помощью технических средств пропаганды, листовок и другим путем они доводили до солдат и офицеров противника правду о положении на фронтах, сообщали о поражениях гитлеровских войск и усиливающейся борьбе венгерских трудящихся против оккупантов и реакционного режима в стране. Эта работа давала свои результаты — более частыми стали случаи перехода венгерских солдат на сторону советских войск.
К началу операции войска 2-го Украинского фронта достигли значительного превосходства над противником в силах и средствах, особенно на направлении главного удара. Однако их ожидало немало трудностей: на ряде участков им предстояло наступать в условиях горно-лесистой местности, вести бои в населенных пунктах с прочными каменными строениями, превращенными в мощные узлы обороны.
Утром 6 октября после короткой артиллерийской и авиационной подготовки ударная группировка 2-го Украинского фронта перешла в наступление на главном направлении. В первый же день 53-я армия и конно-механизированная группа генерала Плиева при поддержке 5-й воздушной армии прорвали оборону противника, разгромили противостоящие силы 3-й венгерской армии. К исходу третьего дня они продвинулись на 80–100 км и вышли в район Карцага. К этому времени 5-я воздушная армия совершила 1313 самолето-вылетов и сбила 30 самолетов противника.
Войска правого крыла и центра фронта, встретив в районе Клужа ожесточенное сопротивление гитлеровцев, продвигались медленно. На левом крыле 46-я армия к исходу 8 октября полностью освободила югославскую территорию восточнее реки Тиса и захватила плацдармы на ее западном берегу.
Все усиливавшееся противодействие противника вынудило 6-ю гвардейскую танковую армию, понесшую значительные потери, остановиться на подступах к городу Орадя.
Ставка Верховного Главнокомандования, оценив обстановку, 8 октября приказала командующему фронтом как можно быстрее овладеть районом Орадя и тем самым обеспечить условия для дальнейшего наступления на север. Для этого она считала необходимым нанести удар на Орадя силами 6-й гвардейской танковой армии с запада, 33-го стрелкового корпуса — с юга, а конно-механизированной группы генерала Плиева — с северо-запада. При этом 4-й гвардейский кавалерийский корпус группы получил приказ овладеть Дебреценом и обеспечить тем самым маневр ее главных сил с северо-запада. Для усиления войск центра фронта Ставка приказала не позднее 20 октября подтянуть в район Беюша 7-ю гвардейскую армию. Сюда выдвигалась также конно-механизированная группа генерала Горшкова. Наступление на Орадя поддерживала большая часть фронтовой авиации.
Немецко-фашистские войска в районе Орадя и на подступах к Дебрецену оказывали упорное сопротивление. Перед правым же крылом фронта они были вынуждены 9–10 октября начать отход в северо-западном направлении. 12 октября конно-механизированная группа генерала Плиева во взаимодействии с 33-м стрелковым корпусом, в состав которого входили и две румынские дивизии, овладела городом Орадя.
В последующие дни темп наступления нарастал. 20 октября, несмотря на то что противник на главном направлении ввел в сражение крупные силы, 6-я гвардейская танковая армия совместно с конно-механизированными группами генералов Плиева и Горшкова ударом по сходящимся направлениям овладела Дебреценом — важным узлом вражеской обороны.
Войска правого крыла фронта силами 40, 27 и 4-й румынской армий 11 октября заняли район Клужа. К исходу 20 октября они вышли на рубеж Сигет, Маргита и установили непосредственную связь с войсками фронта, действовавшими на дебреценско-ньиредьхазском направлении. На левом крыле соединения 46-й армии пересекли югославско-венгерскую границу юго-восточнее города Байя.
В период с 13 по 20 октября 5-я воздушная армия произвела около 2200 самолето-вылетов. Особенно большой урон противнику нанесли штурмовики и истребители, поддерживавшие действия наземных войск в районах Орадя, Дебрецена, Сольнока.
22 октября конно-механизированная группа генерала Плиева, в которую были включены оба корпуса группы генерала Горшкова, овладела городом Ньиредьхаза, продвинулась передовыми частями на север до 30 км и вышла на реку Тиса. Создалась угроза окружения и уничтожения армейской группы «Вёлер» (1-я венгерская, 8-я немецкая армии и соединения 2-й венгерской армии — всего 15 дивизий и бригад), которая отступала под ударами войск 4-го Украинского и правого крыла 2-го Украинского фронтов. Это предопределило ожесточенный характер боев, продолжавшихся с 23 до 28 октября.
В районе Ньиредьхазы советские войска подверглись двум мощным контрударам: с северо-востока — силами 8-й армии в направлении Надькалло и с запада — силами 3-го танкового и 9-го армейского корпусов. Советские войска были вынуждены временно оставить город. Чтобы восстановить положение, командующий фронтом приказал конно-механизированной группе генерала Плиева всеми силами нанести удар на Надькалло и соединиться с частями 27-й армии. В результате ожесточенных боев 29 октября советские войска вновь овладели Ньиредьхазой.
На сольнокском направлении 53-я и 7-я гвардейская армии, сломив упорное сопротивление противника, к исходу 28 октября овладели восточным берегом Тисы. 40-я и 4-я румынская армии, действовавшие на правом крыле фронта, к этому времени завершили освобождение северной части Трансильвании и пересекли румыно-венгерскую границу. На левом крыле войска 46-й армии 21 октября овладели городами Байя и Сомбор, а к исходу 28 октября захватили в междуречье Тисы и Дуная крупный оперативный плацдарм.
Таким образом, войска 2-го Украинского фронта, преодолев ожесточенное противодействие противника, на правом крыле приближались к Тисе, на центральном участке вышли на восточный берег реки, а на левом крыле форсировали ее.
28 октября преодолением Тисы Дебреценская операция завершилась. В ходе этой первой крупной операции на венгерской территории Советская Армия во взаимодействии с румынскими войсками освободила северную часть Трансильвании и значительную часть Венгрии — одну треть ее территории, на которой проживало около четверти населения страны. В течение 23 дней войска 2-го Украинского фронта продвинулись на 130–275 км и создали предпосылки для последующего наступления на Будапешт. Среднесуточный темп их продвижения колебался от 5 до 12 км.
В ожесточенных боях враг понес большие потери в людях и боевой технике. Советские войска во время наступления разгромили 10 его дивизий, взяли в плен более 42 тыс. солдат и офицеров противника, уничтожили 915 танков и штурмовых орудий, 793 миномета, 428 бронемашин и бронетранспортеров, 416 самолетов, 8 бронепоездов и свыше 3 тыс. автомашин; захватили 138 танков и штурмовых орудий,. 856 орудий, 681 миномет, 386 самолетов, 16 тыс. винтовок и автоматов.
Как и другие операции, наступление на дебреценском направлении характерно массовым героизмом и высоким боевым мастерством советских воинов. За боевые подвиги свыше 35,5 тыс. солдат, офицеров и генералов были награждены орденами и медалями. Высокую оценку получили, в частности, действия стрелкового взвода 795-го стрелкового полка 228-й стрелковой дивизии. 9 октября этот взвод под командованием лейтенанта А. И. Атамана после ожесточенного боя вышел к реке Тиса, на плечах отходящего противника на подручных средствах форсировал реку и захватил плацдарм на ее правом берегу. Подразделение овладело вражеской батареей 75-мм пушек и открыло артиллерийский огонь по врагу. В этом бою противник потерял много солдат и офицеров убитыми и ранеными. Взвод, отбив неоднократные контратаки фашистов, удержал захваченный плацдарм и обеспечил форсирование реки другими подразделениями батальона.
В ходе Дебреценской операции Ставка Верховного Главнокомандования и командование фронта, правильно оценивая обстановку, своевременно вскрывали намерения противника и принимали меры противодействия. Ярким примером этому служит директива Ставки от 8 октября, в которой были даны указания о перенацеливании сил в район Орадя, Дебрецен. Мероприятия Ставки и командования фронта сорвали намерения гитлеровцев усилить свою группировку в районе Орадя и позволили советским войскам овладеть этим важным узлом сопротивления противника.
Выход соединений 2-го Украинского фронта в район Дебрецена создал серьезную угрозу тылам карпатской группировки противника. Это вынудило гитлеровское командование начать отвод своих войск перед центральным участком и левым крылом 4-го Украинского фронта. Командующий 1-й венгерской армией генерал Б. Миклош, видя бесперспективность дальнейшего сопротивления и будучи недовольным политикой фашистского правительства и гитлеровскими акциями в Венгрии, с частью штаба армии 16 октября перешел на сторону советских войск. В этом, в частности, проявилось дальнейшее обострение кризиса, охватившего хортистскую армию.
В связи с вступлением Советской Армии на венгерскую территорию по указанию Государственного Комитета Обороны СССР от 27 октября 1944 г. Военный совет 2-го Украинского фронта обратился к венгерскому народу с воззванием, призвав его всемерно содействовать советским войскам в их освободительной миссии. В воззвании подчеркивалось, что Советская Армия вступила в Венгрию не с целью приобретения какой-либо части ее территории, а лишь в силу военной необходимости, «не как завоевательница, а как освободительница венгерского народа от немецко-фашистского ига». В этом документе разъяснялось, что на освобожденной территории страны будут сохранены венгерские органы власти, система экономического и политического устройства и существующие обычаи, что все права и собственность граждан берутся под охрану советских военных властей. Наряду с этим сообщалось, что в освобожденных районах будут созданы органы советской военной администрации.
Воззвание имело огромное значение для установления нормальных отношений между советскими войсками и местным венгерским населением. Оно явилось тем основным документом, который был положен в основу всей работы военных советов фронта и армий, командиров и политорганов, партийных и комсомольских организаций, органов военной администрации на весь период боевых действий советских войск в Венгрии. Благодаря этой большой работе между советскими воинами и населением установились добрые взаимоотношения. Активизировалась деятельность местных групп коммунистической партии и других прогрессивных партий и организаций, возрождались профсоюзы. В октябре стали возвращаться политэмигранты, члены Заграничного бюро Венгерской коммунистической партии. В ноябре они образовали в городе Сегед центр, игравший роль временного ЦК, созданного для руководства партийными организациями на освобожденной территории. Сегедский центр установил связи с находившимся тогда в Будапеште подпольным: Центральным Комитетом компартии, в который входили А. Апро, Я. Кадар и другие. С первых же дней вступления советских войск на территорию Венгрии венгерские прогрессивные силы начали демократизацию жизни в стране. В этом заключался важнейший политический результат разгрома врага на дебреценском направлении.
В Дебреценской операции советские войска обогатились новым опытом боевых действий в условиях горно-лесистой местности. Операция характерна умелым использованием подвижных войск, применением танковой армии в первом эшелоне оперативного построения фронта, что обусловливалось необходимостью срочно нанести мощный удар по противнику, не успевшему создать сильную оборону. В правильной и своевременной оценке изменяющейся обстановки, умелом применении высокоманевренных подвижных групп, быстром перенесении усилий на новые направления ярко проявилось высокое оперативное искусство советского командования.
Дебреценская операция характерна также значительными перегруппировками войск, одноэшелонным построением фронта, позволявшими нанести по обороне противника сильный первоначальный удар, непрерывными наступательными действиями сил фронта во всей полосе, что сковывало силы гитлеровцев на широком фронте, дезориентировало вражеское командование относительно направления главных ударов советских войск.

Наступление на будапештском направлении ив юго-восточных районах Словакии


Советское командование после завершения Дебреценской операции решило без паузы начать 29 октября Будапештскую операцию. При этом учитывалось особое значение столицы последнего союзника фашистской Германии в Европе: более 50 процентов всех промышленных предприятий Венгрии были сосредоточены в этом городе и почти все работали для обеспечения потребностей вермахта.
Немедленное наступление на Будапешт диктовалось и выгодными оперативно-стратегическими условиями. Основные силы группы армий «Юг» действовали на ньиредьхазско-мишкольцком направлении. Гитлеровское командование решило использовать их для прикрытия северовосточных подступов к Будапешту, а юго-восточные оборонять войсками потрепанной в боях 3-й венгерской армии, усиленной 1 танковой и 1 моторизованной немецкими дивизиями. На будапештском направлении оперативная плотность фашистских войск в обороне была в 2,1 раза ниже, чем на дебреценском. Главные силы 2-го Украинского фронта находились на его центральном участке и правом крыле. Войскам 2-го Украинского фронта противостояли силы групп армий «Юг» в составе 35 дивизий (в том числе 9 танковых и моторизованных) и 3 бригад.
2-й Украинский фронт к 29 октября имел 7 общевойсковых армий, в том числе 2 румынские, 1 танковую и 1 воздушную армии, 3 танковых корпуса (вместе с корпусами танковой армии), 3 механизированных корпуса, 58 стрелковых и кавалерийских дивизий, из них 13 дивизий румынских. Войска фронта превосходили группу армий «Юг»: по пехоте — в 2 раза, по орудиям (без противотанковых и зенитных) и минометам — в 4–4,5,. по танкам и САУ — в 1,9 и по самолетам — в 2,6 раза.
Стремясь не допустить дальнейшего продвижения советских войск в глубь Венгрии, фашисты на подступах к Будапешту создали довольно сильную и глубокую оборону, состоявшую из трех подковообразных обводов, которые упирались своими флангами в реку Дунай севернее и южнее города.
Силы группы армий «Ф» имели задачу преградить путь советским войскам на запад и одновременно должны были прикрывать от ударов НОАЮ коммуникации, по которым немецко-фашистские войска отходили из Греции, Югославии и Албании.
Учитывая, что оборона противника на юго-восточных подступах к Будапешту была относительно слабой, Ставка Верховного Главнокомандования приказала 2-му Украинскому фронту нанести удар лишь силами 46-й армии и 2-го гвардейского механизированного корпуса между реками Тиса и Дунай с целью разгромить противника на западном берегу Тисы и обеспечить выход 7-й гвардейской армии за эту реку; в дальнейшем, с подходом 4-го гвардейского механизированного корпуса, перейти в решительное наступление на Будапешт.
29 октября войска левого крыла 2-го Украинского фронта прорвали оборону противника и после ввода в сражение 2-го и 4-го гвардейских механизированных корпусов начали стремительное продвижение вперед. 2 ноября корпуса вышли с юга на подступы к Будапешту, но ворваться в город с ходу не смогли. Немецко-фашистское командование в срочном порядке перебросило сюда из района Мишкольца три танковые и одну механизированную дивизии, которые оказали войскам 46-й армии упорное сопротивление. В связи с этим Ставка Верховного Главнокомандования в дальнейшие действия советских войск внесла важные коррективы. 4 ноября она указала командующему 2-м Украинским фронтом, что атака Будапешта на узком участке силами только двух механизированных корпусов с незначительным количеством пехоты может привести к неоправданным потерям и поставит действующие на этом направлении войска под фланговый удар фашистских сил с северо-востока. Поэтому фронту было приказано как можно быстрее вывести западнее Тисы войска 27, 40, 53 и 7-й гвардейской армий, чтобы повести наступление широким фронтом и разбить будапештскую группировку противника ударом правого крыла фронта с севера и северо-востока и ударом левого крыла (46-я армия, 2-й и 4-й гвардейские мехкорпуса) — с юга. Для скорейшего прорыва вражеской обороны на западном берегу реки Тиса фронту предлагалось силами конно-механизированной группы генерала Плиева не позднее 7 ноября нанести удар из района Сольнока на север и вывести свое правое крыло на западный берег Тисы.
Выполняя указания Ставки, 2-й Украинский фронт развернул активные наступательные действия, которые продолжались с 11 по 26 ноября. За это время его войска прорвали вражескую оборону между реками Тиса и Дунай и, продвинувшись в северо-западном направлении до 100 км, подошли к внешнему обводу обороны Будапешта. Однако они из-за сильного противодействия врага, а также вследствие усталости, несвоевременного подвоза боеприпасов и сильной растянутости коммуникаций и на этот раз не смогли овладеть городом.
26 ноября Ставка указала фронту на необходимость создания на главном направлении решительного превосходства над противником, сосредоточения здесь артиллерийских дивизий прорыва и танковых соединений. Ставка потребовала иметь в полосе 7-й гвардейской армии не менее двух артиллерийских дивизий прорыва и привлечь к наступлению войска 6-й гвардейской танковой армии и конно-механизированную группу генерала Плиева. Для усиления 46-й армии с участка 7-й гвардейской армии передавался механизированный корпус. Наступление предлагалось возобновить не позднее 2–3 декабря.
С получением директивы в войсках фронта развернулась активная подготовка к наступлению. Командиры и политорганы в этот период, учитывая огромную роль артиллерии в прорыве обороны противника, большую работу провели в артиллерийских частях. Так, в 5-й гвардейской артиллерийской дивизии прорыва РГК была выделена группа лучших наводчиков, разведчиков, связистов и шоферов, отличившихся в предыдущих боях. Эти воины в беседах и на тренировках передавали свой боевой опыт остальным бойцам.
Войска фронта, перейдя в начале декабря в наступление, вышли к Дунаю севернее и северо-западнее Будапешта, отрезав противнику пути отхода на север. В результате тяжелых боев 46-я армия при участии Дунайской военной флотилии 5 декабря форсировала Дунай, захватила небольшой плацдарм на противоположном берегу.
В этих боях отличились многие солдаты и офицеры, в том числе заместитель командира 2-го батальона 311-го гвардейского полка 108-й гвардейской стрелковой дивизии капитан Я. А. Анисимов. В ночь на 5 декабря в районе Эрчи под ураганным огнем противника передовая группа батальона во главе с Анисимовым форсировала Дунай и завязала бой по захвату плацдарма. Подплыв к берегу, бойцы во главе с капитаном дружно ринулись на позиции противника и, забросав их гранатами, овладели первыми траншеями. Днем 15 декабря гитлеровцы силой до полка пехоты при поддержке четырех штурмовых орудий и двух бронетранспортеров предприняли ряд контратак против батальона. Завязались ожесточенные схватки. Капитан Анисимов, находясь в боевых порядках, личным примером вдохновлял воинов. В один из моментов боя он из ручного пулемета поджег автомашину с шестиствольным минометом, а затем поднялся и повел бойцов в атаку. Плацдарм батальон удержал. В боях за него коммунист Я. А. Анисимов пал смертью героя. Ему было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
После захвата и расширения плацдарма 46-я армия развернула отсюда наступление с целью обхода Будапешта с юга. Немецко-фашистское командование прилагало большие усилия к тому, чтобы не допустить выхода ее соединений на коммуникации своей будапештской группировки. Перебросив подкрепления на угрожаемый участок, противник с 7 декабря стал предпринимать сильные контратаки. 46-я армия успешно отражала натиск фашистских войск, но после выхода на оборонительную линию «Маргарита» была вынуждена перейти к обороне. 12 декабря Ставка передала ее 3-му Украинскому фронту.
5-я воздушная армия почти всеми своими силами наносила массированные удары по войскам противника в полосе прорыва 7-й гвардейской армии и на направлении наступления ударной группировки фронта в оперативной глубине. Только в первый день операции летчики произвели более 800 самолето-вылетов, из них около 50 процентов — для непосредственной поддержки войск, в том числе 46-й армии при форсировании Дуная. В течение пяти дней они совершили свыше 2300 самолето-вылетов.
Войска 2-го Украинского фронта, несмотря на то, что четвертый месяц непрерывно вели боевые действия и заметно устали, в ноябре — начале декабря добились существенных успехов. На правом крыле они продвинулись на 25 км, вышли на подступы к крупному узлу сопротивления гитлеровцев — венгерскому городу Мишкольц и вступили на территорию Чехословакии. На центральном участке войска фронта преодолели оборону противника на глубину до 70 км, обойдя Будапешт с северо-востока, а на левом крыле с боями прошли 80–90 км и отбросили противника за Дунай. При этом они уничтожили десятки тысяч фашистских солдат и офицеров, взяли в плен более 22 700человек, подбили и уничтожили 450 танков и штурмовых орудий, сбили 128 самолетов.
Успешно решали свои задачи и войска 3-го Украинского фронта. 57-я армия 7–9 ноября при поддержке Дунайской военной флотилии форсировала Дунай в районе югославских населенных пунктов Ватина и Апатина и захватила плацдарм на противоположном берегу. К исходу 26 ноября сюда переправилась часть сил 4-й гвардейской армии, переданной фронту из резерва Ставки. К концу ноября этот плацдарм удалось расширить до 200 км по фронту и на 35–60 км в глубину. Высокой активностью отличались также действия 17-й воздушной армии, которой командовал генерал В. А. Судец. В ходе боев за удержание и расширение плацдарма с 20 по 23 ноября она совершила около 1750 самолето-вылетов.
В успешном форсировании Дуная и продвижении войск вдоль реки на Будапешт важную роль сыграла Дунайская военная флотилия. 24 ноября командующий 3-м Украинским фронтом поставил перед ней задачу высадкой десантов и переброской через реку сухопутных частей в полосе наступления 57-й и 4-й гвардейской армий содействовать захвату приречных опорных пунктов противника на правом берегу Дуная, оказывать артиллерийскую поддержку наступающим соединениям на приречных флангах, обеспечивать оперативные перевозки на Дунае. К этому времени в ее состав входили две бригады речных катеров, бригада морской пехоты, береговой отряд сопровождения и другие части.
В ночь на 1 декабря флотилия высадила десант 83-й бригады морской пехоты в районе Герьена. Десантникам удалось захватить этот важный опорный пункт противника на правом берегу Дуная, и командующий 4-й гвардейской армией быстро переправил туда 31-й стрелковый корпус. Вскоре весь правый берег Дуная на участке от Дунафельдвара до Герьена перешел в руки советских войск. Сложились благоприятные условия для развития наступления 46-й армии на Будапешт с юга. Утром 8 декабря флотилия высадила северо-западнее Вуковара десант (1512 человек) с задачей захватить ведущие к этому населенному пункту дороги, дезорганизовать оборону противника на приречном фланге и отвлечь его силы, прикрывавшие подступы к Вуковару с юга. Однако успешные действия десанта не удалось полностью использовать, так как 68-й стрелковый корпус и части НОАЮ, несмотря на все их усилия, не смогли 8–9 декабря прорвать вражескую оборону. Поэтому командующий фронтом решил отвести десант на левый берег Дуная.
Войска 3-го Украинского фронта, захватив крупный плацдарм на Дунае, к середине декабря вышли к озерам Веленце и Балатон и тем самым перерезали коммуникации противника западнее Будапешта. С севера его будапештскую группировку обошли войска 2-го Украинского фронта. В результате возникли предпосылки для окружения гитлеровских войск, оборонявшихся в районе Будапешта. Учитывая это, Ставка Верховного Главнокомандования директивой от 12 декабря обязала 2-й и 3-й Украинские фронты охватывающими ударами разгромить будапештскую группировку и овладеть столицей Венгрии.
Войска 2-го Украинского фронта должны были нанести удар из района Шаги в направлении Солдины, выйти на северный берег Дуная на участке Несмей, Эстергом, не допустить отхода будапештской группировки на северо-запад, а левым крылом наступать на Будапешт с востока. Войскам 3-го Украинского фронта предстояло нанести удар из района озера Веленце на Бичке, выйти на южный берег Дуная на участке Эстергом, Несмей, отрезать пути отхода будапештской группировке на запад, а частью сил наступать на Будапешт с запада.
К этому времени в состав 2-го и 3-го Украинских фронтов входили 84 дивизии, в том числе 14 румынских, 3 кавалерийских, 3 танковых, и 4 механизированных корпуса. С 3-м Украинским фронтом взаимодействовали войска НОАЮ. 1-я болгарская армия, находясь в оперативном подчинении 3-го Украинского фронта, выдвигалась к линии фронта. Наземные войска поддерживались 5-й и 17-й воздушными армиями.
Группировка немецко-фашистских и венгерских войск включала 51 дивизию, в том числе 9 танковых, и 2 бригады. Противник создал довольно сильную, развитую в инженерном отношении оборону перед 3-м Украинским фронтом на участке между Дунаем и озером Балатон, где проходила линия «Маргарита», из трех оборонительных полос.
Исходя из указаний Ставки, командующий 2-м Украинским фронтом принял решение силами войск центра прорвать оборону противника в районе Шаги и севернее излучины Дуная, выйти на рубеж Немце, Несмей, чтобы во взаимодействии с 3-м Украинским фронтом окружить и уничтожить будапештскую группировку. Войскам левого крыла фронта ставилась задача овладеть восточной частью венгерской столицы Пештом. Войска правого крыла фронта должны были разгромить противостоящие силы противника и к 25–28 декабря выйти на территорию Словакии.
Командующий 3-м Украинским фронтом решил прорвать оборону противника на двух участках восточнее и западнее озера Веленце и, развивая удар в направлении Секешфехервар, Бичке, выйти на южный берег Дуная на участке Эстергом, Несмей, с тем чтобы во взаимодействии со 2-м Украинским фронтом окружить и уничтожить будапештскую группировку противника.
Командующие фронтами, предвидя возможность сильных контрударов противника на внешнем фронте окружения, направляли сюда свои главные силы. Примечательно, что командующий 2-м Украинским фронтом принял решение не вводить 6-ю гвардейскую танковую армию в действие на направлении главного удара. Это объяснялось тем, что она, наступая на Левице, где местность была более благоприятной, могла самостоятельно прорвать оборону противника, быстро и на большую глубину охватить группировку его войск, оборонявшуюся в горном районе, и вынудить ее к отступлению. В этом случае танкистам не нужно было преодолевать горно-лесистый район, где действовали наносившие главный удар войска 7-й гвардейской армии. Кроме того, наступление танковой армии в северо-западном направлении надежно обеспечивало главную ударную группировку фронта от возможных контрударов танковых войск противника с севера. Особенность решения командующего 3-м Украинским фронтом состояла в планировании прорыва обороны противника на двух узких участках, что объяснялось наличием здесь озера Веленце. Затем эти два удара сливались в единый и получали развитие в направлении на Эстергом.
Сосредоточение основных сил и средств фронтов на решающих направлениях позволило создать на участках прорыва значительный перевес над противником. Так, на 3-м Украинском фронте ударная группировка превосходила его в людях в 3,3 раза, в орудиях — в 4,8, в танках и САУ — в 3,5 раза. Однако достигнуть достаточной артиллерийской плотности не удалось. В частности, на участке прорыва 46-й армии она не превышала 99 орудий, а на участке 4-й гвардейской армии — 160 орудий на 1 км фронта прорыва, то есть была ниже, чем в большинстве предыдущих наступательных операций. В связи с этим поддержка атаки пехоты и танков обеспечивалась последовательным сосредоточением огня на глубину до 2 км. Артиллерийская подготовка планировалась продолжительностью 60 минут.
Содержательная и целеустремленная партийно-политическая работа вызывала у воинов высокий наступательный порыв, стремление с честью выполнить свои задачи в операции. Командиры, политорганы, партийные и комсомольские организации особое внимание уделяли обеспечению авангардной роли коммунистов и комсомольцев в бою. Этот вопрос широко обсуждался на партийных и комсомольских собраниях, решения которых носили конкретный и деловой характер. Так, в решении коммунистов одного из подразделений 4-й гвардейской армии говорилось: «Считать первейшей обязанностью и партийным поручением каждого коммуниста... своим бесстрашием и мужеством увлечь в атаку всех остальных бойцов».
Коммунисты помогали командирам довести боевые задачи до каждого воина. Фронтовые и армейские газеты публиковали статьи об освободительной миссии Советской Армии, о положении в Венгрии и Чехословакии, о боевом опыте лучших бойцов. На митингах перед наступлением воины выражали свою решимость действовать самоотверженно, с честью выполнить боевое задание командования.
Военные советы фронтов и армий настойчиво добивались выполнения плана материально-технического обеспечения войск. Однако короткие сроки подготовки к продолжению действий в операции не позволили довести эту работу до конца. Так, к началу наступления 3-го Украинского фронта в 46-й армии было подвезено боеприпасов лишь 1–1,5 боекомплекта, а горючего — на две заправки.
Наступление началось 20 декабря. Соединения 2-го Украинского фронта к исходу дня продвинулись северо-западнее Будапешта на 15–32км. Немецко-фашистские войска понесли большие потери, но, подтянув крупные свежие силы, стремились остановить дальнейшее наступление советских войск. 21 декабря они тремя танковыми дивизиями при поддержке пехоты нанесли контрудары с юга и севера на Шаги. Им удалось потеснить правофланговые соединения 7-й гвардейской армии и к исходу 22 декабря выйти в тыл 6-й гвардейской танковой армии. Оценив сложившуюся обстановку, командующий 2-м Украинским фронтом приказал 6-й гвардейской танковой армии, удерживая район Девице, главные силы повернуть на юг, нанести удар вдоль восточного берега реки Грон и во взаимодействии с 7-й гвардейской армией окружить и уничтожить всю вражескую группировку в междуречье Ипель и Грон. Танкисты при активной поддержке 5-й воздушной армии успешно выполнили эту задачу. Утром 21 декабря авиация нанесла массированный удар по танкам и пехоте противника, а в последующем непрерывно поддерживала боевые действия наземных войск.
26 декабря танковые соединения совместно с воинами 7-й гвардейской армии прорвались к Дунаю севернее Эстергома и соединились с войсками 3-го Украинского фронта. Войска 7-й гвардейской армии в конце декабря подошли к реке Грон и южнее Солдины захватили небольшой плацдарм на противоположном берегу.
Войска левого крыла 2-го Украинского фронта (будапештская группа — 30-й стрелковый корпус 7-й гвардейской армии, 7-й румынский корпус, 18-й отдельный гвардейский стрелковый корпус), преодолевая упорное сопротивление противника, к концу декабря подошли к Будапешту с востока. 40, 27, 53-я армии, конно-механизированная группа генерала Плиева и соединения румынской армии, действовавшие на правом крыле, вступили на территорию Чехословакии. 5-я воздушная армия, несмотря на плохие метеорологические условия, с 20 по 31 декабря произвела 3490 боевых самолето-вылетов. В 33 воздушных боях летчики сбили 29 вражеских самолетов. Армия потеряла 6 машин.
Советские воины действовали в бою решительно, самоотверженно, проявляя находчивость и упорство. Вот один из характерных примеров. В ночь на 23 декабря во время наступления 6-й гвардейской танковой армии танк гвардии старшего лейтенанта H.H. Богданова ворвался на позицию гитлеровцев. Включив фары и сирену, он проутюжил траншеи, истребил до 20 фашистов, уничтожил экипаж штурмового орудия и отбуксировал его в расположение своей части.
Многие воины, даже будучи раненными, продолжали сражаться с врагом. При форсировании реки Ипель раненый командир отделения 1-го мотострелкового батальона 18-й гвардейской механизированной бригады старший сержант П. И. Олейников заявил: «Поле боя не покину. Буду драться до последней капли крови». И он оставался в строю до полного выполнения боевой задачи. В другом бою, завязавшемся в селе Алшечед, был ранен пулеметчик моторизованного батальона автоматчиков 20-й гвардейской танковой бригады старший сержант П. А. Чурилов. Не оставив поля боя, он решительными действиями подавил две вражеские огневые точки и уничтожил до 20 солдат противника.
Войска 3-го Украинского фронта прорвали главную полосу обороны и в первый день наступления продвинулись на 5–7 км. Противник предпринимал мощные контратаки силами пехоты и танков. На второй день они стали еще более яростными, особенно упорными были бои в районе Секешфехервара. Чтобы сломить сопротивление противника, командующий фронтом приказал ввести в сражение вторые эшелоны корпусов, а 21 декабря — армейские подвижные группы: 2-й гвардейский и 7-й механизированные корпуса, а также 18-й танковый корпус, составлявший фронтовую подвижную группу. Однако прорвать вражескую оборону на всю глубину в установленные сроки не удалось. Стрелковые дивизии не имели танков непосредственной поддержки пехоты, а в большинстве случаев — и вторых эшелонов.
Лишь на четвертый день войска фронта смогли прорвать все три оборонительные полосы. Продвинувшись с начала наступления до 27 км, они в результате ожесточенного боя овладели городом Секешфехервар и затем устремились на север. 24 декабря эти войска выбили фашистские части из города Бичке, а через два дня, выйдя к Дунаю, заняли город Эстергом и соединились с войсками 2-го Украинского фронта. В результате в окружение попала группировка противника под командованием обергруппенфюрера СС К. Пфеффера-Вильденбруха численностью 188 тыс. человек. Одновременно 46-я армия во взаимодействии со 2-м гвардейским механизированным корпусом ворвалась в Буду и завязала уличные бои. Соединения 4-й гвардейской армии и 5-го гвардейского кавалерийского корпуса 26 декабря выдвинулись на рубеж юго-западнее Секешфехервара, создав внешний фронт окружения.
17-я воздушная армия, поддерживая наступление, за 11 дней совершила около 5 тыс. самолето-вылетов, нанеся противнику большие потери в живой силе и боевой технике. Авиация надежно обеспечивала действия войск во время прорыва вражеской обороны, ввод в сражение подвижных соединений и их действия в оперативной глубине, наносила бомбовые удары по пунктам управления противника, подавляла его артиллерию. При этом летчики показали высокое мастерство, волю к победе и героизм. 22 декабря 8 штурмовиков 951-го штурмового полка 306-й штурмовой авиадивизии во главе с Героем Советского Союза майором А. И. Кобелевым обнаружили и стремительно атаковали колонну мотопехоты противника на дороге Витяз — Чаквар. Удар был настолько неожиданным, что гитлеровцы даже не успели рассредоточиться. В результате они потеряли 3 бронетранспортера, 6 автомашин и 40 человек убитыми. И таких примеров было множество.
В период с 20 по 26 декабря войска 2-го Украинского фронта уничтожили 153 танка и штурмовых орудия, 84 бронетранспортера, 87 орудий, 42 миномета и большое количество другой боевой техники противника. Они взяли в плен свыше 7500 вражеских солдат и офицеров, захватили 54 танка и штурмовых орудия, 17 бронетранспортеров, 62 орудия, 40 минометов, 30 складов с боеприпасами и большое количество другого вооружения.
29 декабря командующие фронтами Маршалы Советского Союза Р. Я. Малиновский и Ф. И. Толбухин, чтобы избежать дальнейшего кровопролития, оградить Будапешт от разрушений, сохранить его исторические памятники, предъявили командованию окруженной группировки ультиматум, в котором содержались гуманные условия ее капитуляции. В ночь на 29 декабря и утром следующего дня мощные звуковещательные станции с передовой линии непрерывно передавали командованию и войскам, окруженным в районе Будапешта, сообщения о предстоящей посылке советских парламентеров для вручения ультиматума, о времени и маршруте их следования. В 11 часов по московскому времени с участка, расположенного на левом берегу Дуная, советский офицер-парламентер капитан М. Штейнмец на легковой машине с большим белым флагом направился к расположению противника. Когда он приблизился к вражеским передовым позициям на юго-восточной окраине Кишпешта (пригород Будапешта), фашисты, несмотря на поднятый белый флаг, открыли огонь, и капитан Штейнмец был убит.
Второй парламентер, капитан И. А. Остапенко, выехал с участка, расположенного на правом берегу Дуная. С большим белым флагом он пересек линию фронта в районе стыка дорог, в 4 км восточнее населенного пункта Будаерш. В штабе окруженных немецких войск парламентеру было заявлено об отказе принять ультиматум и вести какие-либо переговоры. Остапенко при возвращении к линии фронта также погиб.
Отказ гитлеровцев от капитуляции вынудил советские войска приступить к боевым действиям по уничтожению окруженной группировки. Ожесточенные бои вспыхнули с новой силой. Они шли непрерывно днем и ночью, в крайне неблагоприятных погодных условиях. Фашистские войска несли тяжелые потери.
В ходе боевых действий по уничтожению окруженного врага политические органы, партийные и комсомольские организации ни на минуту не прекращали партийно-политическую работу среди личного состава. Она была направлена на разъяснение воинам освободительной миссии Советских Вооруженных Сил, на повышение их бдительности в связи с действиями диверсионных групп противника в тылу советских войск. Подвигам героев боев, отличившимся подразделениям посвящались беседы, политинформации и доклады, выпуски боевых листков, листков-молний, листков «Передай по цепи», «Слава героям». В воспитании личного состава в духе ненависти к гитлеровцам широко практиковались встречи солдат и офицеров с освобожденными из фашистских концлагерей советскими гражданами, которые рассказывали о чудовищных зверствах и надругательствах фашистов, призывали воинов к беспощадной борьбе с врагом.
Большая разъяснительная работа велась среди пленных и гражданского населения. В ней участвовали и венгерские патриоты, в том числе многие солдаты и офицеры, перешедшие на сторону народа и сражавшиеся вместе с советскими воинами против фашистских войск. В тылу гитлеровцев успешно действовали венгерские диверсионные боевые группы. Трудящиеся Венгрии саботировали оборонительные работы, проводившиеся немецко-фашистским командованием. Так, в донесении салашистского бургомистра Будапешта от 22 ноября говорилось, что из Чепеля не вышел на оборонительные работы ни один человек, из Пештержебега вместо 2500 человек власти могли собрать лишь 100.
Военные советы, командиры и политорганы помогали венгерским трудящимся налаживать нормальную жизнь. При участии местного населения обезвреживалась вражеская агентура, восстанавливались коммуникации. При поддержке советских военных комендатур венгерские патриоты создавали на освобожденной территории демократическую гражданскую администрацию.
2 декабря 1944 г. по инициативе коммунистов в городе Сегед был создан Венгерский национальный фронт независимости, в который кроме четырех партий, ранее входивших в Венгерский фронт, вступили буржуазно-демократическая партия и профсоюзы. Его программа, разработанная Венгерской коммунистической партией, предусматривала национальное возрождение, помощь советским войскам в изгнании немецко-фашистских оккупантов, роспуск антинародных организаций, установление демократических свобод, ликвидацию феодальной системы землевладения, чистку государственного аппарата, установление дружбы с СССР и добрых отношений с другими странами антифашистской коалиции.
Большую роль в политической жизни Венгрии, в выступлении страны против фашистской Германии и борьбе с внутренней реакцией сыграли решения открывшегося 21 декабря в Дебрецене Временного национального собрания, которое избрало Политический совет, исполнявший функции главы государства. Вскоре он сформировал коалиционное Временное правительство во главе с бывшим командующим 1-й венгерской армией генералом Б. Миклошем. 28 декабря Временное правительство Венгрии объявило войну Германии.
Первая сессия Временного национального собрания приняла воззвание к венгерскому народу. В нем раскрывались значение новой, демократической власти и первоочередные задачи строительства новой Венгрии. Решения Временного национального собрания и правительства были с воодушевлением встречены венгерским народом.
В обращении временного национального собрания к венгерским солдатам, еще остававшимся на стороне гитлеровцев, говорилось: «Для вас нет иного приказа, кроме приказа нации!» Временное национальное собрание от имени нации призывало их повернуть оружие против немецких угнетателей, поддерживать Советскую Армию — освободительницу, примыкать к венгерским борцам за евободу3 вступать в ряды создававшейся новой венгерской армии. Большую работу среди венгерских частей вели также политработники советских войск и венгерские патриоты-антифашисты. Так, на 2-м Украинском фронте только в период Будапештской операции было издано на венгерском языке 255 листовок тиражом более 39 млн. экземпляров. Все это давало положительные результаты. Салашистская армия стала быстро разваливаться, дезертирство и переход венгерских солдат и офицеров на сторону советских войск приняли массовый характер.
Тем временем основные силы 2-го Украинского фронта продолжали наступление на будапештском направлении, а войска его правого крыла во взаимодействии с 4-м Украинским фронтом вели бои в Юго-Восточной Чехословакии. 12 декабря они форсировали реку Ипель, вдоль которой проходила венгеро-чехословацкая граница, а 14 декабря овладели городом Шаги — важным узлом шоссейных и железных дорог и крупным опорным пунктом обороны противника, перекрывавшим выход из горного дефиле.
На правом крыле наступление войск 40-й и 4-й румынской армий приостановилось, а 27-я и 53-я армии, продвинувшись до 50 км, вступили на территорию Чехословакии. Соединения 4-го Украинского фронта продолжали вести упорные бои в Восточной Словакии. К началу января 1945 г. советские войска освободили 9 тыс. кв. км территории Чехословакии.
Советские воины, питая к чехословацкому народу дружественные чувства, помогали ему в устранении последствий гитлеровской оккупации. В свою очередь чехословацкие патриоты, стремясь выразить свою благодарность за освобождение страны, оказывали советским войскам всяческое содействие. Так, жители города Лученец передали советскому командованию сведения о состоянии оборонительных рубежей гитлеровцев на этом участке, а партизаны разведали укрепления на реке Ваг и выяснили план обороны городов Жилина и Братислава. Многие словаки, рискуя жизнью, помогали советским санитарам спасать раненых, работали во фронтовых и армейских госпиталях. Жители словацкого села Конора В. Голянич и М. Кризина вынесли с поля боя шестерых тяжелораненых воинов, а 68-летний И. Боре, доставивший в медсанбат девять бойцов, был сам ранен, но продолжал оказывать воинам помощь.
Разгром гитлеровской группы армий «Юг», окружение крупной группировки в районе Будапешта и вывод Венгрии из войны на стороне фашистской Германии — таковы важнейшие военно-политические итоги наступления 2-го и 3-го Украинских фронтов в октябре — декабре 1944 г. На этом участке советско-германского фронта советские войска продвинулись в западном и северо-западном направлениях от 250 до 400 км. Войска 4-го Украинского фронта преодолели Карпатский хребет и прошли с боями более 200 км. Создались условия для полного освобождения Чехословакии и развития наступления на венском направлении.
Одним из решающих условий этих крупных успехов явилось искусное координирование боевых действий фронтов Ставкой Верховного Главнокомандования. Наступление 2-го Украинского фронта на будапештском направлении и форсирование 3-м Украинским фронтом Дуная в 200 км южнее столицы Венгрии лишили противника возможности организовать взаимодействие своих группировок. Овладев крупным оперативным плацдармом на правом берегу Дуная, войска 3-го Украинского фронта создали предпосылки для последующего наступления в пределы Австрии. Четкое оперативно-стратегическое взаимодействие между 2-м и 4-м Украинскими фронтами в ходе Дебреценской операции позволило им преодолеть Карпаты и освободить Закарпатскую Украину. Поворот основных сил 3-го Украинского фронта в декабре 1944 г. на будапештское направление преследовал цель окружения ими совместно со 2-м Украинским фронтом крупной группировки немецко-фашистских войск в районе столицы Венгрии. Особенность и трудность этой задачи заключалась в том, что предстояло замкнуть кольцо вокруг мощной группировки в большом городе, когда противник еще мог бросить крупные силы на помощь ей извне. Поэтому советское командование сосредоточило свои главные усилия на создании прочного внешнего фронта окружения, направив сюда до 70 процентов сил и средств ударных группировок обоих фронтов.
Операции на территории Венгрии отличались большим разнообразием боевых действий. Советские войска осуществили прорыв сильной обороны (линия «Маргарита»), с ходу форсировали крупные реки (Тиса, Дунай) и преследовали противника на большую глубину, вели бои в горах ив крупных населенных пунктах. Как правило, войска имели широкие полосы наступления, сравнительно невысокие плотности сил и средств, но и в этих условиях они добивались крупных успехов, проявляя высокие образцы боевого мастерства, мужества и героизма.
Заслуживает внимания организация четкого взаимодействия стрелковых соединений с Дунайской военной флотилией, непрерывного управления войсками и бесперебойного боевого обеспечения.
В боях на территории Венгрии принимало участие значительное количество танковых и механизированных войск. В Дебреценской и Будапештской операциях 6-я гвардейская танковая армия наступала в первом эшелоне в самостоятельной полосе, что обусловливалось главным образом слабостью обороны противника и спецификой характера местности.
Советские войска делали все возможное, чтобы быстрее прийти на помощь порабощенным фашистами народам. Они с честью выполняли свою освободительную миссию и интернациональный долг. В те памятные дни трудящиеся стран Европы проникались еще большей любовью к Советской Армии — освободительнице и первой в мире стране социализма, еще большей уверенностью в окончательной победе над фашизмом. Первый секретарь Венгерской социалистической рабочей партии Я. Кадар на торжественном заседании, посвященном 25-летию Венгерской Народной Республики, подчеркивал: «Многие советские воины полили своей кровью венгерскую землю, отдали свою жизнь за свободу нашего народа. Глубока и непреходяща наша благодарность к советскому народу за его неисчислимые жертвы. Мы никогда не забудем, что нашим освободителем является Советский Союз».
* * *
Таким образом, осенью 1944 г. войска 1, 2, 3 и 4-го Украинских фронтов при активной поддержке авиации дальнего действия и при содействии Дунайской военной флотилии совместно с чехословацкими, румынскими, югославскими и болгарскими войсками осуществили три крупные наступательные операции — Восточно-Карпатскую, Белградскую, Дебреценскую и продолжали Будапештскую. В ходе их советские войска разгромили группу армий «Юг», нанесли поражение группам армий «Ф», «Е» и «А», уничтожили 35 дивизий противника, освободили от врага значительную территорию.
Успешное наступление Советской Армии привело к резкому сокращению сырьевой базы гитлеровского рейха. Фашистская Германия фактически потеряла все страны Балканского полуострова, из которых в течение нескольких лет получала важное стратегическое сырье, промышленные товары и сельскохозяйственные продукты. Прекратились также поставки хромовой руды и других видов сырья из Турции, которая еще в начале августа порвала с Германией дипломатические и экономические отношения.
Некоторые буржуазные авторы объясняют разгром вермахта на Балканах во второй половине 1944 г. изменой союзников Германии. Между тем весь ход наступательных операций Советских Вооруженных Сил этого периода войны свидетельствует о другом: союзники фашистской Германии потому и порвали с ней, что под мощными ударами советских войск терпела катастрофу нацистская военная машина и война против антигитлеровской коалиции становилась для них бесперспективной. Народы этих стран видели в Советской Армии свою освободительницу от фашистского рабства и оказывали ей помощь и содействие.
Победы Советских Вооруженных Сил на юге привели к резкому усилению национально-освободительной борьбы в странах Балканского полуострова, в Чехословакии и Венгрии, что, в свою очередь, способствовало успешному осуществлению освободительной миссии советских войск. Действия народно-освободительных армий, партизанских соединений, подпольных групп подрывали моральный дух войск противника, затрудняли ему маневр силами, причиняли фашистам урон в живой силе и боевой технике.
В результате новых операций советских войск и народных армий освобожденных стран потерпела крушение так называемая балканская стратегия реакционных кругов Англии и США, планировавших в выгодный для них момент оккупировать страны Балканского полуострова и навязать народам реакционные правительства. Провалились также надежды немецко-фашистского руководства на то, что из-за стран Балканского полуострова между Советским Союзом и его союзниками возникнут серьезные разногласия, которые приведут к развалу антигитлеровской коалиции.
Пытаясь восполнить тяжелые потери и остановить продвижение советских войск, немецко-фашистское командование перебросило на южное крыло советско-германского фронта 41 дивизию. Поэтому оно не смогло достаточно усилить центральное стратегическое направление, что в значительной мере способствовало здесь успеху последующих мощных наступательных операций Вооруженных Сил СССР.
Советские войска и народные армии приближались к границам рейха не только с востока, но и с юга. С запада наступали англо-американские союзники. Кольцо блокады вокруг гитлеровской Германии неотвратимо сжималось.
При использовании материалов сайта, активная ссылка на GREAT-VICTORY.RU обязательна!